Влюбленный Уайльд - Элоиза Джеймс

Прежде чем она успела ответить, герцог поклонился.

— С вашего разрешения, я пойду сообщу ее светлости, что мы будем развлекать еще одну гостью.

— Учитывая иллюзии Пруденс Ларкин, вряд ли она сможет присоединиться к нам за столом, — сказал Аларик.

— А я полагаю, что ей следует именно так и поступить, — сказал его светлость. — От слухов будет больше вреда, нежели оттого, что гости обнаружат за столом плаксивую дочку миссионера. Более того, возможно, если она подольше побудет рядом с тобой, она избавится от своей одержимости.

Аларик усмехнулся отцу.

— Подвергаешь сомнению мою привлекательность?

— Я сомневаюсь в способности мисс Ларкин мыслить логически, — сухо сказал герцог, — но близость неизбежно подействует.

Когда герцог ушел, Аларик подошел к Уилле и обвил ее руками. Она не стала его отталкивать.

— Я буду притворяться, что помолвлена с вами, — сказала она, — но это не значит, что я согласна выйти за вас замуж. Как только мисс Ларкин уедет или образумится, мы расторгнем нашу фиктивную помолвку.

Аларик кивнул. До поры до времени он был готов это принять. Все же это шаг вперед по сравнению с дружбой, потому что помолвленные могут целоваться. И целуются.

— Нам стоит отрепетировать сцены близости, чтобы выглядеть более убедительно, — предложил он.

Теперь Уилла все-таки его оттолкнула и усмехнулась.

— Думаю, с этим у нас не будет трудностей.

Глава 20

Вечером Уилла удобно устроилась в кресле с книгой в руках. Леди Ноув дала ей почитать роман о рыцарях, которые с безрассудным героизмом совершают великие подвиги и разят врага направо и налево, тратя огромное количество энергии. Романист не описывал реальный мир, однако Уилла продолжала читать. К тому времени, когда с вымышленного неба упал большой кусок вымышленных доспехов и раздавил одного из вымышленных персонажей, в замке уже воцарилась тишина. Дочитав до этого места, Уилла вздохнула и закрыла книгу. Она не видела смысла в художественной литературе. События вроде тех, что были описаны в этой книге, пробуждали в ней любопытство, которое было невозможно удовлетворить. Взять хотя бы этот эпизод. Почему упали именно доспехи? Почему не цыпленок? Например, цыпленок, огромный, как дом. Замок Линдоу был полон интересными людьми, и Уилла не видела смысла читать про выдуманные события, когда жизнь сама по себе достаточно сложна. Лунный свет ярко освещал ее спальню: он лился в окна вместе с ароматом жимолости. Душка носилась в круге света, мелькая черно-белым хвостом, и деловито вытаскивала все из швейной сумочки Уиллы и складывала под туалетный столик.

Уилла прищурилась от лунного света: когда она носила очки, она мало что видела за пределами страницы книги. И все же она могла сказать, что пятно лунного света с одной стороны очерчено округлой линией, а с другой — плоской, и похоже на голубя, выпятившего грудь. Вот почему ей никогда не стать романисткой. Луну полагается сравнивать с серебряным диском или с лицом богини Дианы, но никак не с жирным голубем.

В дверь тихонько постучали, и Уилла этому обрадовалась. Ей хотелось рассказать Лавинии про сумасшедшую дочку миссионера, но встреча с Пруденс вывела ее из равновесия. Она чувствовала себя как-то странно, поэтому вместо того, чтобы вернуться в салон играть в карты, она удалилась в свою комнату. Но когда Уилла осторожно, чтобы Душка не проскочила мимо нее в коридор, открыла дверь, то увидела не Лавинию, а Аларика.

Не существует ситуации, в которой джентльмену было бы прилично нанести визит в спальню леди — если только упомянутая леди сама не предложила ему завести роман. Проще говоря, развлечься. Значит, если называть вещи своими именами, Аларик считает ее девицей легкого поведения. Уилла уставилась на него, чувствуя острое разочарование. Одно дело поцеловать ее или притворяться, что они помолвлены, и совсем другое — сделать из этого вывод, что первое или второе является приглашением к куда большим вольностям.

— Лорд Аларик, — сказала она холодно, — есть много дверей, в которые вы можете постучаться ночью. Уверяю вас, моя дверь — не из их числа.

— Не думаю, что кому-нибудь из дам за теми дверями будет интересно вот это. — Он разжал кулак, Уилла сняла очки, посмотрела на его ладонь и увидела двух мокриц и дождевого червя. Червяк извивался.

Крайне озадаченная, Уилла подняла на него взгляд.

— Я принес их для Душки, — пояснил Аларик. — Сегодня днем я заметил, что хотя она ест разных насекомых, ей особенно нравятся мокрицы.

— Как, скажите на милость, вы смогли это определить?

— Она вставала на задние лапки. — Его глаза смотрели совершенно невинно. Слишком невинно, по мнению Уиллы. — Разве вы не замечали, как она реагирует, когда чему-то рада?

Уилла совершенно не горела желанием дотрагиваться до какого бы то ни было насекомого.

— Не замечала. Она уже съела на ужин кусочек курятины.

— Хотите, я сам дам их ей? — предложил Аларик. — Обещаю, что если вы впустите меня в свою спальню, меня не обуяет похоть. Как вы сами заметили, есть много дверей, которые откроются, если мне вдруг нестерпимо захочется уложить в постель женщину.

— Вы надо мной смеетесь, — сказала Уилла.

— Только чуть-чуть. Потому что вы ревнуете.

— Ничего подобного.

Он усмехнулся.

— В таком случае вы вполне можете меня впустить. Или вы хотите оставить мокриц Душке на завтрак? Я могу найти вам коробочку, чтобы они не расползлись по комнате.

Уилла подумала, что Душка, наверное, будет рада угощению, а ее ночная сорочка и халат закрывают гораздо больше частей ее тела, чем вечернее платье. Аларик — порядочный человек, и ее опасения просто глупы. Она открыла дверь и отошла в сторону. Как только Аларик вошел, Душка радостно пискнула и поскакала к нему. Он присел на корточки и протянул вперед обе руки, сжатые в кулаки.

— Смотрите не раздавите этого червяка! — быстро сказала Уилла.

Душка стала обнюхивать его руки.

— Не раздавлю. Смотрите, она поняла!

Уилла положила очки на тумбочку возле кровати и опустилась на колени, при этом тщательно следя, чтобы халат прикрывал каждый дюйм ее щиколоток. Душка положила лапку с коготками на кулак Аларика и стала пытаться отогнуть его палец.

— Какая она умная! — восхитилась Уилла.

Аларик выпрямил один палец, и Душка тут же сунула нос в образовавшийся просвет. Оказалось, что она не может добраться до лакомства. Тогда она постучала своими коготками по руке Аларика. В ее пыхтении появились требовательные нотки.

— Ты знаешь, кто здесь главный, не так ли? — прошептал Аларик.

Душка принялась за угощение, и Уилла перестала на нее смотреть —