Бёрк 2. Оборотни сторожевых крепостей - Ли Литвиненко

– Что? – хором спросили все присутствующие, за исключением Варди и Сфеноса.

Эти двое тщательно пережёвывали еду.

– Шляпу продал ей Варди!

Все девушки повернулись к Варди и с ужасом уставились на него.

– Ты что же, продал и мою шляпу тоже? – уперев руки в бока, угрожающе спросила Берта.

Варди с независимым видом продолжал объедать куриную ножку, периодически давая Сфеносу откусывать от нее.

– И мою?

– И мою?

– Нет! Неправда! – возразил Варди. – Твою, Лали, я не продал, а подарил.

Припертый к стенке железными доказательствами, тролль признался, но не раскаялся, в совершенном преступлении.

– Кому?

– Кривой Лорин, в знак примирения. Теперь старушенция позволит вам гулять у себя во дворе и будет делать скидку на ром, который вы покупаете для своих тортов.

В доме тролля теперь постоянно что-то готовилось. Наголодавшись в обители на скудном однообразном пайке, девушки отъедались. Получив доступ к разным продуктам, они все время что-то варили, жарили и запекали. В Вардиной кухне вспоминали старые семейные блюда, экспериментировали, пытались воспроизвести новые кулинарные шедевры по рецептам продавцов с рынка. Дегустатором единогласно был выбран Варди. Они уже так раскормили тролля, что пуговицы на его жилете пришлось перешивать. Если так пойдет, к весне ему придётся покупать одежду на пару размеров больше.

– Но остальные ты продал! – Чаруна тыкнула в его сторону ложкой, измазанной в подливе.

– Я торговец…

– Где деньги? – Берта не собиралась прощать этого проныру.

Безусловно, она обрадовалась, что уютный дворик соседки теперь открыт для них, но вероломство тролля должно быть наказано! Ведь он мог попросить! Конечно, никто бы не отдал ему свою шляпу… Но он мог хотя бы попытаться.

– Деньги, деньги, денежки, – припевая, тролль скрылся на лестнице.

Вернулся довольный, с увесистым мешочком в руках.

Выручку он и так собирался отдать девчонкам, а вот то, что его не побили, а только немного поругали, – это хорошо. Рукоприкладство было у девушек в ходу. Не прекращая ни на минуту своих трудов, девчонки вечно шептались, спорили и даже дрались! Правда, не по-настоящему, не до крови, но Варди полюбил это зрелищное выяснение отношений и мысленно даже делал ставки, пока сцепившиеся злючки сметали с пола ими же ровно разложенные коврики. А если его фаворитка выигрывала, радостно хлопал себя по коленям и похохатывал в усы.

– Сколько там?

Всем стало интересно, на что тролль променял свое честное имя. Из кожаного кошеля на стол высыпалось несколько золотых монет.

– Золото?! – ахнули девушки.

– А вы как думали? Варди дурак? Продешевит? Нет уж. Дудки. Я цены знаю. Это за простые шляпенции серебром платят, а у нас эксклюзив! – Он многозначительно поднял вверх палец.

– Это ж что получается, – Берта в растерянности опустилась на стул, – наши шляпы по цене водяных орехов?

– Вау! – Лу подкинула вверх золотую монету. – Значит, торговать шляпами выгоднее, чем орехами!

– Ну это только поначалу, пока ажиотаж, модная волна… – Тролль уселся обратно за стол, забрал у Медеи Сфеноса и пододвинул к себе тарелочку с десертом. – Потом, если бы шляп было много, ценник бы понизился. Но не ниже серебра, это точно. Жаль, у нас нет больше шляпок на продажу…

– Да, жаль. Хорошее было бы подспорье. – Бёрк вытерла рот Сфена, выпачканный масляным кремом.

– Знали бы, что сможем их продавать, забрали бы из обители тростник, – пробубнила полным ртом Берта.

– Какой тростник? – насторожился тролль.

– Особый, – взялась объяснять Чаруна. – Тот, из которого шляпы.

– Тот, который вырос на озере вместе с водяным маком, – добавила Лали.

– Тот, который сейчас лежит в сарае в обители.

– Вы собрали его? – удивилась Бёрк.

– Да, – кивнула Берта. – Когда вы уехали, мы с девочками решили собрать все, что сможем. Зимой все равно нечем заняться, так что будем учиться плести всякие тростниковые штуки.

Тролль замер, словно его подвергли заклятию заморозки. Только хвост нервно заерзал по полу.

– Ва! Ва! – недовольно позвал Сфенос, ожидавший очередного кусочка пирожного.

Он еще не умел полностью выговаривать слова, потому всех звал первыми слогами имени.

Варди отмер и донес ложку с десертом до открытого рта своего маленького воспитанника.

– Я вот что понял, девоньки, – вздохнув признался тролль. – Подвел я вас. Подло поступил… Как же вы зимой и без шляпок?

Вид у него был покаянный, того и гляди заплачет. Обворованные девушки сразу прониклись.

– Ну что ты… – похлопала старика по плечу Чаруна, – ты ведь очень выгодно их сбыл.

– Ради нашего заработка старался, – кивнула Берта.

– Нет-нет, девоньки, – замотал головой тролль, – не утешайте, все равно совесть будет грызть меня всю зиму. Я должен все исправить.

– Но как? – удивилась Берта. – Не собираешься же ты вернуть деньги?

Финансовая сторона совместного проживания и торговли была оговорена ими в первый день приезда. Проклятые и тролль стали партнерами. Берк расписала условия на бумаге, и договор был подписан представителями обеих сторон – Бертой и Варди. Девушки получали семьдесят процентов от проданных орехов, лавочник клал в карман тридцать.

Питаться они решили вместе. Варди сказал, сколько он тратит на продукты, и ежемесячно просто отдавал им эту сумму. За жилье тролль категорически отказался брать с девушек плату, как и за дрова и за уголь. Его аргумент был такой: он все равно покупал бы топливо (гораздо меньше, конечно). Но взамен девушки убирали дом и готовили еду.

Кошель с деньгами хранился у Берты. Она стала как бы казначеем, довольно скупым и прижимистым. Каждый раз, получая выручку, она радовалась, а выдавая деньги на расходы, гундела и расстроенно пересчитывала остаток. Вот и сейчас, только подумав, что придётся отдать золотые монетки, она занервничала. Потеря шляпы показалась ей мелкой неприятностью, которую следовало немедленно забыть.

– Вернуть деньги? – удивился тролль. – Нет! Это торговое соглашение, назад проданное не заберешь. Но ведь можно сделать новые шляпки.

– Тут продают тростник! – радостно предположила Себастина.

Она скучала по тонким прутикам.

– Зачем нам покупать тростник, если есть целый ворох бесплатного? – хитро прищурился старый пройдоха.

– Но он в обители, – напомнила Бёрк.

– Мы съездим за ним. Дороги промерзли, снега не будет еще пару недель. Возьмем у кривой Лорин пару телег, лошадок – и в путь. За неделю, не спеша, обернемся.

– Ну, в этом есть смысл… – задумалась Берта.

Девушки примерно рассчитали, сколько они потратят за зиму на еду – сумма получалась приличная. Большая часть денег от орехов уйдет только на питание. А хотелось нарядов, приятных мелочей в хозяйстве. Еще нужно было оставить деньги на семена и прочее нужное для обители. А там, за рекой, погреб с выращенными за лето