Хозяйка старой лавки. Новая жизнь после развода! - Анастасия Пенкина

— До завтра, Алисия, — наконец произнес он.

— До завтра, Виктор.

Он вышел. Я осталась стоять за прилавком, прислушиваясь к отдающимся в ушах звукам: его низкий голос, хлопок двери, звяканье монет.

Амариллис пришла за триумфом, а ушла ни с чем. Она увидела меня не раздавленной, а спокойной. Видела, как дракон, чьего внимания она, вероятно, жаждала, не заметил ее вовсе. И я не сделала для этого ничего. Просто была собой. Хозяйкой в своей старой лавке.

Это было лучшее возмездие.

Но, конечно, этого было слишком недостаточно, чтобы унять всю бурю эмоций, которую вызвал приезд Сайруса. Который, как теперь выяснилось прибыл не один.

После ухода Амариллис и короткого визита Виктора в лавке снова стало тихо. Но внутри меня все кипело. Какое-то давящее, удушливое раздражение. От наглого, почти брезгливого взгляда Амариллис, от воспоминаний о подарках Сайруса, от постоянного чувства, что за мной наблюдают и ждут провала.

Я поднялась в свою комнату, хотелось хотя бы ненадолго скрыться от всего этого. Но прятаться было негде. Это раздражение сидело во мне, под кожей, и начало потихоньку пульсировать.

Магия снова давал о себе знать. И я уже не была уверена, что первично? Ее пробуждение — всплеск эмоций. Или сначал всплеск эмоций — вспышка магии?

Сначала задребезжала фарфоровая ваза на комоде. Потом зазвенели стекла в окнах. Я посмотрела на свои руки, от кончиков пальцев побежали мелкие, лиловые искорки.

Раньше я бы испугалась. Зная, что это может быть опасно после инцидента в кабинете Виктора. Сейчас же я просто устала бояться.

«Энергию можно не гасить, а направлять», — вспомнились строчки из учебника по элементарной магии.

«Зарядить предмет малой силой, наделить его простым, полезным свойством».

Я еще не успела заработать на дорогостоящие артефакты, которые могли подавить такой всплеск. И ни одного дракона под рукой не было, чтобы помочь с этим привычным способом.

Да и кому я могла бы довериться после всего? Если бы Сайрус вдруг оказался рядом сейчас. Готовый помочь… Согласилась бы я?

Но его, к счастью, или к беде, не было. И Виктора не было рядом.

Зато на кухне как раз стояла большая миска с тестом для завтрашнего хлеба. Оно уже подходило, накрытое полотенцем. Я спустилась вниз, подошла к столу и поставила ладони по бокам от миски. Искры стали ярче, воздух вокруг рук затрепетал и словно загустел.

«Энергию можно не гасить, а направлять».

Я закрыла глаза. Вместо того чтобы пытаться втянуть эту силу обратно в себя, я представила ее в виде теплого ручейка. И направила этот ручеек в тесто. Не для того, чтобы взрывать, а просто… наполнить.

Под полотенцем тесто шевельнулось, будто вздохнуло. Чистый, хлебный аромат стал ярче. По кухне потянуло запахом дрожжей и муки с легким оттенком теплых трав и… спокойствия. Искры вокруг моих рук погасли. Дрожь в окнах прекратилась.

Я осторожно приподняла полотенце. Тесто выглядело идеально — упругим, пористым и живым. Обычное тесто. Почти обычное. Я отщипнула маленький кусочек и скатала шарик, положила его на тарелку. Посмотрю, как оно будет вести себя завтра.

Чувство раздражения куда-то ушло. На смену ему пришла легкая, приятная усталость, как после хорошей физической работы. И, что важнее, странное, новое чувство контроля.

Неужели мне больше не нужно бояться собственной магии? Не нужно ни с кем делить ее?

Я вытерла руки, поднялась в комнату и достала с полки учебник. Села у окна и положила книгу на колени. Едва я положила ладонь на обложку и подумала о том, чтобы найти главу про наполнение предметов магией, как страницы под моей рукой сами собой, беззвучно, начали перелистываться. И остановились на нужном месте.

Слова, раньше казавшиеся сухими и сложными, теперь обретали смысл. Я лучше понимала, о чем они. Потому что только что сама это делала.

Настоящая магическая сила, которая могла пригодится.

Я дочитала еще одну главу главу и закрыла книгу. За окном начинало темнеть. Скоро нужно будет спускаться, готовить лавку к вечернему потоку студентов.

Вставая, я еще раз посмотрела на свои руки. Сейчас никаких магических искр не было. Совершенно обычные ладони. Но теперь я знала, что могу их создавать, использовать магию, решать, куда ее направить. На разрушение или на то, чтобы хлеб оставался свежим дольше.

На следующий день после обеда в лавке было тихо. Бель молча пересчитывала сдачу, я вытирала опустевшие полки. Между нами вновь появилось напряжение, которое отдаляло друг от друга, когда мы только переехали в Вольхендем и Бель злилась на меня, на отца и на весь мир. Сейчас она пребывала в подобных чувствах, я помнила ее тоскливый, горький взгляд на тот полушубок. Слишком сильно он напоминал Изабель о прошлой жизни. И часть нее все еще хотела вернуться туда.

Звякнул колокольчик, дверь в лавку открылась. Знакомый бархатный голос разрезал тишину.

— Какая тишина в вашем хлебном царстве.

Сайрус стоял на пороге с этой раздражающей снисходительной улыбкой покровителя и осматривал мою лавку так, будто это его владения. В руках у него была очередная подачка, небольшая изящная коробка.

— Надеюсь, не помешал, — сказал он, делая шаг внутрь.

— Помешаешь, — ответила я просто, не прекращая вытирать пыль. — У нас работа.

Он фыркнул, будто мои слова были милой шуткой, и поставил коробку на прилавок прямо перед Бель.

— Для тебя, дочка. Столичные засахаренные фиалки. Помнишь, ты их в детстве любила.

Бель посмотрела на коробку, потом на него. В ее глазах мелькнула глупая, детская надежда, что все это знак раскаяния.

— Папа… — начала она.

— Что тебе нужно, Сайрус? — перебила я, поворачиваясь к бывшему мужу. Как же мне надоел этот глупый спектакль. — Ты здесь не из-за фиалок. Говори прямо.

Улыбка с лица бывшего почти пропала, но не исчезла. Она изменилась, став жестче.

— Что ж, не буду ходить вокруг. Я позаботился о будущем нашей дочери. Нашел для нее блестящую партию. Лорд Годрик Блэк. Влиятельный, состоятельный землевладелец из Кристаллических ущелий. Для Бель это шанс, о котором здесь, в этой дыре, ей даже мечтать не приходится.

Имя всколыхнуло память. За двадцать лет в столичном высшем свете я слышала много знатных имен драконов и магов. И имя Годрик Блэк было мне знакомо. Мне доводилось видеть его на одном из столичных приемов лет… десять назад. Ему тогда уже было за пятьдесят. Три жены умерли при странных обстоятельствах, одна за другой. Ходили слухи не о болезнях, а о том, что он «высасывал» из них молодость и магию, пока те не угасали. Именно поэтому