Королева Вечности - Л. Дж. Эндрюс

босыми. Темные волосы, всегда уложенные по последней моде, теперь волнами разметались в стороны, а на смуглой коже пробивалась непривычная для друга щетина. В руках он сжимал жестянку со снадобьем от Сьюэлла, от которой исходил пар, пахнущий гвоздикой и мятой.

– Как ты нас нашел? – задал вопрос Тэйт.

Не дожидаясь ответа Гэвина, Тэвиш поднял три пальца.

– Прошу прощения, мне следовало бы спросить разрешения, прежде чем ставить заклинание маяка? Подумал, что у нас должен быть способ привлечь его к нам, раз уж он не в курсе, что на тебе висит отслеживающий талисман.

Боги, я мысленно поблагодарил мудрого Маэлстрома за отправленного с нами его сына.

– Раз я более не нужен, – продолжил Тэвиш, поправляя на голове кожаную шляпу, – мне лучше позаботиться о своей команде. Предчувствую, что вскоре нам потребуется восстановить силы для приближающейся битвы.

Он оставил нас, напоследок хитро подмигнув и расплывшись в очередной лукавой ухмылке.

– Скажи мне, – только и смог произнести я, как Гэвин незамедлительно приступил к рассказу. Фион стала новой подающей надежды любовницей Ларссона. Говоря начистоту, ее причастность не стала неожиданностью, поскольку я часто приходил к мысли, что за спиной действует морская ведьма. Лишь одна ведьма, находившаяся в Королевстве Вечности, желала, чтобы я сполна заплатил за все причиненные ей мучения, касавшиеся позорного отлучения от роли спутницы короля, и это, несомненно, была Фион.

Предательство Хеша окончательно подтвердилось, хотя Селин испытала немалое удовольствие, описывая кровавую расправу над вторым помощником Хеша, на которую наткнулся ее брат.

Однако непостижимыми для меня оставались две вещи: каким образом Ларссон обнаружил дорогу на странный остров, ставший его неприступной крепостью, и как до меня не дошло, что он мой чертов брат. Неужели я настолько отчаянно нуждался в признании, что не замечал проявления его высокомерного презрения?

Пока остальные расспрашивали о путешествии Гэвина, я безнадежно рылся в своей душе, в бьющемся сердце, в любой маленькой расщелине своих чувств, откуда мог бы услышать ее голос.

Певчая птичка, ответь мне.

Закрыв веки, я ощутил, как головокружительное чувство ужаса сковало нутро. Узы, яркие связующие нити, не позволявшие моему сердцу впасть в бездну отчаяния, окончательно разрушились.

– Где она находилась, когда ты бросил ее? – Разлепив наконец глаза, я холодно уставился на Гэвина.

– Так говоришь, будто у меня оставался иной выбор.

– У тебя он был. Вырвать Ливию из мерзких рук Ларссона. – Я угрожающе приблизился к нему. – Вот что ты должен был сделать, обнаружив ее, а вместо этого бросил на произвол судьбы.

Гэвин резко поднялся на ноги.

– Оно не отпускало ее. Ты что, оглох? Наложенные заклинания не позволяли ей уйти.

Я грохнул ладонью по столу, сбив в сторону незажженную свечу и старый золотой компас.

– Никто не спрашивал твоих оправданий. Я просил вернуть ее любой ценой.

– Бладсингер. – Ко всеобщему замешательству, Вален ударил меня по плечу, отвлекая от попытки напасть на одного из оставшихся настоящих друзей. – Выслушай его. Он – связующая нить с Ливией. Не теряй головы.

Однако Гэвин отнесся снисходительно к моей безрассудной выходке. Вновь встретившись с ним взглядом, я уловил на его лице не прилив отвращения, а глубокую печаль. Опустив подбородок, он рассеянно провел кончиками пальцев по ободку жестянки.

– Я старался вернуться к ней, Эрик. Собирался переместиться с ней к морю, но стоило мне переступить границу, как остров начал исчезать из поля зрения. Создавалось впечатление, что чары нарастали словно щит, пока я не потерял остров из виду. Даже не представляю, как долго ей удастся прятаться или отбиваться от стражников, пока они ее не найдут.

Чем дольше Гэвин излагал свою историю о случайном открытии этого исчезающего острова, тем сильнее ледяной поток струился по моим венам, сковывая жгучую кровь. Его слова полностью совпали с рассказом Пеши. Спустя некоторое время после прибытия Дома Туманов в его особняк Гэвин почувствовал неестественное желание к перемещению, словно его сила, обретя собственную волю, начала действовать без приказа хозяина.

Вышел на прогулку, как он выразился, подышать свежим воздухом, но приливы принудительно затянули его и перенесли через воду, вытолкнув из умывальника в покоях Ливии.

– Какая сила способна на такое? – Селин, сидя рядом с братом, накручивала прядь волос на палец и без остановки дергала коленом.

– Говорю вам, – произнес Гэвин, – есть нечто странное в этом острове. Ливия убеждена, что там живет эльфийский народ.

– Эльфы. – Сандер неуверенно покачал головой. – Сейчас ведутся бурные споры о том, вымерли они или нет.

– Повстречавшиеся мне люди были совсем другими, – заметил Гэвин. – Клянусь Богами морей, остров позвал меня. Он притянул меня туда.

– Как вам обоим удалось покинуть крепость? – спросил я.

Гэвин описал их побег через странный дворец, построенный в склоне холма, и расправу, учиненную ими над охранниками.

Какая-то часть меня не хотела больше расспрашивать, не желала представлять Ливию, закованную в цепи, напуганную и раненую, но разум приказывал обратное.

– Что Ларссон сделал с ней?

Гэвин метнул короткий взгляд на Валена. Проклятье. Его явно страшила реакция повелителя земли.

– Говори, – потребовал я.

– Ларссон и Фион воспользовались силами одной из женщин на том острове, чтобы извлечь сердечные узы. Не представляю, как именно это было сделано.

Я оттянул вырез туники, обнажив заживающую рану на груди.

– Зато мне хорошо известно. Почему? Он решил претендовать на нее? Он заставил ее привязаться к нему?

– Нет. За этим стоит какая-то другая цель. Что-то связанное с защитными чарами на кровавой короне. А еще он решил, что это вызовет у нее ненависть к тебе, словно единственная причина, по которой она вообще тебя любила, – это узы. – Гэвин быстро вскинул руки. – Уверяю тебя, ничего не вышло. Твоя королева еще решительнее намерена найти тебя.

– Расскажи нам то, что недоговариваешь, Гэвин, – велел Тэйт. – Я чувствую твое желание что-то скрыть от короля и повелителя земли.

– Лучше поведай нам все, что удалось выяснить, – не дав мне произнести ни звука, спокойно промолвил Вален.

– Мальчик, говори правду, – мягко сказал Сьюэлл сыну. – Уничтожь ложь.

– Я не лгу. Лишь упускаю некоторые подробности. – На мгновение Гэвин замешкался, подбирая слова. – В общем, когда я обнаружил королеву, Ларссон уже напал на нее. Ей пришлось отбиваться от него, но он захотел… овладеть ею, оставить на теле метку.

В глазах резко потемнело, а каждое услышанное слово затмевало в сердце последние крупицы света, застилая их лишь всепоглощающей ненавистью, местью и яростью. До ушей сквозь туманную дымку донеслась пышущая гневом тирада Валена, брызжущий злостью голос и требование добраться до его девочки немедленно.

Тут мы с повелителем земли оказались солидарны.

Не проронив ни слова, я выскочил из каюты,