Королева Вечности - Л. Дж. Эндрюс

Стоило Нарзе проскользнуть к меньшему судну, на котором приплыл Тэвиш, как в груди, к моему удивлению, образовалась новая пустота. По ее распоряжению Теневое крыло, корабль Дома Туманов, был оставлен для наших целей, а Тэвиша вынудили принять над ним управление, плывя вслед за Вечным Кораблем.

– Мой король. – На полпути к причалу показалась Пеша, энергично машущая руками.

– Нам нужно поймать попутный ветер, женщина. – Не останавливаясь, я направился к берегу.

– Король Эрик! – Пеша пронзительно закричала и схватила меня за руку. – Подождите.

– Что случилось?

– Паэдар… Я не сказала вам, а надо было, но… Не могу больше хранить это в себе. Не после всего, что узнала.

– Говори! – прошипел я сквозь зубы.

– Он… именно с ним я должна была встретиться, мой король.

Тогда я схватил ее за руку, но не собирался причинить боль, скорее в этот момент моими действиями руководила паника или призрачная надежда, однако девушка пронзительно вскрикнула.

– Он здесь? Она у него?

На длинных ресницах заблестели крупные слезы.

– Нет, мой король. Он просто пришел на свидание, но в этот раз к нему присоединился еще один из команды. Они… увидели королевский корабль и уже пробираются на вашу палубу.

Я бросил взгляд на Вечный корабль, и на лице, испещренном застарелыми шрамами, заиграла мрачная ухмылка. Значит, люди Хеша решили незаметно пробраться на борт королевского корабля?

Они рассчитывали отослать меня в потусторонний мир, однако их души по моей милости отправятся туда первыми.

Глава 17

Змей

– Полагаешь, она сказала правду? – задумчиво произнес Тэйт, почесав заросший щетиной подбородок. – Мне не попадался никто из посторонних.

– Они вполне могли смешаться с командой в Башне, – предположил Алексий.

– Еще одни полоумные наемники. – Я устало опустился на стоявший рядом со столом стул. Убийцы нередко досаждали мне, но эти уроды, где бы они ни скрывались на палубе, сейчас доставляли массу неприятностей, поскольку любая крошечная задержка, каждое промедление отрывали меня от Ливии и порождали в душе еще один приступ безжалостной жестокости.

Сьюэлл постукивал пальцем по странице книги.

– Темные приливы, маленький угорь. Действительно, очень темные приливы. Но заставь одного из них шептать, и нам откроются мысли ложных угрей.

– Точно. Верно, Сьюэлл. – Я стиснул его плечо и слегка встряхнул. – Заставим одного из них орать и узнаем, где именно Хеш или Ларссон удерживают ее. Мы вынудим их визжать до потери голоса прямо сейчас, нельзя откладывать.

Прислонившись к стене, Вален, сохраняя мрачное выражение лица и стоическое спокойствие, внимательно изучал каждое мое движение. Повелитель земли практически не вмешивался в разговор, лишь сосредоточенно наблюдал за нашим быстро разрабатываемым планом, демонстрирующим, что происходит с предателями Вечного корабля.

Губы Сьюэлла нервно подергивались.

– Сожги кости, маленький угорь.

Одно мое касание заставит их не просто сгореть заживо, они сгниют изнутри.

Стоя на главной палубе, Тэйт и земной фейри приказали команде выстроиться в шеренгу. Одни беспокойно переминались с ноги на ногу, другим вообще не было до указаний никакого дела: они раскуривали сигары и выдували дым в сторону слабеющего солнечного света.

Однако стоило мне ступить на палубу, как их спины моментально распрямились.

Все присутствующие казались какими-то чужими, и это лишь яростнее разжигало текущую в моих жилах ненависть.

– Тэйт, – произнес я низким голосом, стараясь, чтобы никто не расслышал разговор на фоне бьющихся о борт волн. – Есть здесь желающие моей смерти?

– Мои способности ограниченны, Эрик. Несомненно, они прибыли с заклинаниями или чарами, прекрасно понимая, что именно умеет мой голос.

Бесконечная череда замысловатых чар и заклинаний. Еще и остров, куда невозможно попасть без проклятого ключа. Чем больше сведений было получено, тем отчетливее я понимал, что Ларссону помогают чертовы морские ведьмы.

– Тогда поступим по-моему.

– Предпочитаю твой способ. – Зубы Тэйта зловеще сверкнули в зверином оскале.

Взошедший ранее на борт с намерением помочь нам в предстоящей охоте Тэвиш оторвался от созерцания моря.

– Я постараюсь снять все проклятия и заклинания.

– Незаметно.

– Ни единая душа не узнает, – бросив последние слова, он скрылся в дальнем конце палубы.

Сцепив руки за спиной, я встал в центре первой шеренги.

– Покажите ладони, ничтожества. Сдвинетесь с места – и сожрете свои клинки.

Начав закатывать рукава туник, мужчины тревожно роптали, оголяя всевозможные шрамы и татуировки. Некоторые бросали настороженные взгляды, не преминув заметить, что Сьюэлл, Селин и Тэйт не находились в строю, а лишь наблюдали со стороны.

Сегодня Вален увидит самые темные уголки моей души, те стороны, которые, по словам его дочери, так полюбились ей. И даже его присутствие не сдержит моих мрачных намерений. Обжигающее грудь чувство напоминало желание вынудить страдать всех, имеющих хоть малейшее отношение к причинению вреда Ливии.

Сейчас он либо примет все как есть, либо нет. Однако в данный момент его решение меня почти не волновало.

Первым на очереди оказался плавающий под моим командованием уже очень давно ублюдок, прозванный Шрамом за длинный рубец, изуродовавший плоть и рассекавший половину лица.

Я надрезал тонкую кожу на его запястье.

Шрам испуганно вздрогнул, а его веки сомкнулись и исчезли за складками кожи и густыми бровями. Не успел он отстраниться, как я прикусил большой палец острым клыком и прижал кончик к открытой ране.

Среди членов экипажа нарастал напряженный и беспокойный шум. Никто не задавал вопросов, никто не попытался отстраниться, но все меньше парней встречались с моим настороженным взглядом.

– Король Эрик, – дрожащим голосом прошептал Шрам с закрытыми глазами, – я не сделал ничего такого, что могло бы навредить моей связи.

Выждав десять вдохов, я внимательно осмотрел его вены: синие, выступающие сквозь старую кожу, но без эбенового вкрапления и никаких конвульсий. Кровавые связи с кораблем оставались нетронутыми, и их продолжали чтить. Пока команда Вечного корабля, находясь на палубе, хранила непоколебимую верность, моя кровь не могла повлиять на них.

Я отбросил руку Шрама и двинулся вдоль строя, где мужчины один за другим позволяли мне отравить их кровь.

Штормбрингер добровольно протянул руку, прежде чем мне удалось добраться до него.

– Я не глупец, мой король. И знаю, что все это значит. Пошлите меня в морскую преисподнюю, если я предал своего короля и его земную возлюбленную.

И впервые за все время я замешкался. В тот день, когда меня спасли от земных фейри, Штормбрингер был пятнадцатилетним мальчишкой, отслужившим свой первый год на Вечном корабле.

Именно в тот злополучный день, когда Торвальд пал под стремительной секирой Валена, Штормбрингер, чтобы отвлечь меня, отвел под палубу и угостил медом, хранившимся в тайнике