Ворона в гареме. Книга 2 - Коуко Сиракава

Юйюн поклонился.

– Я благодарю ваше величество за доброту.

Гаоцзюнь молча вышел из комнаты. Он совсем не знал о гневе и горечи, которые старик затаил в сердце. Правитель не увидел этих чувств. Юйюн иногда прятал лицо, стараясь не дать никому увидеть его выражение. Гаоцзюнь не понял того, что это означало. Нет, он что-то заметил, но, хоть и невольно, предпочел не докапываться до причин.

Сквозь пальцы многое утекает. В конце концов так ничего и не останется. Гаоцзюню показалось, что мрачная холодная тень снова подступает сзади.

В тот же день Юйюн покинул Храм кедровки и, как и говорил, перебрался к младшему брату, который жил в призамковом городе. О том, что старик наложил на себя руки, Гаоцзюнь узнал только через несколько дней.

* * *

В одном из уголков дворца стоял Дворец лука и стрел – Хуши-гун. Здесь находились личные покои императора, но само здание было крохотным и вовсе не роскошным. Можно сказать, что это было убежище, где правитель мог укрыться от всех. Но к Шоусюэ прибыл посланник с паланкином, чтобы отвезти ее туда. Разумеется, посланник был от самого Гаоцзюня.

Выбравшись из неудобного паланкина, девушка увидела на крытых черепицей воротах надпись «Хуши-гун». Миновав ворота, она по вымощенной галькой дорожке дошла до маленького павильона. Даже садика не было. Здание выглядело опрятным, но Шоусюэ не могла избавиться от ощущения заброшенности. Деревянные столбы не были покрашены, сохраняя свой естественный цвет. По краю крыши шли черепицы, изображающие старца верхом на черепахе, под стрехой висели чугунные фонари.

Когда евнух открыл дверь, подул ветерок. Раздался легкий перезвон. Шоусюэ с интересом оглядела комнату и увидела, что это задевают друг друга, качаясь от ветра, вымпелы, сделанные из медных листов. Странная комната. Под ногами – каменный пол с золотой инкрустацией: круги и линии. Хотели изобразить звездное небо? Девушка, разглядывая узор, прошла вперед – к ложу, на котором спокойно расположился Гаоцзюнь.

– Что тебе нужно? – сразу спросила она, но Гаоцзюнь рукой сделал ей знак сесть рядом.

Стульев не было, и Шоусюэ пришлось устроиться на краешке ложа. Вообще-то, сидеть рядом с императором не дозволено, но Гаоцзюнь соблюдал свою клятву: когда они оставались вдвоем, он относился к ней как к государыне Зимы.

– У нас новый дунгуань. Он хотел представиться тебе, поэтому я велел ему прийти сюда.

– Юйюн ушел на покой?

Шоусюэ немного расстроилась. Старик давно говорил о своем намерении, но девушка не ожидала, что он сделает это так внезапно.

– Да. – Гаоцзюнь был немногословен.

Шоусюэ надеялась, что ей сообщат о событии, но ни Юйюн, ни Гаоцзюнь не были обязаны это делать. И все равно ей стало немного грустно.

– Он говорил, что в призамковом городе живет его младший брат с супругой. Он там?

– Да.

– Значит, я больше не смогу с ним увидеться?

Шоусюэ нельзя было выходить из дворца. Если Юйюн не придет во дворец, они вряд ли встретятся. Гаоцзюнь молча рассматривал звезды на полу.

– А новый дунгуань какой? Я его знаю?

– Наверное, нет. До сих пор он занимался хозяйственными делами. Это он управлял Храмом кедровки в условиях ограниченного бюджета и малого количества людей. Он молод. Если не ошибаюсь, ему только исполнилось сорок. Судя по всему, Юйюн готовил его себе на замену.

– Раз он дунгуань, то знает про Ворону-уфэй?

– Да, – коротко ответил Гаоцзюнь.

– Интересно, сколько известно дунгуаням? – вдруг пробормотала Шоусюэ.

До сих пор она считала, что секреты, известные дунгуаню и Вороне-уфэй, одинаковые. Однако Юйюн намекнул, что в Шоусюэ живет чудовище – Матушка-ворона. Шоусюэ об этом не знала. Возможно, есть еще что-то ей неизвестное. Знает ли обо всем этом новый дунгуань?

– Повелитель!

В павильон вошел Вэй Цин и плавными тихими шагами приблизился к Гаоцзюню.

– Прибыл дунгуань, – объявил евнух.

Другой прислужник ввел незнакомого мужчину. На нем было темно-серое платье и повязка мышиного цвета с гусиным пером. Высокий и очень худой человек, впалые щеки бледны, но взгляд острый… Мужчина выглядел больным.

Мужчина опустился перед Гаоцзюнем и Шоусюэ на колени.

– Я заступил на должность дунгуаня, меня зовут Дунцянь, а прозвище мое – Цяньли, «дальний путь в тысячу ли».

Голос его звучал тихо, но неожиданно плавно и ласково. На первый взгляд мужчина выглядел нервозным. Хотя, возможно, это было совсем не так.

– Я всегда был болезненным и не отличался крепким здоровьем. Но ради господина Юйюна, который привел меня к этой должности, я готов ее занять, – сказал Цяньли, постоянно опуская глаза.

Это смягчало впечатление от острого взгляда.

– Как поживает Юйюн после ухода от дел? – спросила Шоусюэ.

Цяньли на мгновение поднял глаза на императора, но снова опустил взгляд.

– Хорошо, – ответил он. – Я слышал, что он в добром здравии.

– Ясно… Интересно, играет ли он с братом в го? Хотела бы я разок сесть с ним за доску. Я плохо играю, но и Юйюн, кажется, уступает Гаоцзюню.

Гаоцзюнь печально усмехнулся. Наверное, он тоже скучал по старику?

– В го я немного играю, – сказал Цяньли. – Если я вас устрою в качестве партнера, то всегда готов составить компанию.

– Ты, наверное, хорошо играешь, это видно по твоему лицу. Кроме того, именно сильные игроки обычно говорят о себе «немного играю».

Она скорчила гримасу, и Цяньли засмеялся. Шоусюэ удивилась этой неожиданно искренней улыбке. Возможно, он веселее, чем хочет показаться.

– Господин Юйюн долго изучал, чем является Ворона-уфэй, – сказал Цяньли, все еще с легкой улыбкой. – Возможно, он обнаружил что-то, о чем не знали предыдущие Бай Яни… то есть дунгуани.

– И о чем же они не знали?

– Например, о том, что Матушка-ворона заперта в госпоже Вороне.

Шоусюэ не удержалась и взглянула в лицо Цяньли. Тот еле заметно кивнул.

– Тот, к кому переходит должность дунгуаня, получает «Двойное уложение» – вторую книгу. Ту, которая есть и у вас, госпожа Ворона. Больше ее никто не наследует. Следовательно, все дунгуани знают лишь то, что написано в «Двойном уложении». Однако господин Юйюн, похоже, изучал кое-что еще. Я сказал «похоже», потому что узнал об этом из множества записей, которые господин Юйюн оставил. Я еще не все привел в порядок, но вижу, что он работал над этим очень усердно. Правда, после кончины предыдущей госпожи Вороны он, кажется, бросил эту работу…

Шоусюэ поняла: Юйюн наверняка занимался этим, чтобы помочь Линян.

…Вот только не смог. Он не смог освободить Линян.

– Я хочу для начала упорядочить то, что узнал господин Юйюн. А затем продолжить его дело, заняться изысканиями дальше.