Я сломаю тебя - Джиджи Стикс

на все виды игр с дыханием, унижение, фейсситтинг, бондаж, эксгибиционизм, вуайеризм и множество других извращений. Я хотела попробовать всё, кроме водных видов спорта и скэта.

Бросив взгляд на свою подпись на обороте, я оглядываюсь через плечо в сторону коридора, ожидая увидеть призрака Ксеро. Когда он не появляется, я поворачиваюсь к окну и вглядываюсь в глубину сада, но никого не нахожу за деревьями.

Этот листок бумаги мне не привиделся.

Кто-то или что-то побывало в моём доме, и я не собираюсь задерживаться, чтобы выяснить, кто именно.

Раздаётся стук во входную дверь, заставляя моё сердце тревожно сжаться. Я откладываю «секс-контракт» и на цыпочках прокрадываюсь по коридору на звук. Мой пульс отдаётся в барабанных перепонках, отдаваясь эхом до самых костей.

Что, если я открою дверь и найду труп Джейка? Это нелепо. Ничего подобного не случится, потому что я снова принимаю лекарства.

Один осторожный взгляд в глазок убеждает меня, что я зря волновалась. Это всего лишь миссис Бейкер. От облегчения у меня отлегает от сердца, но в то же время я испытываю лёгкое разочарование. Почему я вечно на взводе? Каждый звук — не дурное предзнаменование.

Отбросив эти мысли, я открываю дверь.

Миссис Бейкер — актриса на пенсии, ей под семьдесят, и я никогда не видела её без ярко-красной помады и улыбки. Независимо от времени суток, она всегда одета во что-нибудь гламурное. Сегодня утром на ней кремовый кашемировый свитер и брюки в тон, которые она дополнила ниткой жемчуга.

— Аметист, — говорит она, и её голос звучит так, словно она находится на сцене. — Преподобный Том сказал, что ты хотела меня видеть.

Не сразу до меня доходит, что она говорит о том случае, когда я постучала в её дверь, когда она уже легла спать.

— Да так, ничего особенного, — провожу рукой по светлым прядям. — Я просто хотела узнать, есть ли у вас свободная комната.

Она стоит на пороге, ожидая, что я объяснюсь, и я выдаю ту же сбивчивую историю о друге, которому нужно было где-то остановиться. Она продолжает смотреть на меня, и я сглатываю. Что я буду делать, если она упомянет, что я перенесла труп Джейка на кладбище?

— Вы закончили работу? — спрашивает она.

Я хмурюсь.

— Что вы имеете в виду?

— Вас не было целую неделю. Полагаю, это потому, что вы делали ремонт в доме?

Я переминаюсь с ноги на ногу, гадая, не перепутала ли она меня с преподобным Томом, который сейчас занимается дезинсекцией своего дома. Когда миссис Бейкер наклоняет голову, ожидая ответа, я бормочу:

— Да. Что-то вроде того.

— Потому что моим соседям не нравится шум.

Она уходит, оставляя за собой облако аромата Chanel N°5.

У меня нет сил даже на то, чтобы спросить, что она имела в виду, поэтому я возвращаюсь в дом.

Моё тело наконец привыкло к лекарствам, и разум уже не такой заторможенный. Пора сосредоточиться на завершении рукописи, чтобы хотя бы подготовить черновик к книжной ярмарке.

Десять часов спустя, после пары коротких перерывов на сон и большого количества кофеина, я сижу в своём кабинете на втором этаже и смотрю на экран компьютера. В комнате темно, потому что я не вставала с места с тех пор, как начала работать. Наконец-то у меня есть семьдесят тысяч слов, но с последними главами возникают сложности.

Героиня моей переработанной истории не попала на казнь, потому что подражатель-убийца попытался сделать её своей первой жертвой, но она боролась за свою жизнь и прогнала его, облив кипятком. Затем подражатель начал атаковать её в интернете, пытаясь изолировать от поклонников. На следующий день он вернулся и заставил её посмотреть видео с казнью. Героиня разбила ему голову бутылкой арманьяка и уехала.

Я смотрю на рукопись и думаю, что же, чёрт возьми, я пишу. «Это ходит по кругу».

Нет смысла переживать, когда у меня есть агент, поэтому я отправляю Майре последнюю версию с вопросом, что она думает. Если её реакция будет сдержанной, я вырежу последние двадцать тысяч слов и допишу середину. Может, стоит превратить утренний секс по телефону в супружеские визиты? Я могла бы перенести свадьбу на более ранний срок, скажем, на середину, а оставшиеся страницы заполнить непристойностями.

Звук бьющегося стекла заставляет меня встать и подойти к окну. На улице под уличным фонарём стоит Спарроу и швыряет бутылку на дорогу, разбивая её вдребезги. Его брат Уайлдер хватает его за руку, уговаривая остановиться, но Спарроу отталкивает его.

Я поджимаю губы. Наверное, он злится из-за того, что Релейни наконец-то приказала им уйти.

Они продолжают толкаться, поднимая невообразимый шум. Я оглядываюсь на другие окна и понимаю, что за ними наблюдаю только я. Кто-то должен вызвать полицию. Никто не хочет идти или ехать по битому стеклу.

Я уже собираюсь отойти от окна, но Уайлдер оборачивается и машет мне рукой. Я показываю на свою грудь, и он кивает, словно хочет, чтобы я успокоила его брата.

Этого не будет. Я не хочу в это ввязываться.

Когда я возвращаюсь к ноутбуку, экран оказывается пустым. Я включаю его, но вижу, что он вернулся к заводским настройкам. У меня перехватывает дыхание. В животе всё сжимается от страха. Все мои файлы, все фотографии, все документы исчезли.

Вместе с моей грёбаной рукописью.

Паника пронзает меня насквозь и сжимает сердце. Я смотрю на экран, не веря, что мой ноутбук мог просто взять и отформатироваться.

Я звоню Майре и перезагружаю его.

Она отвечает после первого гудка.

— Привет…

— У тебя есть последняя версия рукописи? — спрашиваю я, и мой голос становится громче.

— Насчёт этого… — Она делает глубокий вдох. — Я не в восторге от этой дополнительной сюжетной линии. Люди хотят читать о сексуальном убийце с пирсингом на члене, а не о какой-то неуклюжей подражательнице того же роста, что и героиня.

— Да, но у тебя ещё остался экземпляр? — спрашиваю я.

— Что ты имеешь в виду?

— Мой компьютер только что всё стёр. Все мои файлы исчезли.

— Вот чёрт, — вскрикивает она. — Сейчас проверю.

Я прижимаю руку к животу, который не перестаёт опускаться, предвещая неминуемую гибель. Я потеряла не только рукопись, но и все свои ответы на письма Ксеро. Они были отсканированы перед отправкой, а оригиналы находятся в тюрьме.

Пока я жду, когда Майра вернётся к телефону, я подхожу к своему маленькому шкафчику для документов,