Хозяйка старой лавки. Новая жизнь после развода! - Анастасия Пенкина

Бель сжала губы и отвела взгляд.

— Себастьян снова приходил. Извинялся за ту драку. Говорил… разное. Но я попросила его уйти. А цветы выбросила. Больше он не придет.

Она сказала это одном дыхании, будто отчитывалась. И не стала добавлять ничего ни о своих чувствах, ни о том, что было в тех «разных» словах. А мне так хотелось знать подробности! Но…

Нельзя лезть в душу к человеку насильно, даже если этот человек твоя дочь.

— Ясно, — буркнула я. Больше мне нечего было добавить. Она сказала ровно столько, сколько хотела сказать. Стану давить, сделаю только хуже.

Я вздохнула и взяла с комода маленькую бархатную сумочку.

— Ну что, идем? — спросила я нарочито невозмутимо, стараясь, чтобы в голос не проскользнула досада.

Бель кивнула, в последний раз глянув в зеркало и мы спустились в темную, уже закрытую на сегодня лавку. За окном на постепенно пустующей площади мерцали фонари.

Я поправила прядь волос, чувствуя, как сердце бьется чуть быстрее. Старое платье, новая жизнь. И куча нерешенных вопросов, настроение совсем не для бала и зимнего праздника.

Мы вышли на улицу, и холодный воздух мгновенно окутал нас. В соседнем роскошном особняке горел свет практически в каждом окне, играла музыка. А я старалась не думать сколько любопытных глаз нас там ждет.

Было немного неловко явится на бал не в экипажи, но и с этим мы с Бель как-то справились. Поднялись по внушительным ступеням дома Виктора Кроу с высоко поднятыми подбородками и прямыми спинами. Окна светились теплым золотым светом, доносилась приглушенная музыка. Я сделала глубокий вдох, ловя себя на мысли, что не волновалась так на подобных приемах, когда была женой Сайруса. Тогда я была частью фона. Но сегодня все было иначе.

Дверь открылась, на пороге стоял Виктор, ожидая нас. Он был в строгом черном вечернем костюме, стоило ему заметить меня, как его взгляд мгновение смягчился. Он молча подал мне руку, провожая в холл, помог снять пальто и передал слуге.

— Леди Алисия, Леди Изабель, — сказал он тихо. — Добро пожаловать.

Мы вошли под руку с Виктором, я слева, Бель справа. Шепот, бегущий по красно-золотому бальному залу, на секунду стих, а затем возобновился с новой силой. На нас смотрели десятки глаз. Но теперь в этих взглядах не было той прежней, колючей враждебности. Было жгучее любопытство, оценка и… осторожное уважение. Все уже знали, что мы “особые” гости самого ректора Кроу, и он демонстративно вел нас в зал.

Он уверенно повел нас через толпу и остановился, чтобы представить. Сегодня здесь собралась половина Вольхендема, если не больше. Этот бал в честь зимнего солнцестояния окончательно расставит все на свои места, мы с Бель больше не будем чужаками, а станем частью города. Да, я не добилась этого сама, все благодаря покровительству Виктора. Но у меня не было цели доказать кому-то, что я могу выжить в этом мире одна, сама по себе. У меня была цель просто выжить.

— Лорд Холлоран, — одним из первых стал лорд владелец самых глубоких шахт в горах Вольхендема, — позвольте представить леди Алисию Арден и ее дочь, леди Изабель. Леди Арден наша новая горожанка, хозяйка отличной пекарни на площади.

За тем были и другие.

— Советник Брандт, леди Арден. Ее фирменные имбирные пряники, должен сказать, стали самым любимым лакомством у моих студентов.

Он представлял нас с подчеркнутой, почти старомодной вежливостью, вкладывая в титул «леди» настоящее уважение. Не как свою женщину, любовницу или нечто большее. А как человека заслуживающего внимания.

Люди, кивая, смотрели на нас уже иначе. Не как на изгоев, а как на интересное новое явление в городе.

К нам подплыла группа дам в роскошных платьях. Они были одеты дорого, но не кричаще. Среди них я узнала несколько лиц, которые еще недавно смотрели на мою лавку с брезгливым любопытством и высказывали неприятные вещи, испробовав мой чай. Теперь выражение их лиц было иным.

Одна из них, жена главного городского аптекаря, с которой я однажды вежливо поздоровалась на рынке, сделала шаг вперед.

— Леди Арден, как приятно видеть вас здесь. Мы слышали, ваша лавка процветает. Имбирные пряники и ваш чай вызывают просто восхищение. Как вы все успеваете, дорогая?

Она говорила с почтением, но не скрывала искреннего удивления. Я уловила между строк что-то вроде «бедняжка, но какая молодец».

Я вежливо улыбнулась дамам.

— Спасибо. Когда за спиной нет штата служанок, приходится крутиться быстрее. Но, знаете, это даже дисциплинирует.

Дамы одобрительно кивнули, будто я сказала нечто глубоко мудрое.

— Ах, какая сила духа, в наше время такое редкость.

В этот момент, пока я общалась с дамами, поймала на себе взгляд Виктора. Он стоял в стороне, беседуя с седовласым магом, но его глаза были прикованы ко мне. И этот взгляд не имел ничего общего со взглядом хозяина дома, оказывающего внимание гостю. Виктор смотрел на меня как мужчина, смотрит на женщину, которая ему нравится, на женщину, которую считает своей. И он делал это с такой спокойной уверенности в своих правах, что у меня внутри перевернулось, проваливаясь куда-то вниз.

Внешне я улыбалась, отвечала на комплименты по поводу платья Бель, чувствуя искренний интерес людей. Но внутри меня все полыхало и начинала подниматься легкая паника.

Социальное признание, которого я так хотела и добивалась, вдруг показалось не таким важным по сравнению с тем, что читалось во взгляде Виктора. Он смотрел так, будто мы знакомы сто лет. Будто межд нами все уже решено. И это даже немного пугало.

Я отвела глаза, сделала вид, что поправляю складки на платье. Но тепло от взгляда Виктора оставалось на моей коже, чувствовалось как реальное прикосновение.

Казалось, вечер шел идеально. Я познакомилась со многими жителями Вольхендема, занимающими важное положение в городе. Бель встретила Люциана и танцевала с ним. И я старалась не обращать внимания на Себастьяна Кроу, который бросал в них не самые добрые взгляды. Главное, что Бель улыбалась и светилась от радости.

Вот только считать этот вечер победой было рано.

В какой-то момент музыка сбилась с ритма, скрипач издал противный скрип вместо приятных нот. По залу прошла волна шепотков и многие взгляды устремились ко входу.

Сайрус Арден неспешно вошел в зал с висящей у него на руке Амариллис. Она вся сияла, бриллианты в ушах, сверкающий жемчужный атлас, победная улыбка. Ее быстрый и жадный взгляд скользнул по залу, выхватывая лица и оценивая обстановку и, конечно, нашел меня.