Блинная «Клубничная грядка» - Лори Гилмор

– Не знаю, что именно они там подают, но это не еда.

Айрис захихикала.

– Но признай, их хлебные палочки – просто хит. Народ от них без ума.

– Ничего я не буду признавать, – буркнул он и, зачерпнув небольшую кружку воды из кастрюли с макаронами, вылил ее в сковороду к чесноку с маслом.

Айрис с интересом наблюдала за тем, как он готовит. Она уже хотела поддеть его за снобизм, но, судя по запаху, Арчер имел полное право задирать нос: пахло божественно. Он слил воду и закинул спагетти в сковороду, перемешав их с чесночным соусом. У Айрис громко заурчало в животе. Арчер достал из шкафа две белые тарелки, ловко скрутил в каждой идеальное гнездо из пасты, посыпал сверху свежей петрушкой и тертым пармезаном. Айрис была бы не против поселиться в таком съедобном гнезде навсегда.

– Выглядит… потрясающе, – в предвкушении протянула она.

Чертов Арчер со своей пастой! Одно дело – сопротивляться его отцовскому очарованию, когда он проявляет нежность к Олив. Но как устоять перед свежеприготовленными спагетти с сыром?

– Buon appetito[11].

– Ради всего святого, просто давай наконец поедим.

Арчер усмехнулся и придвинул ей тарелку.

Как и ожидалось, ужин оказался восхитительно вкусным. Нет, даже не восхитительно – божественно вкусным. Настолько, что если всего час назад Айрис сочиняла про себя речь об увольнении, то теперь подумывала признаться этому мужчине и его пасте в вечной любви. Немного тревожный поворот событий.

К концу суматошного дня Айрис чувствовала себя хотя и вымотанной, зато наевшейся до отвала. Она потягивала вино, наслаждалась вкусной пастой и смотрела на проступавшую на щеке Арчера ямочку. Неожиданно для себя она поняла, что внутри нее постепенно разливается полный покой. Такого она не испытывала уже очень давно. Наверное, с тех пор, как Айрис сидела на кухне у соседки Джози, когда она смотрела, как та готовит, и они болтали обо всем на свете, от нового бойфренда ее мамы до велосипеда, который ей хотелось получить на день рождения.

Может, ради этого люди ищут себе пару? Ради ощущения, которое испытываешь в конце трудного дня, когда осознаешь, что вам вместе удалось пройти через трудности? Надо признать, это очень приятное чувство. У Айрис всегда были мама, тетя и кузина. Друзей у нее, как и подработок, тоже было предостаточно. Она не испытывала в них нехватки. Но, возможно, состоять с кем-то в серьезных отношениях – это совсем другое.

Вот так вот просто сидеть на кухне, смеяться, пить вино с Арчером… Иметь возможность расслабиться после целого дня, проведенного с больным ребенком… Чего-то подобного Айрис, пожалуй, и пожелала бы когда-нибудь.

Да, когда-нибудь.

Но не сейчас.

Сейчас Арчер ее работодатель и она не хочет причинить боль Олив. К тому же совсем не исключено, что ей вообще не захочется брать на себя такую ответственность, как ребенок.

Этот день стал самым тревожным в жизни Айрис с тех пор, как на ее глазах девятилетняя Бекс перелетела через руль велосипеда и разбила лицо об асфальт. Айрис никогда еще не бегала так быстро. Вся в слезах, она с криком звала маму на помощь.

– Тяжелый выдался день, – сказала она, отодвигая пустую тарелку.

– Да, но мы справились, – ответил Арчер.

Они заняли на кухне свои привычные места: Айрис сидела с одной стороны стола, Арчер стоял напротив вплотную к столешнице, как всегда, скрестив руки на груди.

Айрис понимала, что это неправильно, но она не могла ничего с собой поделать: ее тянуло к нему. Она жаждала, чтобы он снова перегнулся через стол, как тогда, когда облизал ей палец. Ей бы хотелось, чтобы таких моментов было больше.

Да, это неправильно. Но сопротивляться этому желанию невозможно.

– Мне пора спать.

– Хорошо.

Арчер не сводил с нее темных глаз, будто знал, чего она хочет, и сам желал того же. Но он не шевельнулся, лишь продолжал сверлить ее взглядом, даже когда она спрыгнула со стула.

– Спасибо за ужин.

– Обращайся в любое время.

Голос Арчера, низкий и чуть сиплый, словно резонировал в ее груди. Было ясно, что он хочет ее так же сильно, как и она его. Но он не двигался.

Так он защищал себя и Олив.

Случайная ночь с няней не обернется ничем хорошим ни для него, ни для дочери. И для самой Айрис тоже.

– Спокойной ночи, Арчер.

Он дернул подбородком.

– Спокойной ночи, Айрис.

Арчер не сдвинулся с места, но она ощущала на себе его пронзительный взгляд, пока не дошла до своей комнаты.

На следующий день Олив, конечно, осталась дома. Было очевидно, что за один день она не выздоровеет. К тому же Айрис не собиралась нарушать правило «сутки без температуры», чтобы не бесить школьную медсестру. Ей удалось уговорить Арчера: пусть идет на работу, а ей предоставит ухаживать за болеющим ребенком. У Айрис был стратегический запас жаропонижающих, к тому же она научилась расшифровывать симптомы Олив. «Болят глазки» – значит, болит голова и температура растет, а «чешется шея» – это першение в горле.

В бесчеловечные пять утра, уходя в закусочную, Арчер не раз заверил ее, что она может позвонить ему в любой момент. Он примчится домой при первой же необходимости, независимо от того, как обстоят дела на работе.

Айрис не могла не признать, что эти слова здорово ее успокоили.

– Ну как мы себя чувствуем?

Олив устроилась на диване с любимым плюшевым нарвалом и стаканом апельсинового сока. Оказалось, что она не против побольше пить, если добавить кубики льда и соломинку.

– Лучше, – сказала Олив, делая глоток. – Можно мне в школу?

Айрис плюхнулась рядом на диван.

– Нет, сегодня еще нет.

– Почему?

– Ты еще не выздоровела.

– Но мне уже не плохо.

Лицо Олив было бледным, под глазами залегли темные круги.

– Ты определенно все еще болеешь. Прости, но в школу пойти нельзя.

Олив сразу погрустнела.

– Но сегодня библиотечный день, а значит, я не получу новые книги.

Айрис окинула взглядом стопку на журнальном столике.

– У тебя и так целая куча непрочитанных книжек.

– Но я хочу новые!

– Ну если я отпущу тебя в школу, тебя все равно отправят обратно. Такие правила, милая. Ты ведь не хочешь заразить своих друзей, правда?

Олив пожала плечами, будто ей не было никакого дела до того, заболеют ли другие дети. Ей просто нужны новые книги.

– У меня есть идея, – сказала Айрис, стараясь не купиться на жалобный вид Олив. – Как только поправишься, я отведу тебя в городскую библиотеку, и ты возьмешь там сколько угодно книжек.

При этих словах лицо Олив озарилось улыбкой.

– Правда?

– Да.

– Можно сто пятьдесят? – Сейчас это было любимое число Олив.

– А ты столько унесешь?

Немного подумав, девочка с готовностью заявила:

– Наверное.

– Мне нравится твоя уверенность, – одобрила Айрис. – А теперь пей сок.

Они устроились поудобнее на диване и провели все утро за просмотром любимых шоу Олив, пока она не задремала, положив голову Айрис на колени. Лоб девочки оставался теплым, а не горячим, и это обнадеживало. Айрис убрала со лба малышки прядку темных волос. Они были влажными от