Блинная «Клубничная грядка» - Лори Гилмор

Как тогда уйти?

Как сказать, глядя в эти большие глаза, что она не станет ей мамой и, больше того, скоро перестанет о ней заботиться и уйдет навсегда?

Айрис понимала: она крупно облажалась и просчиталась. Думала, что сумеет соблюдать дистанцию, а теперь… теперь ей не выбраться. Причем в прямом смысле: Олив висела на ней, уцепившись руками и ногами, как влажный от пота детеныш коалы.

Айрис уткнулась лицом в волосы девочки.

– Ну-ка, пойдем. Я купила фруктовый лед. Он поможет от першения в горле.

Она поднялась, держа Олив на руках.

– Какой вкус хочешь?

– Синий.

– Синий – это не вкус, а цвет, – объясняла Айрис, пока они шли на кухню.

– Синий – самый вкусный, – возразила Олив, когда Айрис усадила ее на стул и достала из морозилки эскимо.

Айрис невольно рассмеялась:

– Ладно. Вот тебе синий фруктовый лед со вкусом редчайшего синего растения, что растет в тропических лесах.

Олив сразу повеселела и сунула ледышку в рот.

– Спасибо. Я тебя люблю, Айрис, – сказала Олив, с невинным видом облизывая мороженое. Она даже не догадывалась, что от этих слов сердце Айрис рвется на части. – А еще я люблю синий фруктовый лед! – весело пропела она, болтая маленькими ножками.

– Рада, что тебе нравится, – ответила Айрис, проглотив ком в горле.

Это всего лишь работа. Такая же, как и все предыдущие, с которых она в итоге уходила. И эту она тоже оставит.

Но не сегодня.

Глава 24

В среду вечером, вернувшись домой, Арчер никого не застал. На этой неделе Олив наконец-то поправилась и вернулась в школу. Но для учебы уже поздно, так куда они с Айрис подевались? Иногда она водила девочку в книжный или на тренировки в бассейн, но почти всегда предупреждала в сообщении, куда они решили пойти.

Он поставил сумку у двери и только-только направился на кухню, как из сада донесся звонкий смех Олив. Каждый раз, когда Арчер его слышал, сердце неизменно сжималось.

Он вышел во двор, и Олив тут же вскочила с земли и подбежала к нему.

– Сюрприз! – крикнула она, прыгая ему на руки.

– Ух ты! Что это вы тут устроили? – спросил он.

– Пикник!

Олив быстро высвободилась из его объятий и потянула Арчера к одеялу, расстеленному посреди лужайки. После целого месяца дождей из-за облаков наконец-то выглянуло солнце, и густая мокрая трава сияла в его закатных лучах. Воздух пах влажной землей и молодой травой. Кто бы ни жил здесь раньше, эти люди явно любили цветы – вдоль забора тянулись многолетники: сначала шли нарциссы, которые уступали место тюльпанам, а чуть поодаль распускались ирисы.

И вот одна из этих ирисов, прекрасная и живая, сидела напротив и улыбалась ему.

– С возвращением домой, – сказала Айрис.

И вдруг он всей душой почувствовал, что так оно и есть. Рядом с ними ему действительно казалось, что он дома. Странно такое осознавать, ведь всего пару месяцев назад Арчер стоял на этом самом крыльце, уговаривая себя просто войти внутрь.

– Айрис сказала, что сегодня идеальная погода для пикника. Это первый по-настоящему теплый день весны, – затараторила Олив, пританцовывая от нетерпения. – А еще она раздобыла на рынке клубнику, и мы решили приготовить клубничные пирожные!

– Ничего себе, – рассмеялся Арчер, пытаясь переварить обрушившийся на него поток информации.

– Мы приготовили их для тебя, наш всемирно известный шеф-повар, – сказала Айрис.

Хвала небесам, что здесь Олив. Иначе он, пожалуй, не удержался бы: потянулся бы к Айрис, уложил на одеяло и целовал каждый ее изгиб. Она насмешливо подмигнула, будто знала, какие мысли крутятся у него в голове.

– Ну выглядит все просто великолепно, – сказал он.

Взгляд невольно скользнул от тарелок с едой к ее ногам, к плавным линиям тела, скрытым под синей тканью. На щеках девушки тут же разгорелся румянец. Обычно Арчер видел ее или в пижаме, или в легинсах с майкой для занятий йогой.

Но сегодня, в этот прекрасный солнечный майский день, на ней было синее платье на тонких бретелях с белыми горошинами и маленькими клубничками. Волосы, собранные в пучок, открывали длинную шею. Розовато-золотые пряди сверкали на солнце.

Айрис выглядела настолько аппетитно, что хотелось съесть ее прямо здесь и сейчас.

Но его дочь стояла рядом, радостно указывая на свои кулинарные творения. Арчер мысленно благодарил ее за возможность отвлечься, ведь рядом с Айрис Фрейзер он не мог полагаться на здравый смысл и принимать разумные решения. Вероятно, улучшений в этом вопросе не предвидится.

– Можно узнать у тебя рецепт? – спросил он, беря одно из клубничных пирожных с изящной белой тарелки, расписанной крошечными синими цветочками. Интересно, откуда взялась такая посуда.

– Айрис велела не рассказывать, – ответила Олив.

– Правда? И почему же?

– Потому что ты сразу включишь шеф-повара и обесценишь наши старания, – нетерпеливо пояснила Айрис.

– Я бы никогда так не сделал! Они выглядят аппетитно.

Есть много вариаций рецепта клубничных пирожных, но они остановились на традиционном варианте, принятом в Новой Англии: за основу взяли сладкое печенье и добавили к нему взбитые сливки и сочную клубнику. Арчер взял вилку и отломил кусочек. Печенья, ягод и крема – всего было поровну.

Положив в рот кусок пирожного, он вытаращил глаза для пущего драматического эффекта.

– Лив, это потрясающе! – Арчер уже привык сокращать ее имя. Ему это нравилось. У него складывалось ощущение, что они постепенно становились настоящей семьей.

При этих словах лицо дочери засияло от счастья:

– Правда?!

– Да, у тебя здорово получилось.

– Ну не только у меня, Айрис помогала их выпекать.

– Я просто выполняла обязанности сушефа.

– Ты правда не раскроешь мне свой кулинарный секрет? – спросил Арчер.

Олив бросила взгляд на Айрис, которая лишь пожала плечами.

– Так уж и быть, можешь ему рассказать. Он знает уже гору кулинарных секретов. Одним больше, одним меньше.

Арчер усмехнулся.

– Спасибо, что сжалились надо мной.

Олив наклонилась ближе.

– Мы взяли готовую смесь для печенья и покупные взбитые сливки.

Арчер наклонился к ней и прошептал:

– Знаешь, на вкус это даже лучше клубничных пирожных, которые готовлю я.

– Правда?

– Да. – Он чмокнул ее в нос. – Отличная работа, шеф.

Было невозможно улыбнуться еще шире, но Олив это удалось. Арчер взглянул на Айрис: на ее лице тоже мелькнула улыбка. Та самая, что появлялась лишь в те моменты, когда ей казалось, будто ее не видят. Его любимая улыбка: не игривая и не озорная, в ней, как казалось уже ему, отражались истинные чувства Айрис.

Она отвела взгляд.

– Ух ты, Олив. Теперь мне не терпится попробовать.

Они набросились на клубничные пирожные, запивая их розовым лимонадом, разлитым по изящным чашкам. Арчер похвалил Олив за платье и саму идею пикника, а она рассказывала ему, как прошел ее день. И если девочка что-то пропускала, Айрис ей об этом напоминала. Солнце грело, кругом распускались цветы и щебетали птиц. Среди этой гармонии Арчер вновь ощутил, как переворачивается его мир.

Ведь все это нравилось ему безоговорочно.

Ему нравилось приходить домой пораньше, разговаривать с Олив, устраивать пикник под лучами солнца. Все это было ему по душе гораздо больше, чем бесконечное стремление к недостижимой карьерной