Зеленая ведьма: Попаданка для дракона - Аурелия Шедоу

Их ритуал был кошмаром. Посредине, на грубо сколоченном алтаре из того же черного камня, лежал молодой олень. Он был еще жив, его глаза были полны ужаса, а ноги судорожно подергивались. Один из шаманов, с рогатым шлемом на голове, воздевал к небу кривой кинжал, чье лезвие пылало тем же багровым светом.

Но самое ужасное началось, когда я отпустила щит Виа, пытаясь понять, что происходит.

Волна боли, страха и осквернения ударила по мне с такой силой, что я чуть не вскрикнула. Это была не просто боль оленя. Это был стон самой земли. Камень под алтарем визжал от прикосновения черной магии. Воздух выл от разрываемой ткани реальности. Деревья по краям плато засыхали на глазах, их листья чернели и осыпались.

«УБИВАЮТ! РВУТ! ОСКВЕРНЯЮТ!» – визжала земля.

«ЧУЖОЕ! ХОЛОД! НЕНАВИСТЬ!» – вторили ей корни деревьев.

Я заткнула уши ладонями, но это не помогало. Крик природы звучал прямо у меня в голове. Я видела, как багровая энергия из ритуала впитывается в черный камень ущелья, усиливая тот самый мерзкий гул, что мы слышали издалека. Они не просто приносили жертву. Они заражали саму основу мира, отравляя ее, как отравили камни в Саду Сердца.

И тут до меня донеслись слова. Шаман с рогатым шлемом перешел на ломаный общий язык, обращаясь к своим соплеменникам, и его голос, полный ненависти, резал слух.

– …Дракон слаб! Его Лилии мертвы! Его дух разорван бегством его так называемой Пары! Пики дрожат! Камни зовут нашу кровь! Завтра, когда луна будет в зените, мы пробудим Древнего из недр! Он сокрушит замок, а мы… мы будем пировать в его залах! Наша магия снова будет править этими горами!

Ледяная пустота разлилась у меня внутри. Все пазлы сложились в ужасающую картину. Моя победа… мое отчаянное бегство… оно не было просто личным делом. Оно стало сигналом для врагов. Оно ослабило Каэльгорна и его связь с землей ровно настолько, чтобы Горлумны осмелились на такое. Болезнь Лилий, мои страхи, погоня… все это было мелочью на фоне того апокалипсиса, который они готовились обрушить на тысячи людей.

Я смотрела, как кинжал шамана начинает опускаться на трепещущее тело оленя, и меня затрясло. Но теперь это была не дрожь страха. Это была дрожь ярости. Ярости против этой бессмысленной жестокости, против осквернения жизни.

Нимбус прижался ко мне, его шерсть дыбом.

- Мур-кошмар! Надо бежать, босс! Далеко!

Раньше я бы согласилась. Без колебаний. Но сейчас я смотрела на это и понимала: бежать – значит стать соучастницей. Значит позволить этому ужасу случиться.

Я не была солдатом. Я не была героиней. Я была агрономом из Сочи, застрявшей в теле зеленой ведьмы. Но я также была тем, кто чувствовал. И то, что я чувствовала сейчас, было невыносимо.

- Нет, Нимбус, – прошептала я, и мой голос прозвучал чужим, но твердым. - Мы не можем бежать. Мы должны их остановить.

Слова прозвучали как безумие. Двое против лагеря шаманов? Но говорить «нет» было уже невозможно. Мой дар, моя сущность, все во мне кричало против происходящего. И где-то глубоко внутри, сквозь страх перед Каэльгорном, пробилось новое, странное чувство – ответственность. Не перед ним. Перед землей. Перед жизнью, которую я могла чувствовать, и которая сейчас умирала в муках.

Охота за мной внезапно показалась детской игрой. Начиналась настоящая война. И я, хоть и не знала как, должна была в ней участвовать.

Глава 44.

Глава 44: Невольный союзник

Мы отползали от края ущелья, зажав в себе крик ужаса и ярости. Каждый шорох под ногами казался оглушительным. План? Какой мог быть план? Предупредить Каэльгорна? Как? Мы были одни, а до рассвета и часа не оставалось.

- Нимбус, – задыхаясь, прошептала я, – нужно найти хоть кого-то! Стражу, путников…

- Мур-никого нет, босс, – мысленно ответил кот, его глаза метались по темному лесу. – Только они. Они уже идут.

Он почуял раньше меня. Виа ударила новой волной – не боли земли, а направленной, хищной ненависти. От ущелья. Шаманы почуяли нас. Песня оборвалась, и теперь сквозь лес доносился не гул, а отрывистые крики и тяжелый, быстрый топот.

- Великий Дух чует незваных гостей! Найти! Привести! Ее кровь усилит ритуал! – пронесся по лесу гортанный рык.

Ледяная волна прокатилась по моей спине. Меня. Они почуяли во мне «ключ». Слабость дракона, которую можно использовать.

- Бежим! – это был уже не шепот, а панический выдох.

Мы рванули вглубь леса, подгоняемые животным страхом. Нимбус плыл впереди, его синее свечение выхватывало корни и ямы, но лес становился все гуще. Топот за спиной нарастал. Я слышала их тяжелое дыхание, лязг оружия о доспехи из костей. Они были быстрее. Знакомые с этой местностью, как демоны с адом.

Ветка хлестнула меня по лицу, я споткнулась, упала на колени, чувствуя, как камни впиваются в ладони. Оглянулась. В просветах между деревьями уже мелькали коренастые, уродливые фигуры. Ближайший из них, с окровавленным кинжалом в руке, уже почти настиг нас. Его глаза горели желтым светом, полным предвкушения.

Кольцо смыкалось. Сердце колотилось так, что вот-вот разорвется. Это конец. Не золотая клетка, не подвал Солáрии, а жертвенный алтарь в грязном ущелье.

И в этот миг лес всколыхнулся.

Не звуком. Молчанием. Давящим, абсолютным, в котором застыл даже топот преследователей. Воздух сгустился, наполнившись запахом озона, раскаленного камня и чистой, неразбавленной силы.

И тогда с неба, словно падающая звезда, обрушился он - дракон.

Каэльгорн приземлился между нами и отрядом Горлумнов с таким грохотом, что земля содрогнулась. Он был не в парадных доспехах, а в походной, практичной черной броне, но его присутствие было столь же могущественным. Он приземлился в обличии человека на одно колено, его плащ взметнулся, а когда он поднял голову, его глаза пылали не яростью собственника, а холодным, смертоносным пламенем воина, застигшего врага на своей земле.

Он даже не взглянул на меня.

Его внимание было приковано к Горлумнам. Он поднялся во весь рост, и его голос, тихий, но режущий, как сталь, пронесся по лесу:

- Мои земли. Мое небо. Мое право карать.

Шаманы замерли на мгновение, пораженные его внезапным появлением. Но их лидер, тот самый с рогатым шлемом, выступил вперед.

- Твой час пробил, ящер! Ты слаб! Твоя мощь утекает, как песок!

Каэльгорн не стал спорить. Он просто ринулся в атаку. Это не было похоже на ту яростную, слепую вспышку в