Тьма. Кости демона - Наталья Сергеевна Жильцова

дворцовым галереям, прокручивая в голове список возможных кандидатов. Несмотря на то, что многих молодых мужчин, часто бывающих при дворе, она помнила, знаний о них у Аделины было катастрофически мало. Кто может быть полезен? Кто умен? А кто глуп или расточителен?

«Надо обязательно узнать обо всех поподробнее», – сделала мысленную заметку она.

Конечно, родители не подпустят к ней никого совсем уж никчемного, но все же.

Внезапно из тени между двумя колоннами вышел высокий крепкий мужчина в дорогом темно-синем камзоле и шагнул навстречу Аделине. Сдержанно, словно ждал именно этого момента.

Лина узнала суровые черты его лица и пронзительный, цепкий взгляд серо-стальных глаз сразу. «Паук», лорд Сирил Тронвуд. Глава купеческой гильдии и влиятельнейший торговец королевства, чья сеть факторий и кораблей раскинулась от южных морей до восточных нагорий.

– Ваше Высочество, доброго дня, – его голос был низким, бархатистым и лишенным подобострастия. – Могу ли я попросить вас уделить мне несколько минут?

Аделина остановилась, слегка напрягшись. С лордом Тронвудом она общалась лишь однажды, когда посещала с отцом торговую гильдию, и сейчас понятия не имела, зачем вообще могла ему понадобиться.

Тем не менее повода для отказа в разговоре Аделина не видела, так что, сохраняя холодную вежливость, кивнула:

– Доброго дня, лорд Тронвуд. Чем могу быть полезна?

– Полагаю, что это я могу быть полезен вам, принцесса, – ответил он, сделав еще шаг ближе, но сохраняя почтительную дистанцию. – До меня дошли слухи о предстоящем бале и его… двойной, так сказать, цели.

«Надо же, как быстро разносятся новости, – мысленно хмыкнула Лина. – Однако какое ему дело до моего замужества?»

Вслух, впрочем, задавать этот вопрос не стала, лишь жестом предложив лорду Тронвуду продолжать. И тот продолжил:

– Я наблюдаю, как вы в последнее время проявляете себя. Вы обладаете безупречной логикой. Вы схватываете налету особенности сложнейших политических и торговых связей. У вас блестящий ум, Ваше Высочество. Ум, которому нужен тот, кто способен оценить его в полной мере. И это явно не те мальчишки, что приедут на бал. Юнцы. Наследники, заложники амбиций своих отцов. Что они могут предложить вам, Аделина? – Лорд Тронвуд впервые произнес ее имя без титула. – Лишь суету и неопытность. Они будут искать в вас приданое и связи. Они будут тратить ваше время. Тогда как вы достойны куда большего.

– Это серьезные слова, – отметила Аделина, понимая, что не может не согласиться с их разумностью. А еще понимая, к чему он ведет. – И что вы предлагаете?

– Я предлагаю партнерство, – сказал лорд Тронвуд четко. – Я не нуждаюсь в вашем приданом. Мое состояние весьма велико и может легко поспорить с королевской казной. Я не ищу покровительства короны – мои связи шире и прочнее многих дворянских. Мне нужны исключительно вы, Аделина. Ваш ум, ваши способности. Мне нужны вы сама.

Он слегка повернулся, указывая рукой в сторону большого витражного окна, за которым темнели сады.

– Взамен я предлагаю вам свободу. Не эти стены из камня и дворцовых протоколов, а реальный мир. Удивительный. Огромный. Я могу показать вам любые места, которые вы пожелаете увидеть. Только скажите «да».

Лорд Тронвуд замолчал, позволяя Аделине осознать сделанное предложение. Не признание в любви, но возможность получить судьбу, о которой принцесса до сих пор только мечтала.

И несмотря на то, что изначально, едва уловив, к чему клонит лорд Тронвуд, Аделина хотела ответить отказом, с его последними словами произнести «нет» она не смогла.

Этот мужчина не был «молодым аристократом». Он не был предсказуемым и управляемым. И уж точно лорда Тронвуда нельзя было назвать безопасным. Однако его предложение было куда заманчивее и ценнее всего остального!

«И если мне все равно приходится выбирать не сердцем, а разумом, то…»

– Я не тороплю вас с ответом, Ваше Высочество, – лорд Тронвуд улыбнулся уголками губ, похоже, прекрасно понимая смятение в душе Аделины, которое вызвал. – Мой корабль не уплывет с приливом. Подумайте. Посмотрите на этих мальчиков на балу. Оцените, что они собой представляют. А затем вновь подумайте о том, что могу предложить я. Союз со мной не будет клеткой. Он будет фрегатом, у штурвала которого будем стоять мы оба.

Он снова склонил голову, глубже и почтительнее, чем в первый раз.

– Приятного дня, принцесса.

И растворился в тени галереи так же, как и появился, оставив после себя не запах духов, а шлейф притягательных обещаний и возможностей. Возможностей, о которых Аделина обязательно подумает.

Глава 13

Два дня до бала тянулись отвратительно неспешно. Однако Аделина старалась не терять время впустую и изучала доступную информацию о возможных кандидатах в мужья. Список приглашенных охотно вручила ей мать, и, судя по внушительному количеству молодых дворян, родители отыскали всех возможных родовитых наследников в Карминии.

Многие из приглашенных, на первый взгляд, действительно выглядели перспективно. Вот только при этом все они, как ни крути, проигрывали предложению лорда Тронвуда. И пусть в нем не было романтики, лишь разум и практичность. Романтика Аделину не интересовала. Мысль о свободе – вот то единственное, что вызывало теперь в душе принцессы эмоциональный отклик. Она жаждала вырваться из дворца. Жаждала посмотреть мир, пусть и в расчетливом союзе.

И к вечеру второго дня Лина почти решилась. Оставалось лишь убедиться в своем решении, оценив кандидатов в последний раз, так сказать, вживую.

В преддверии бала в покоях Аделины воцарилась сосредоточенная суета. Подготавливая платье, камеристки работали быстро и бесшумно, чувствуя не праздничное возбуждение принцессы, а ее сосредоточенную решимость. Сама же Лина сидела перед трюмо в корсете и нижних юбках, и лично занималась макияжем. Все должно было соответствовать ее образу строгой неприступности.

Внезапно дверь без стука отворилась и в спальню заглянула сестра.

– Лина, ты готова? Мать сказала… – Ведана замерла на пороге, оборвав фразу на полуслове.

Она смотрела на платье, которое камеристки уже отгладили и теперь осторожно поднимали, чтобы надеть на Аделину. Сшитое из глубокого синего бархата, оно поглощало свет, а не отражало его. Четкие линии корсажа были усилены серебряной вышивкой, напоминая плетение кольчуги. Рукава-фонарики, сужающиеся к запястьям, отделаны не кружевом, а чеканными серебряными пластинками.

Ни декольте, ни рюшей, ни мягких складок. Это был не наряд для соблазнения, а скорее униформа для переговоров.

– Боги! – наконец выдохнула Ведана. – Что за платье, Лина? От тебя я такого не ожидала. Это же просто ода сдержанности и чопорности!

– Так и задумано, – спокойно ответила Аделина, поднимаясь и позволяя служанкам застегнуть платье сзади. Оно село безупречно, тяжело и прочно, как броня. – Я не хочу, чтобы меня рассматривали. Я хочу, чтобы меня оценивали только по