Сокровище дархана - Марианна Красовская

Открыв глаза, Асахан склонился над рунами. Угур не солгал: их выпало ровно девять. Все были понятны: Воин, Дракон, Дева, Змей. Огонь и Земля. Черная пластинка — смерть. Стрела — знак перемен и круг — символ жизненного цикла.

— Я ничего не понимаю, — произнес Ингвар с сомнением. — Что ты скажешь, Сахи?

— Скажу, что из земли и огня родится Дракон, Змей будет повержен, и Воин умрет от руки Девы, и круг будет замкнут, — вздохнул Асахан. — Все так. Но…

— Но? — вскинул брови Хашур, собирая руны в мешочек.

— Во-первых, я не уверен, что наш угурский друг просто не утяжелил нужные пластины, — насмешливо продолжил Сахи и поднял ладонь, останавливая возмущенно вскинувшегося мага. — Во-вторых, я человек простой и могу истолковать это как… ну… допустим, у Ингвара и Ситары родится дочь, которая убьет твоего господина. Или внучка. Кстати, сколько лет Змею?

— Уже за сотню, — ошарашенно пробормотал Хашур, глядя на Асахана совершенно круглыми глазами. — А его отец правил все триста. Но я не доживу до внучки! Я хочу, чтобы эта тварь сдохла как можно быстрее!

— Я не хочу, чтобы Ситара пачкала руки! — запротестовал Ингвар. — Впрочем, и дочь не отдам.

— Теперь она сможет уйти, только если Змей умрет, — пожал плечами маг. — Круг замкнулся. И ты мне поможешь.

Ингвар, впечатленный предсказанием, согласился. Проникнуть в сад не так уж и сложно, если ты умеешь превращаться в небольшого юркого лиса. А разыскать зверинец можно по запаху. Заодно и на таинственного союзника поглядеть. Кто знает, что он из себя представляет.

Глава 27

Женское дело

Ситара с глубокой неохотой выплывала из волшебного сна, где рядом были Ингвар и их сыновья. Она совершенно не помнила, что с ней случилось, и не могла понять, почему рядом с ее постелью сидит не Хонга, а какая-то незнакомая светловолосая женщина. Или все же девушка? Коса какая красивая, толстая, цвета спелой пшеницы…

Она хотела что-то спросить, быть может, даже возмутиться. Но из пересохшего горла вырвался только хрип.

Новая служанка (или, судя по крепким плечам и общей стати, тюремщица) поднесла к губам принцессы чашку восхитительно прохладной воды. Ситара выпила ее всю, жадно глотая и обливаясь.

— Ты кто? — наконец удалось ей перевести дух.

— Варя, — захлопала чудесными голубыми глазами тюремщица.

— Морка?

— Да. Как ты себя чувствуешь? Выглядишь, прямо скажу, ужасно. Аки покойница.

Ситара не обиделась. Она и впрямь ощущала себя едва живой. Слабой и очень голодной.

— Я есть хочу.

— Надо думать. Ты в забытьи почти неделю провалялась. Я в тебя вливала с ложечки отвары, но ты ж выплевывала. Покормить или сама?

— Сама.

Варя сунула Ситаре в руки миску холодного клейкого риса и подмигнула лукаво.

— Эти дикари считают, что рис — самое вкусное, что есть на свете.

Принцесса ничего против риса не имела. Она съела его почти весь. Без соли. И только потом догадалась оглядеться. Это были не ее привычные покои, а совсем другая комната. Не менее роскошная, со стенами из черного дерева и высоким потолком, под которым болталось множество колокольчиков. Должно быть, если открыть окно, они будут звенеть сотней голосов.

Варвара, проследив за взглядом девушки, хмыкнула:

— Это они тут навешали от злых духов. И тебя перенесли в личные покои императора. Ну, чтоб от колдовства защитить.

— К-какого колдовства? — изумилась Ситара.

— Злобного. Выяснилось, что на тебя навели этот… сглаз. Жены змеиные, да не одна, а целых девятнадцать. Оттого тебе так плохо и сделалось.

— Девятнадцать? — Ситара все еще не понимала, что происходит. — И что теперь?

— Знамо дело: их в мешок — и в реку. Шучу, не падай в обморок, — хихикнула странная надсмотрщица. — В темнице они. Пока неизвестно, чей глаз оказался самым злым. Выясняют. Но потом все равно всех в мешок — и в реку. Не любят в Угуре колдуний.

Варька вздохнула. Она не знала, кто был среди этих девятнадцати несчастных. Хоть бы не морки!

— И что Ингвар в тебе нашел? — снова перевела она взгляд на Ситару. — Кожа да кости, смотреть больно. Мала, тоща, болеешь вдобавок.

Ситара услышала только одно имя, остальное совершенно пропустив мимо ушей.

— Ты знаешь Ингвара?

— Он мой побратим. И я пришла за тобой. У нас есть план, как тебя отсюда вызволить.

У принцессы сразу сил прибавилось, как и не было никакой хвори. Она подскочила и повисла у Варьки на шее.

— Спасительница моя! Да благословит тебя Великая Мать, да подарит тебе славное и могучее потомство!

Варвара, у которой и мужа-то не было, фыркнула в ответ и осторожно сняла тонкие девичьи руки со своих плеч.

— Ну полно, — сконфуженно пробормотала княжна. — Я только помощница. Самое главное предстоит сделать тебе самой.

— И что же?

— Прямо скажу: Змея придется поцеловать!

Ситара скривилась. Быть может, поцелуй — не самая высокая цена за свободу. Но как же хочется улизнуть не расплатившись!

План, придуманный магами, был вполне осуществим. Ингвар наотрез отказался передавать Ситаре яд. Его трясло уже от того, что любимой придется прикасаться… к этому… а уж рисковать с ядами — увольте. После жаркого спора сошлись на снотворном. Ингвар передал вещество Василю, Василь — Варваре.

А дальше все зависело от принцессы.

Выслушав Варькин рассказ, Ситара усомнилась.

— Допустим, я убью Змея, — протянула она. — А дальше? Как мы уйдем? Тут кругом стража, нас поймают и казнят.

— У Василя один из стражников подкуплен да с несколькими рабами сговор, — ответила Варька, которая тоже тревожилась. — А за стенами ждут Ингвар и Асахан. А где-то на границе — мой отец. До него доберемся — считай, спаслись. Как будто у нас другой план есть!

— Змей далеко не дурак, — прищурилась Ситара. — Если я вдруг буду ему навязываться, он что-то заподозрит. Да и обычно он зовет меня на ужин. Там все снотворное с губ сотрется. Надо что-то придумать.

Вань Хо, заглянувший проведать принцессу, остался доволен и ее здоровьем, и покладистостью. А больше всего ему понравилось, что Ситара потребовала принести ей новую одежду, золотые украшения и лучшую косметику, какая только найдется в гареме.

— Я хочу поблагодарить Великую Мать за свое исцеление, — важно заявила она. — И подарить ей танец.

Какая там мать, евнух не знал, но искренне считал, что благодарности достоин только он и немного (совсем чуть-чуть) Василь. Но с мором он расплатился, приставив Варвару охранять Ситару. Впрочем, капризы принцессы были ему близки и понятны. Точно так и должны вести себя красивые девушки. Наряжаться, красить