Ты. Вышла. Замуж - Виктория Борисовна Волкова

Надо же, быстро подействовало. Ухмыляюсь горько.

«Аватарку смени. Смотреть тошно», — прошу дочку. И тут же вместо дурацкого зайца появляется

другая иконка.

Альма в светлой абайе и таком же хиджабе аль-амира, когда под платок надевается еще

повязка, плотно облегающая и скрывающая волосы и часть лба.

«Папочка, когда ты меня заберешь отсюда?» — пишет дочка. А под аватаром появляется новая

надпись.

Теперь я учусь в Дубае. И с радостью принимаю традиции этого эмирата.

«Вот оно как!» — усмехаюсь криво. Альма всегда найдет способ перевернуть все к своей

выгоде. Бедный мужик, которому достанется в жены этот иблис в юбке.

«Давай вернемся к этому разговору, когда Лика простит нас обоих. Пока ничего обещать не

могу. Раньше, чем через три месяца точно», — печатаю в ответ и получаю совершенно нетипичный

для Альмы ответ.

«Хорошо, папа. Как скажешь. Да сохранит тебя Аллах».

Сколько времени прошло? Смотрю на часы. Альма только два часа как в пансионе, и уже такие

перемены. С чего бы?

— Господин Адербиев, — раздается в трубке сухой официальный голос. — Это Резеда Альфас,

директор пансиона. К нам поступила сегодня ваша дочь…

— Да-да, — подтверждаю сбивчиво. — Все в порядке?

— Сейчас да. Но мой долг предупредить вас, что в крови Альмы обнаружен…

Дальше следуют какие-то мудреные медицинские термины. И до меня, наконец, доходит, что

нашло на мою дочь.

— Мы дали ей абсорбент. К сожалению, в нашей практике бывают случаи и более запущенные. Все

обошлось. Но вы имейте в виду… Впредь не должно повториться.

— Полностью с вами согласен, — отвечаю, как школьник перед завучем.

Альма, девочка моя безрассудная. И почему я сам не догадался?

— Азата мне найди. Это срочно, — перезваниваю Ильясу. — Он не мог далеко уйти.

— Так мы же… Это…

— Опа, — рыкаю на друга. — Давай. У меня к нему еще разговор имеется.

— Работаем, — привычно откликается Ильяс.

А меня колпашит по полной. Какого лешего себе возомнил этот дурной пацан? Что я не

догадаюсь?

«Так ты и не допер», — ухмыляется здравый смысл.

Спасибо дамам из пансиона.

— Госпожа Альфас, — перезваниваю директрисе. — Не могли бы вы прислать мне результаты

анализа крови моей дочери?

— Да, обязательно, — тут же соглашается она. — Мы заинтересованы в купировании ситуации.

— Я уже принимаю меры, — заверяю спокойно. — Альма никогда бы сама ничего не приняла. Это

ей подсыпали. Но я разберусь. Даю слово.

— Спасибо вам, — стальной голос мадам становится мягче. — Многие родители не понимают. А вы

сразу оказали содействие…

Раскланиваюсь светски. Прощаюсь. И буквально через пять минут получаю результаты анализов.

Для меня там темный лес. Зато есть специально обученный человек.

«Что могло повлиять?» — пересылаю скрин давнему приятелю, работающему в психушке.

«Капец, Таир. И ты с этой хренью! На маркетплейсах продается, прикинь. Но тут, видимо, доза

маленькая была. Человека помотало и попустило. А если по-взрослому, не успеваем откачивать».

«Ссылку скинь мне», — прошу без церемоний.

Открываю и читаю в ужасе.

Лекарство для собак. Пес, восемьдесят килограмм, сожрал всю пачку, запил Ред булом и

кайфанул.

Твою мать, это же не про животных! Это дети принимают!

Хватаюсь за голову и, кажется, знаю, что делать.

— Ильяс, срочное поручение. Брось все, — звоню помощнику. — Нужно найти поставщика. Надо

избавиться от этой заразы.

— Так, может, это в другом регионе, — вздыхает мой друг.

— Нет, в нашем. Доставка на завтра. Ищи. Я уже в аэропорту, — выхожу из машины.

Войдя в зал вылетов, поднимаю глаза к голубому табло.

Стамбул. Рейс через два часа.

Мне бы сейчас туда. К Лике. Но нельзя. Пока дела не решу, не смогу ей в глаза смотреть.

Снова звоню жене. И снова напарываюсь на автоответчик.

Номер не обслуживается.

Лика, девочка моя любимая, что случилось? Почему?

Ладно, разберемся. Прячу телефон в карман. Быстро прохожу регистрацию. И снова смотрю на

табло. Вылет задерживается.

Твою ж мать.

А попав в дьюти-фри, сразу иду в ювелирный. Выбираю бриллиантовые серьги и кулон. Тонкие

нежные капли из цельного камня. Лике пойдут такие.

И словно пацан радуюсь. Вернусь домой, с курьером сразу отправлю жене подарок. Она поймет,

что я ее люблю.

Всегда любил.

Глава 51

— Погоди, как это никого нет? — возмущенно выдыхаю в трубку. — Совсем никого? Ты адресом не

ошибся, Аким? — рявкаю на помощника. Даже из кресла подрываюсь. Хожу взад-вперед по

кабинету, круги нарезаю.

На нервяках.

Я то думал, все будет просто. Бриллианты — лучшие друзья девушек, а изумруды — подружки. Но

с моей ненаглядной ничего просто так не получается. Бег с препятствиями. Приходится брать

каждое с боем. А там глядишь и новое на подходе.

Но я и сам виноват. Накосячил…

— Нет, Таир, я же тебе говорю. Дом заперт. На сигнализации. На заборе вывеска: «Продается»,

— запальчиво объясняет мне Аким. — Вот я под ней стою. Хочешь пришлю фотку?

— Нет.

Но он все равно присылает. По белому каменному забору вьется виноград, а сверху как флаг о

капитуляции. На красном фоне черными буквами.

ПРОДАЕТСЯ!

Жора, сучий потрох, что же ты задумал? Ты же с такой любовью этот дом строил. Не мог ты его

просто так продать. Что-то здесь нечисто.

Так, минутку. А изумруды тогда куда делись? Я же Лике их в первый день после ее отъезда

отправил.

— А по первому подарку что? Есть информация? — мысленно хватаюсь за голову.

— Сейчас съезжу к Мустафе, — нерешительно тянет Аким. Но честно говоря, по голосу уже все

понятно.

Кто-то подзаработал нехило. Еще тут выяснять и карать. Забодался я. Мне бы к Лике сейчас.

Но пока не судьба. Дел и так навалилось немало. Сначала хоронили Зейна, земля ему

стекловатой. Затем я мотался в СИЗО к Курлову. Все пытался выяснить, что на него нашло.

Вроде бы приличный мужик. А тут по голове табуреткой.

Но мой бывший недруг только пожал плечами, буркнул что-то про старые долги и отказался от

моих адвокатов. Я даже вникать не стал. Как говорится, одной проблемой меньше.

Хоть на Лике можно целиком сосредоточиться. Жена уехала в Стамбул, но так оттуда не

позвонила ни разу. Ни мне, ни Давиду с Тамарой.

На Лику это не похоже. Для нее семья всегда на первом месте. Была.

И что же делать теперь? Лика исчезла, ювелир выставил меня на бабки. Хотя мы с ним много

лет знакомы. Бред какой-то!

— Мустафа, — звоню я ему сам. — Как там мой подарок? Доставили его? Я беспокоюсь.

— Да все нормально, брат, — радостно откликается тот. — Конечно, доставили. В тот же день.

— А кому вручили? Лично моей жене? —