Ты. Вышла. Замуж - Виктория Борисовна Волкова

раздражение.

Лика. Ну что ты творишь? Даже спасибо не написала. Неужели так на меня обиделась?

Да я и сам бы обиделся, если честно. Но я искуплю. Жену верну по-любому.

— Нет, не жене, — вздыхает Мустафа. — Сейчас посмотрю в CRM.

— Давай, жду, — загребаю пятерней волосы.

Ну надо же, даже у ювелиров базы данных. Надо бы и мне внедрить.

— Таир, дорогой, вот нашел твой заказ, — пыхтит в трубку Мустафа. — Его получил хозяин

дома. Нестеров Георгий Сергеевич. Знаешь такого?

— Да, это дед моей жены, — киваю коротко.

— Тогда вопросов нет? — ласково интересуется Мустафа.

— Все нормально, брат. Спасибо. Храни тебя Аллах, — прощаюсь со старым знакомцем и звоню в

детективное агентство.

У меня были разборки в Стамбуле лет пять назад. Пришлось привлекать местных. Связи

остались. Такие махровые связи, которым отыскать человека в городе-миллионнике ничего не

стоит. А значит, сегодня-завтра они мне Лику найдут.

Но проходит день, за ним еще несколько, а даже малейшей зацепки нет. Вот она прилетела в

Стамбул. Вышла из здания аэропорта. Села вместе с бабкой в машину Нестеровых и пропала. Все.

Дальше след теряется.

Тру башку, не зная, что предпринять. Хожу по пустому дому из угла в угол. И выть хочется.

Стоп!

Даже сбиваюсь с шага. Ну кто-то же должен знать, куда они подевались? Те же Тома с Давидом.

Лика наверняка им звонила.

Набираю тестя. И опять зеро. Абонент не в сети.

Да что же это такое?

В ярости кидаю телефон в стену. Слышу, как со звоном бьются пузатые белые вазы, стоящие на

камине, как с хрустом ломается гипсокартон.

Что делать? Что?

Как мне найти Лику? Похоже, это не случайность, а хорошо спланированная акция.

— Мы нашли Азата, — в кабинет заглядывает Ильяс. — Что с ним делать?

— Сдайте куда-нибудь в рехаб. Выбери, где самые строгие правила, — морщусь недовольно. — По

второму пассажиру что? — сверлю помощника взглядом. — Нашли гниду, завалившую Леху?

— Нет, как сквозь землю провалился, — разводит руками.

— Ищите, — рычу раздраженно. — По консервному заводу что?

— Документы пришли с курьером. Завтра наши юристы в суд подадут на пересмотр долей, — важно

рапортует Ильяс. А у меня перед глазами только Анжелика. И в башке тоже она.

Так и свихнуться можно. Знаю, понимаю. Но ничего не могу поделать. Мне бы только жену

найти. Сказать ей, что люблю ее. Сообщить новости.

Родню я разогнал. Альму отправил в пансион. И теперь с ума схожу в пустом мрачном доме,

который собирался наполнить радостью и смехом, в котором собирался жить с женой и детьми.

Только сейчас дом больше напоминает склеп. В комнатах на окнах опущены ролл-ставни. Кроме

меня и охраны никого нет. И если я не найду Лику, то никого и не будет.

«Я даже не могу подать заявление в полицию и официально объявить в розыск. По закону мы

чужие люди. Нас только никах связывает. Я даже в ЗАГС не удосужился сходить», — доходит

запоздало. Сжимаю покрепче кулак. Смотрю на побелевшие костяшки и пытаюсь понять, с чего

начать поиски.

С какой стороны подойти? Стамбульские детективы так ничего и не накопали. Поэтому придется

подергать за веревочки здесь.

Снова звоню Давиду, и снова абонент не в сети.

Да что же это такое?

Сметаю бумаги со стола. Что делать, бл. дь? Ума не приложу. Аж зубы сводит от страшной боли.

Зубы? А вот это уже идея! Сейчас полечим.

— Ильяс, — оборачиваюсь на помощника, стоящего чуть в стороне. — К Сашке-зубнику едем. Дело

есть.

— Так он не при делах. Мы же его проверяли, — морщится тот. — Никуда не выходит кроме

клиники. Дома сидит как сыч. Приемы ведет, но редко. Ни с кем не созванивается. Мы на

контроле держим, Таир. Я бы доложил…

— Хочу с ним лично повидаться. Вопросики позадавать, — усмехаюсь криво. А самого уже черти

раздирают от предвкушения. Сашка должен знать. Они с Жорой близки по жизни.

Не может старший вот так просто исчезнуть со всей семьей, не сказав младшему. У него же

сердце слабое.

Случись что, Сашка же первым помрет от беспокойства.

Поэтому попробуем зайти через младшего Нестерова. Он мужик хлипкий. Пыжится и понтоваться

умеет. Ясен пень, Жора потом все порешает. Вот только сам ноль без палочки, и сдуется сразу

же. Надо только припугнуть хорошенько.

Глава 52

Дверь в клинику под крики и визги мои парни сразу выносят к чертям собачьим. Действуют как

при захвате объекта. Блокируют охрану и тревожную кнопку. Ставят к стенке перепуганных

медсестричек и пациентов.

В накинутом на плечи черном пальто спокойно вхожу в большой светлый холл. Наверняка это

последний день работы клиники. И персонал, и клиенты разбегутся, как только за нами

закроется дверь.

— Нестеров у себя в кабинете, — тихо сообщает Ильяс.

Но Сашка уже выбегает навстречу.

— Таир, друг мой дорогой, — вздыхает он, прикладывая к груди пухлые руки. — Что же ты

творишь? За что? Я же ничего не сделал…

— Пойдем, поговорим, — кивком указываю на дверь в кабинет. — Если я получу правильные

ответы, то ничего не случится. Я даже входную дверь починю за свой счет.

— А если… — дрожит толстячок.

Он еще сам не понимает, но уже сдал все пароли и явки. Надо дожать. Только аккуратно, чтобы

не обоссался.

— А если твои ответы меня не удовлетворят, — сажусь в кресло за столом, вынуждая Сашку

занять пластмассовый стульчик для посетителей. — Если ты мне, гнида толстая, не ответишь…

Спалю на хрен твою клинику. И все твои тачки. Дом твой выставлю на продажу. Ну, ты понял… –

роняю сипло. Горло будто закрывается от ярости.

В такие моменты я говорю тише. Народ пугается. Знаю.

— Спрашивай. Чем могу, помогу, — бросает Сашка и чуть не плачет.

— Ты мне должен еще за побег Анжелики. Именно ты помог ей добраться до аэропорта…

— Так я не знал, Таир! Ей богу, не знал, — машет руками, будто крыльями хлопает. — Она же

моя внучка двоюродная. Что такого? Жора попросил…

— Я тебе сейчас покажу, что значит «чо такова»! — подскочив, хватаю за грудки. — Ты сейчас

у меня с голой ж. пой по главной улице побежишь. Хочешь? — дышу порывисто.

— Ну и шутки у тебя, Таирчик, — слабо лепечет Сашка.

— Шутки? — переспрашиваю нависая. — Ильяс, — поворачиваюсь к помощнику. — Попроси людей

выйти, и поджигай…

— Что? Какого? Таир! Я прошу тебя! — падает на колени Сашка. — Я все скажу. Все, что знаю.

Но Жора никогда меня не посвящал в свои дела. Понимаешь? Я могу и не знать… Это же