Я сломаю тебя - Джиджи Стикс

Релейни смотрит на меня, нахмурив тонкие брови.

— Какая стена, дорогая?

Мои губы приоткрываются, но осознание происходящего обрушивается на меня, как удар по затылку. Только не говори, что у меня были галлюцинации о двух братьях? Паника подступает к горлу, заставляя меня замолчать. Если они были всего лишь плодом моего воображения, значит ли это, что у меня иммунитет к моим лекарствам?

— Ты видишь духов, детка? — Чаппи помогает мне сесть, положив свою большую руку мне на плечо.

— Это просто… — Я моргаю, чтобы отогнать пятна. — Это сложная галлюцинация. Это нечто.

Он качает головой.

— Ты одарённая.

— Не совсем.

— Ты настоящий медиум. — Релейни постукивает по центру моего лба. — У тебя мощная чакра третьего глаза.

— Эм… ладно. — Я смотрю в окно, пытаясь разглядеть братьев. Не увидев их поблизости, я снова переключаю внимание на Релейни. — Прости, что испортила сеанс. Можно я всё-таки останусь на ночь?

— Конечно, можешь. Всегда пожалуйста.

Я пытаюсь встать, но Чаппи подхватывает меня на руки и прижимает к груди.

— Давай я отнесу тебя наверх, малыш.

— Поставь меня на пол. — Я легонько толкаю его в плечо.

Рядом со мной появляется Релейни.

— Это была очень неприятная трещина. У тебя может быть сотрясение.

— Я лучше пойду пешком.

Как только Чаппи ставит меня на ноги, кровь приливает к голове, у меня кружится голова, и комната начинает вращаться. Я пошатываюсь, расставив руки в стороны для равновесия.

Чаппи хватает меня за талию, чтобы я не упала.

— Ого. Тебе нужен врач?

— Вот видишь? — Релейни берёт меня за руку, морща лоб. — Тебе нужна помощь.

— Хорошо, — говорю я со вздохом.

Чаппи снова подхватывает меня вместе с моей сумкой и несёт через комнату. Я заглядываю ему через плечо и вижу Иезекииля и Релейни, которые, обнявшись, провожают нас широкими улыбками. Надеюсь, они не думают, что я хочу стать их четвёртым ребёнком.

Чаппи несёт меня вверх по лестнице, с благоговением глядя на меня.

— Ты сильная.

— Меня просто преследует призрак, — бормочу я.

— Релейни — отличный парень, но я никогда не встречал настоящего ясновидящего.

— Это галлюцинации. Иногда я что-то вижу, когда нервничаю.

— Мёртвых людей? — спрашивает он со знающей улыбкой.

— Ничего общего с мальчиком из фильма, и такое случается только в исключительных обстоятельствах.

— Я так и знал. — Он поднимается по лестнице и открывает дверь в запасную комнату.

У меня отлегло от сердца. Невозможно объяснить, что галлюцинации — это реакция на травму, полученную от людей, которых я убила или позволила умереть. Одно дело, когда Ксеро предстаёт передо мной в образе Мрачного Жнеца с косой, но я не собираюсь признаваться в причинах, по которым я иногда вижу мистера Лоусона и Джейка.

Чаппи укладывает меня на кровать и ставит мою сумку.

— Мы можем поговорить об этом завтра. Я даже приготовлю тебе завтрак.

— Спасибо, — бормочу я, в голове всё ещё стучит.

Отступая, он отодвигается к краю кровати и снимает с меня левый ботинок.

Я поднимаю голову и морщусь от резкой боли.

— Что ты делаешь?

— Помогаю тебе расслабиться, — отвечает он и убирает правую руку. — Я немного разбираюсь в рефлексотерапии. Это может облегчить головную боль.

— Нет, спасибо, — говорю я с нервным смешком. — Я щекотки боюсь.

Он приподнимается на матрасе и впивается в меня взглядом своих карих глаз.

— Если ты не хочешь, чтобы я сделал тебе массаж ног, может, я поласкал твою киску?

У меня перехватывает дыхание, а щёки пылают.

— Ч-что?

Он ухмыляется, его глаза сверкают.

— У Релейни есть Иезекииль. А теперь у меня есть ты. — Он облизывает губы. — Я могу доставить тебе настоящее удовольствие.

Моё сердце бешено колотится, а пульс между ног бьётся так сильно, что его вибрации ощущаются даже на пальцах ног. Ещё слишком рано. Я не могу принять ни одно предложение, особенно от одного из людей Релейни.

Или могу?

Под всклокоченной бородой и растрёпанными волосами скрывается красивый мужчина, мускулы которого проступают сквозь зелёную рубашку. Если прищуриться, он вполне сойдёт за горячего серфера.

В прошлом у меня были отношения с мужчинами, но я ни разу не была так близка к оргазму. То нас прерывали, то они были совершенно неумелыми, то я зажималась, вспоминая мистера Лоусона. Долгое время мой мозг ассоциировал сексуальное удовольствие с выкидышами или с мужчиной, которого я убила. Единственным, кто довёл меня до оргазма, был Ксеро.

Не могу сказать, что именно помогло: его голос, грязные словечки или осознание того, что он за решёткой. Телефонный секс с ним доводил меня до взрывных оргазмов, которые становились ещё ярче, когда я играла с его фаллоимитатором.

— Как тебе такое? — Чаппи проводит длинными пальцами по моему бедру, заставляя меня ёрзать.

Вопрос повисает в воздухе, создавая напряжение, которое я чувствую каждой клеточкой своего тела. У меня перехватывает дыхание. Я оглядываю комнату в поисках призрака Ксеро. Мой клитор набухает, и либидо подталкивает меня принять его предложение, но я подавляю в себе это предательское желание.

— Я посвятила свою жизнь Ксеро, — бормочу я. — Моё тело принадлежит ему.

Он хмурит брови.

— Ты уверена, детка? Ты ещё молода и горяча, и он бы не хотел, чтобы ты тосковала по нему всю жизнь.

Я тяжело сглатываю, сердце бешено колотится. Даже если какая-то часть моего сознания уже представляет, как этот горячий язык скользит между моих бёдер, моё сердце сжимается при мысли о том, что я предаю Ксеро.

— Я не могу.

— Вот чего тебе не хватает. — Он высовывает язык. Он длинный, толстый и украшен серебряной серёжкой.

По спине пробегают мурашки и оседают в моей киске. Я прикусываю нижнюю губу и сдерживаю стон. Сколько времени прошло с тех пор, как я получала удовольствие от чего-то, кроме своих пальцев или игрушки? Мысли о последнем мужчине, который довёл меня до оргазма, вызывают во мне такой прилив гнева, что мне хочется сбросить его с очередной крыши.

Качая головой, я встречаюсь с ним взглядом.

— Спокойной ночи, Чаппи. Мой ответ — нет.

Он делает щелкающие движения кончиком языка. Это звучит так соблазнительно, что боль у меня между ног усиливается. Я сжимаю бёдра и заставляю себя дышать медленнее.

—