Эхо флейты из Гаммельна - Наталья Николаевна Александрова

Выйдя из лифта, мы попали в комнату, где была кофемашина и несколько столиков.

Костомаров приготовил всем нам кофе.

Мы уселись вокруг стола, и я твердо сказала:

— Ну все, больше никаких уловок и уверток. Рассказывайте все, что вы знаете о нашем усыновлении.

Он оглядел нас всех по очереди и вздохнул:

— Ани нет… Я не смог ее предупредить… Я хотел всех вас собрать, чтобы предупредить об опасности, но…

— Как раз она пришла на встречу, там-то она и погибла! — жестко проговорила я. — Если бы не ваше письмо…

— Но я должен был вас предупредить!

— О чем?

— О том, что он… он вернулся.

— Так, а теперь четко и ясно: кто такой «он» и чем нам грозит его возвращение?

Костомаров вздохнул и заговорил:

— Я должен начать с самого начала…

— Да уж, пожалуйста! — поддакнул Альберт, а я подумала, что этот тип снова тянет время, снова пытается нас заболтать.

Ну посмотрим, как у него это получится!

— Двадцать лет назад со мной связались… — начал Костомаров и замолчал.

— Кто? Кто с вами связался? — спросил Альберт. — Давайте уже поконкретнее!

— Не знаю. Со мной связались от имени благотворительной организации… Как же она называлась…

— «Новая жизнь», — подсказала я.

— Да, точно… «Новая жизнь»… Как я мог забыть… Они поручили мне найти приемных родителей для пяти детей. Я должен был подобрать приемные семьи, подготовить все документы и после этого забрать детей и передать их новым родителям… Должен сказать, что в этом поручении было несколько необычных моментов.

— Каких же?

— Во-первых, передо мной были поставлены очень жесткие сроки. Мне нужно было все сделать всего за месяц. Кроме того, необычно было то, что у всех пятерых детей была одна и та же фамилия — Аскольдовы. Притом что забрать всех пятерых нужно было в разных местах. Но я все же взялся за эту работу. Ведь дать детям новую семью, открыть перед ними новую жизнь — это так важно…

— Ну и вы же наверняка делали это не бесплатно! — язвительно проговорил Альберт.

— И это тоже… Мне сразу же выплатили аванс. Причем необычно большой… — Костомаров перевел дыхание и продолжил: — Конечно, я начал с подбора приемных семей…

— Не очень-то вы постарались!

— Я уже сказал — мне поставили очень жесткие сроки! Сказали, что это требуется для безопасности детей. Как назло, мне не попадалось ни одного подходящего варианта, а заказчики торопили меня… — Он снова сделал небольшую паузу и опять заговорил: — В конце концов, я подобрал несколько семей. Правда, я не успел их как следует проверить…

— Да уж! — сухо произнес Альберт.

— Говорю же, у меня было очень мало времени! К тому же даже те семьи, которые я подобрал, не спешили давать согласие, так что мне пришлось использовать рычаги давления.

Мы переглянулись, каждый из нас вспомнил историю своего усыновления.

— К счастью, «Новая жизнь» не ограничивала меня в расходах, — добавил адвокат, — так что в результате я сумел уложиться в срок. Договорился с приемными семьями, подготовил все необходимые документы и забрал детей, чтобы передать в новые семьи… Кстати, я вспомнил еще одну деталь, и это тоже было довольно странно. Всех детей… всех вас я забирал в разных местах.

— А в каких конкретно местах? Вы помните?

— Я не помню этого, слишком много времени прошло с тех пор. Но моя помощница, Ангелина… она работает со мной уже очень давно, и она всегда все очень аккуратно записывала, так что у нее эти данные наверняка сохранились.

— Где ее найти?

Костомаров тяжело вздохнул и огляделся. Но понял по нашим лицам, что без ответа мы его не отпустим.

— В моей адвокатской конторе, — проговорил он наконец с явной неохотой.

— И где же эта контора находится?

Костомаров снова вздохнул и сказал:

— Раньше у меня была нормальная, очень приличная, даже респектабельная контора… При входе — большая клумба с петуниями и георгинами, два гипсовых льва и охранник, отставной военный. Все как у людей. А теперь мне приходится прятаться, шифроваться, использовать тайники и секретные коды, устраивать настоящий квест для потенциальных клиентов… Пойдемте, я вас туда отведу… Вижу ведь, что иначе вы от меня не отстанете.

— Это точно, можете не сомневаться!

Он опустил голову.

Я снова на всякий случай взяла его за руку, чтобы не сбежал, и мы отправились в путь.

Мы пересекли захламленное, заставленное разнообразным цирковым и театральным реквизитом пространство, где разговаривали с Костомаровым, прошли по очередному коридору и оказались в настоящей библиотеке.

Библиотека эта представляла собой просторную комнату с пятиметровыми потолками, все стены которой были заставлены книжными шкафами. Полки с книгами поднимались до самого потолка, поэтому тут и там стояли деревянные стремянки, с помощью которых можно было достать книги с верхних полок.

Кроме книжных шкафов в библиотеке имелось множество бюстов известных писателей, которые стояли через равные промежутки на резных деревянных консолях. Я узнала Льва Толстого по окладистой бороде, Пушкина по характерным кудрям и бакенбардам и Чехова по его знаменитому пенсне, но кроме них было еще много менее известных персонажей.

Впрочем, для тех, кто не знает писателей в лицо, на подставках под бюстами имелись подписи.

Костомаров уверенно прошел большую часть помещения, миновав бюсты Тургенева, Салтыкова-Щедрина и Мамина-Сибиряка, и вдруг удивленно проговорил:

— А это еще кто?

— Где? — спросила я и проследила за его взглядом.

И в ту же секунду он вырвал у меня руку и метнулся вперед.

И исчез.

Вот только что он был рядом со мной — и все, словно сквозь землю провалился!

Точнее, не сквозь землю. Мне показалось, что он прошел сквозь стену.

Мы растерянно оглядывались.

— Куда он девался? Здесь нет никаких дверей или окон…

Многочисленные гипсовые писатели насмешливо смотрели на нас со своих консолей.

— Он юркнул куда-то сюда… — Андрей показал на простенок между двумя писателями.

Один из них был И. И. Панаев.

Не знаю ничего об этом писателе, но хотя бы слышала фамилию. Опять-таки наша литераторша про него рассказывала, точнее не про него, а про его жену, которая его бросила и ушла к поэту Некрасову.

Вот они как поступали в девятнадцатом веке, а еще про мораль говорят (это тоже не мои слова, а ее). И таких примеров множество, продолжала наша старушка, а выскочка Ленка Сидорова тут же привела в пример Анну Каренину.

Тогда старушка наша рассмеялась и сказала, что Анна Каренина все-таки литературный персонаж, выдуманный. А с женой писателя Панаева не