Демон Ледяных Звезд - Виктория Олейник

— Сейчас подумала, я как раз голодна, — учтиво склонила голову. Сердце так и бухало в ушах, получится ли моя задумка? — Как удачно, что вы пришли…

48

Платье было серебряного цвета, красивое до умопомрачения. Проведя ладонями по пышной, но на удивление лёгкой юбке, я нахмурилась и подняла голову. Может, одежда не такая уж тяжелая, но влезть в нее потребовало трудов. Женщина суетилась вокруг меня добрых десять минут, подгоняя силуэт под фигуру.

Я встряхнула юбку, еще раз поразившись искрам, заплясавшим на ней. Они вспыхивали при каждом движении, не камни, но магия, сверкающая ярче любых алмазов. Я словно находилась во власти ледяных звезд, привлекающих ко мне взгляд.

Поддернув декольте, я нахмурилась. Платье открывало соблазнительный вид на мою ложбинку, а корсаж был слишком жестким, чтобы позволить мне исправить это. Будь я одна или в женской компании, не обратила бы внимания. Не в пещере же выросла. Купальники всех мастей были для меня обычным делом, но почему-то платье смотрелось куда как более откровенно, чем любое бикини.

— Чего он хочет? — вырвалось у меня шепотом.

Я быстро посмотрела на женщину и снова на себя в отражении. Сдунув челку, поправила локон, выбившийся из высокой прически; часть прядей лежала на моих плечах. Мне не слишком часто доводилось красоваться в подобных вещах, сейчас видела в зеркале незнакомку, и не сказала бы, что меня это радовало.

Красивая незнакомка… чужая. А еще… слишком, пожалуй… манящая.

Чего хочет от меня Ашриэль, приглашая на ужин в таком наряде? Я облизала пересохшие губы, сердце быстро ударилось в груди. Первое, что вспомнилось, это как его пальцы входили внутрь в… ох, нет. Быстро повернувшись, я торопливо забрала у женщины кулон-капельку на цепочке и, не глядя, повесила на свою шею.

Как скоро я забуду об этом постыдном моменте своей жизни? И о демоне, с невозможно мерцающими глазами и волосами цвета зимней вьюги — как скоро я забуду о том удовольствии, которое он доставил мне в тот момент?

Я снова облизала губы и махнула на себя рукой. Горят же щеки! И как странно тянет внизу живота…

— Э… мне нужно туда? — скрывая неловкость, я ткнула пальцем в сторону двери.

Вот ведь, о чем думаю? Бес только что огорошил меня новостью о том, что Ашриэль желает с помощью моей смерти снять свое проклятие, в чем бы оно ни состояло, а я кусаю губы, вспоминая момент нежеланной близости.

Так нельзя! Я должна ненавидеть Ашриэля! Он обманул меня с контрактом! Просто обязана это запомнить — запомнить так крепко, чтобы прочие нелепые мысли вылетели из моей головы. Мне нельзя забывать о главном.

Снова расправив складки платья, я задумчиво прищурилась вслед двинувшейся к дверям женщины. А со спины не выйдет ее оглушить?

Словно откликаясь на мои мысли, из-под юбки женщины вырвался шипастый хвост и резко ударил по полу. Я вздрогнула от звука подломившейся ножки стула — мне словно сообщили, что в курсе моих замыслов.

Даже не по себе как-то. Помявшись, я подхватила юбки и посеменила следом. По крайней мере, меня выпустили из комнаты. Хотя бы осмотрюсь.

Мне дали новые, к счастью, удобные туфельки. Сейчас они мерно стучали по коридору — нужно будет их снять в самый важный момент, а то с таким цокотом не убегу далеко. Я обернулась на жуткого вида статую, изображающую застывшего в немом крике парня.

Ну, или это демон? Низенький, с копытцами, с небольшой бородкой — и с выражением ужаса на лице. В его руках покоился цветок ледяной розы; не удержавшись, я скользнула по цветку пальцами и вздрогнула, обнаружив, что цветок живой. А его колючки вонзились в вены несчастного парня.

Я отдернула пальцы и, отшатнувшись, изучила оставшийся на коже кровавый след. Цветок… поглощает кровь "статуи"?

Впрочем, это ведь не статуя, я ошиблась. Точно такую же статую я и сама создала, а потом замерзший демон погиб от рук блондинки. Эта статуя была живой…

Так что этот парень сделал? Что-то украл? Я задумалась, вновь посмотрев на цветок. Неужели… ледяную розу?

— Госпожа, — раздался строгий оклик, и я, встрепенувшись, двинулась дальше.

Точно, я ведь не статуями или видами хотела любоваться. Хотя в замке было, на что посмотреть. Красивые, богатые интерьеры, но очень уж мрачные. За мной следили безжизненные глаза ледяных статуй и каменных горгулий. Под моими ногами сверкал пол из чёрного мрамора с серебряными прожилками.

Здесь все было черным — и серебряным. Кое-где вились мертвые лианы, сверкали пыльные зеркала и блестел иней.

Мое сердце забилось чаще, в этом замке витала сама смерть. Общее ощущение запустения заставило меня съежиться; мне хотелось бежать отсюда, сейчас же и немедленно. Пусто, мрачно, слишком тихо, всё зловеще-жуткое.

Этот замок и правда проклят, что ли? Что меня ждет, если смирюсь, бес прав, демону нужна моя гибель?

— Прошу.

Моя сопровождающая широким жестом распахнула сотые, наверное, двери. Я судорожно вдохнула, но переступила порог, не уверенная, что именно сейчас подходящий момент бежать.

— Приятного ужина, — женщина, склонив голову, отступила назад, так и не войдя в помещение. Я повернула голову и тревожно выдохнула, когда дверь с грохотом захлопнулась за ней, оставляя меня в одиночестве.

Моему взору открылась громадная столовая, показавшаяся в проеме овальной арки. Мне предстояло преодолеть преддверие, но я уже видела длинный прямоугольный стол. За таким, пожалуй, могла бы уместиться вся Ферма, вместе со всеми пленниками. Но за столом никого не было, только трещали свечи в высоких канделябрах.

Впрочем… я отступила назад, внезапно заметив фигуру. Ашриэль, сложив руки за спиной, недвижимо рассматривал пейзаж за окном и даже не повернул головы. Он выглядел иначе. Задумчивым, мрачным, как и это место. Его строгий серебряный камзол и впрямь навевал мысли о принцах.

Да только Ашриэль не туфельку от Золушки хочет.

Не знаю почему, дело ли в окружающем мраке, ощущении опасности, или в фигуре мужчины, но я отступила