Хозяйка старой лавки. Новая жизнь после развода! - Анастасия Пенкина

class="p1">По гостям прошел шепоток, в котором вполне отчетливо угадывалось: «Арден… Лорд Арден… Инвестор в горные компании… Он занимает хорошую должность при министерстве… Арден? Как наша леди Арден? Хозяйка пекарни “Хлеб и травы”… Бывший муж…».

Кто-то из гостей кивал ему в знак приветствия, кто-то бросал многозначительные взгляды на меня. Несложно было догадаться и установить связь между нами. Брошенная жена и бывший муж.

Виктор, стоявший рядом со мной, даже не шелохнулся. Но я почувствовала, как его рука, лежавшая на сгибе моей руки, на мгновение сжалась.

Музыка уже играла без сбоев, гости медленно и нехотя, стали возвращаться к танцам и беседам. Но уже не так свободно. Взгляды то и дело стреляли в сторону вновь прибывших гостей.

И тогда Сайрус неспешно направился прямо к нам. Он шел легко, будто был желанным гостем, а не скандальным нарушителем спокойствия. Амариллис семенила рядом, ее пальцы цеплялись за его рукав.

Виктор сделал едва заметный шаг вперед, вставая между мной и приближающейся парой. Теперь я видела в основном его прямую спину, пришлось выглянуть и встать рядом.

Сайрус остановился в двух шагах. Его холодные карие глаза скользнули с Виктора на меня и обратно.

— Виктор, — произнес Сайрус с притворно широкой улыбкой. — Какая встреча. Не думал, что ты любитель устраивать такие милые городские праздники. Я просто не мог пройти мимо.

— Сайрус, — ответил Виктор тихим, ровным тоном, но каждый слог был пропитан льдом.

Он не стал повышать тон, но так, чтобы слышали только мы четверо, добавил: — Тебя не приглашали, Арден. Что ты забыл на моей территории?

Сайрус усмехнулся, делая вид, что не расслышал угрозы в голосе Кроу.

— Территория? О, прости. Я думал, Вольхендем вольный город. А я как раз проездом, проверяю свои скромные вложения в здешние шахты. Услышал о бале и не смог удержаться. Заодно хотел проведать свою бывшую супругу… оказывается ее можно поздравить с новыми успехами.

Его взгляд скользнул по моему перешитому вишневому платью, которое он вряд ли узнал, по простой, но элегантной прическе. Он искал признаки бедности, отчаяния. И, кажется, не нашел их в том количестве, на которое рассчитывал.

Амариллис наклонилась к нему и прошептала, но так громко, что мы с Виктором, стоявшие ближе всех, отчетливо услышали:

— У нее такая уютная лавочка теперь, ты же видел, Сай? А запах… хлеба, такой… Кажется, и сейчас витает в воздухе.

Эти слова, пропитанные ядом, вызвали неловкую паузу.

Но Виктор не смотрел на Амариллис. Его взгляд был прикован к Сайрусу. И я видела, как напряглись его мышцы на лице, как рука медленно сжалась в кулак. В его позе была плохо скрываемая, сдерживаемая только силой воли ярость.

В этот момент их сходство с Себастьяном стало особенно заметно. Тогда, во дворе Академии им овладели похожие чувства. Как говорится, яблочко от яблоньки.

Неужели Виктор вызовет его на поединок? Прямо здесь, сейчас?

Напряжение достигло пика. Казалось, еще секунда… Еще одно ядовитое слово, еще один насмешливый взгляд… И что-то случится.

Но Виктор сделал глубокий вдох и разжал кулак. Он не отступил ни на шаг, но и не бросился на Сайруса. Его взгляд стал пронзительным и невероятно холодным.

— Выйдем, — сказал он ледяным тоном, в котором не было вопроса. Это был приказ.

Сайрус приподнял бровь, делая вид, что удивлен.

— О, не стоит нарушать праздник из-за таких пустяков, старый друг. Мы просто зашли поздравить…

— Тогда вон из моего дома, — перебил Виктор стальным, не терпящим возражений тоном. Он кивнул в сторону двух лакеев в ливреях дома Кроу, которые больше походили комплекцией на стражников и уже настороженно наблюдали за разворачивающейся сценой. — Проводите гостей.

Лакеи тут же подошли с двух сторон к Сайрусу и Амариллис. Их движения были безупречно вежливыми, но не оставляли сомнений в намерениях.

— Лорд Арден, леди, прошу вас, — сказал один из них, жестом указывая на выход.

Сайрус на мгновение растерялся. Он явно ожидал более бурной реакции, скандала, который можно было бы использовать. Он не ожидал такого ледяного спокойствия. На его лице мелькнуло раздражение, но он быстро взял себя в руки. Драконья гордость не позволяла ему устраивать потасовку со слугами.

— Как грубо, — цокнула языком Амариллис, но в ее глазах читался испуг. Она прижалась к Сайрусу.

— Что ж, вижу, гостеприимство в Вольхендеме стало весьма специфическим, — произнес Сайрус, бросая на Виктора взгляд, полный неприкрытой ненависти. — Не стоит беспокоить хозяев. Мы уходим.

Он развернулся и, высоко подняв голову, направился к выходу, увлекая за собой Амариллис. Стражники шли следом, загораживая им путь назад. Вся эта процессия удалялась под пристальными, любопытными и шокированными взглядами зала. Музыка играла, но теперь она звучала фальшиво, приглушая жужжание возбужденных голосов.

Казалось бы инцидент длился всего несколько секунд, может, минуту. И Сайрус ушел ни с чем. Пора выдохнуть и расслабиться. Но я стояла, не в силах пошевелиться. Одна деталь не давала мне покоя.

Сайрус и Виктор знали друг друга. И не просто знали. По тому, как они обменялись взглядами, по этой враждебности, было ясно, что история их знакомства давняя и неприятная.

В голове вдруг возникла мысль, от которой стало страшно и трудно дышать.

А зачем я Виктору на самом деле?

Действительно ли я ему просто понравилась практически с первой встречи? А что, если все эти недели, когда он оказывал мне внимание, ухаживал и защищал, эти нежные поцелуи… Неужели все это было лишь игрой? Орудием мести? Способом досадить Сайрусу Ардену, отобрав у него то, что тот счел отработанным активом? Показать ему, что его брошенная жена теперь под защитой более могущественного дракона?

Горький ком подступил к горлу. Я посмотрела на Виктора, на его резкий, непроницаемый профиль. Он следил за удаляющейся фигурой Сайруса. Хозяин, изгоняющий незваного гостя со своей земли. Настоящий дракон. Ни тени смущения или сожаления.

Вдруг он почувствовал мой взгляд и повернулся. Его серые глаза встретились с моими. И в них я не увидела ни торжества, ни злорадства. Но и той теплоты, того особого огонька, что был в его взгляде на башне или в карете, сейчас не было. Мне виделся в них только холодный расчет и выполненный долг.

Мне нужны были ответы. Сейчас. Но устраивать сцену на глазах у всего Вольхендема было бы верхом глупости.

Когда Виктор сделал шаг в мою сторону, я едва заметно коснулась его руки. Мой твердый взгляд говорил был весьма красноречивым: «За мной. Тихо».

Я развернулась и пошла прочь из зала, не оглядываясь, но чувствуя его присутствие в двух шагах