Проклятие рода Прутяну - Лизавета Мягчило

Ты чувствуешь меня так же, как и я тебя. Твои раны – мои раны, твои чувства – мои чувства. И сейчас я знаю, что ты хочешь остаться со мной. Минуты твоей человеческой жизни истекают, ты уже далеко за гранью, скоро сердце прекратит биться, и ты понимаешь это. Ты понимаешь.

Тсера дернулась, словно от оплеухи. Сделала рваный шаг назад под успокаивающее пошикивание.

Все хорошо. Я рядом, я всегда буду с тобою рядом, у нас целая вечность. Я знаю, как трепетно ты любишь своего брата, и уважаю родную кровь. Знаешь, Тсер-ра, раньше я глупо полагал, что родство ничего не значит, что названый брат может быть дороже единоутробного. Никто из моих семи братьев близок по-настоящему мне не был… Седьмой мужчина в роду, явившийся миру в рубашке, обмотанный синюшной пуповиной, убивший мать. Я был проклят, я был обречен на такую судьбу по праву рождения. Я думал, кровь – пустое. Я правда так думал, пожирая их одного за другим. Я свято уверовал в это, впиваясь в горло отца, насадившего меня на осиновый кол… А затем меня предал и тот, кого я сам признал братом.

Но ты… Ты, моя маленькая Тсер-ра… Люблю, нет сил, как люблю. Ради тебя я подарю вечность каждому дорогому тебе человеку. Ты не потеряешь никого, а я не потеряю тебя.

Он не обидит, он хочет только лучшего для нее, он подарил ей вечность. Свободу… Спасение от смерти. Больше никогда Тсера не увидит во сне окровавленную тонкую материнскую кисть, безвольно свисающую с кровати. Не услышит падение липких капель крови. Не…

В отражении стекла она увидела собственное выцветшее отражение. Стеклянные глаза, сеть черных вен у губ, длинные клыки… Наваждение схлынуло, пальцы, касающиеся оконной створки, резко отдернулись назад. Оказывается, все это время внизу истошно вопил Дечебал. Его шаги быстро направлялись к лестнице.

– Тсера! Копош, дери тебя черти, не пугай меня! Где же ты?!

Тсера отшатнулась от окна, за которым застыл вампир. Пораженно зашипела, испуганно пятясь к стене.

Как глубоко он пустил в нее собственные корни, как легко подавил волю?

В ответ на пропитанный яростью протест Больдо растянул губы в многообещающей улыбке. Взгляд вампира метнулся к дверному проему, в котором появился хватающий за плечи сестру Дечебал.

Он скоро будет моим, а где суматошный светлый брат, там и моя любимая Тсер-ра…

– Что с тобой такое, Тсера! – Онемение прошло, когда Дечебал рывком развернул ее к себе, наклонился, чтобы заглянуть в потрясенно вытянутое лицо. А затем он понимающе кивнул, прижимая ее к себе. Горячие пальцы скользнули в волосы, начали гладить.

– Так и подумал. Уже увидела машину? Мне казалось, ее будет плохо видно со второго этажа. Опря не поднимает, в полицейском участке тоже глухо, никак не могу понять, что сбивает звонок… Не волнуйся, волкам не пробраться в дом, я проверил каждое окно, каждую щель.

А она цеплялась дрожащими пальцами за его плечи, вдыхала родной запах, жмуря слезящиеся глаза.

«…скоро сердце прекратит биться…»

Тсера потеряла себя и может потерять брата. Он тоже может стать чудовищем, монстром, охотящимся за другими. Ее била крупная дрожь, колотила так, что Дечебал ее почувствовал, с сочувствующим вздохом попятился к кровати, усаживая сестру к себе на колени, баюкая, утешая.

– Помнишь, в детстве ты заворачивала меня в плед и так качала? Мне было семь лет, дери тебя, но ты убеждала, что страхи так уходят легче. Я верил, и они уходили. Семилетний конь размером с сестру на ее коленях… – Он засмеялся, приподнимая волоски на макушке дыханием, и Тсера улыбнулась сквозь слезы.

– У моей подруги был годовалый младший брат, и я подумала, что раз с ним подобное срабатывает, то почему бы с тобой нет? Я любила те времена, когда все проблемы можно было решить укачиванием. – Не сдержавшись, Копош громко хлюпнула носом, заставляя Дечебала сжать руки сильнее. Почти до хруста.

– Да ну, ну что ты, нюни из-за волков распустила? Они совсем скоро потеряют интерес, и мы выберемся. Все будет хорошо, не трусь. Справимся.

Качок влево, невесомый – вправо, снова влево. Она почти поверила, что все будет хорошо. Больдо не сумеет добраться до них, для этого один из членов семьи должен открыть перед ним двери…

– С машиной все совсем плохо? – Слова Дечебала о машине всплыли в сознании с задержкой, Тсера рассеянно потерла подушечками пальцев веки. Казалось, под них насыпали песка, а она никак не могла его сморгнуть.

– Мне не понравилось то, что я увидел. – Он напрягся, Тсера выжидательно замерла. – Это не могли сделать звери… Не хочу тебя пугать, но, мне кажется, что-то здесь нечисто, Тсера. В капоте огромная дыра, и я почти уверен, что машина не заведется. Придется добираться до города пешком. Идти не так долго.

Взгляд Тсеры метнулся к окну, зрачки понимающе расширились. Чертов ублюдок закрыл им путь к отступлению, он запер их здесь, спелся с приколичем и ждал, пока они будут вынуждены открыть двери. Но как он оборвал связь? Почему не работали мобильники?

В отражении окна промелькнул светловолосый улыбающийся силуэт, и Тсера аккуратно выкарабкалась из объятий ничего не понимающего брата.

– Ты только не открывай двери, ладно? Мы правда что-нибудь придумаем, я попробую оставить заявку на сайте полицейского участка или что-то вроде того… Сейчас вернусь. – К двери Тсера ринулась почти бегом.

– Тсера, стой, ноутбук же здесь, уже в сумке… Тсера!

Она захлопнула дверь почти у самого его носа. Фора, ей нужно всего пару секунд, чтобы убедиться в своих догадках, иначе происходящее сведет ее с ума. Ей уже начинало казаться, что она безумна.

Запах Эйш стелился по воздуху плотным шлейфом, подруга прошла у дверей Дечебала всего пару секунд назад, а Тсера побежала следом. Ныряя за поворот коридора, отталкиваясь тонкими пальцами от стены, пока за спиной скрипели петли открывающейся двери. Волосы больно хлестнули по щеке, спутанные кудри заскакали по плечам, за спиной упало сдерживающее их полотенце.

Эйш оказалась у окна одной из пустующих комнат. Внизу все так же сидели волки – неспешно двигали пушистыми ушами, наблюдали за домом голодными взглядами. За мгновение, пока Тсера хваталась за дверной косяк, останавливая стремительное движение, она смогла уловить шевеление по ту сторону стекла – плотный черный туман…

– Ты с ним разговаривала?

Эйш замешкалась, глаза забегали по лицу Тсеры, она в непонимании приоткрыла губы.

Неужели Тсера и правда не в себе? Пальцы вцепились в светлые волосы, и она поволокла принявшуюся верещать подругу за собой. Вперед, к комнате, полной