Тысячи испытаний - Тан Ци

– Будь добр, отведи А-Юй обратно. – Затем приказал Тянь Бу: – Ты останешься и будешь охранять меня, пока я медитирую. – Наконец он посмотрел на маленькую Цзу Ти. – Я вернусь позже, ложись спать.

Богиня света поняла: такие распоряжения Лянь Суна означали, что он решил спасти эту девушку. В любом случае спасение жизни превыше всего, поэтому, хотя у девочки возникли некоторые вопросы, она послушно кивнула. После этого Лянь Сун подхватил Цзюань Эр на руки, повернулся и вошел в беседку, Тянь Бу последовала за ним.

Инь Линь, проводив госпожу в зал Усмирения вод, остался в главном зале, постелив себе одеяло на полу в наружной комнате.

Однако в эту ночь маленькая Цзу Ти почти не спала: все думала о том, кто же такая эта Цзюань Эр, и о том, откуда она могла знать ее братца Ляня. Судя по всему, они очень хорошо знали друг друга. Только когда на востоке забрезжил рассвет, она задремала.

А Лянь Сун той ночью так и не вернулся в зал Усмирения вод.

Глава 8

С той ночи прошло три дня.

Во второй половине четвертого дня к Цзу Ти наконец пришла Тянь Бу.

Помощница третьего принца немного поговорила с ней. Так маленькая богиня света узнала, что девушка по имени Цзюань Эр, которую они повстречали той ночью, оказалась правительницей клана лазурных птиц, которая, по словам Тай Е, все это время находилась в затворничестве.

Владыка Тай Е не обманывал: правительница Ми Ся действительно медитировала в уединении – в беседке на озере Усюань. Все это время владычица лазурных птиц накапливала силу. В ту злополучную ночь Ми Ся собиралась перейти на новый уровень совершенствования, но по неизвестной причине ей это не удалось, и ци в ее теле пришла в беспорядок, отчего владычица оказалась на грани жизни и смерти.

Тянь Бу со вздохом сказала, что, к счастью, в этот опасный миг Цзюань Эр встретила третьего принца. Его высочество потратил три дня и три ночи, чтобы упорядочить ци в ее теле. Он спас Цзюань Эр от смерти, но, увы, не смог уберечь владычицу от внутренних ран, нанесенных ее собственной взбунтовавшейся силой. Впрочем, ничего страшного не произошло: его высочество просто вызвал старца Куншаня, и тот принял меры. Скорее всего, как только лекарь выпишет необходимые травы и скажет, что опасность миновала, третий принц вернется.

Помощница описала сложившуюся ситуацию обстоятельно и четко, так что у маленькой Цзу Ти не осталось вопросов. Зато они имелись у Тянь Бу. Договорив, небесная дева с тревогой спросила у богини света:

– Как вы, оставшись без меня и принца, провели эти три дня в Терновом дворце? Все ли у вас было хорошо?

Девочка подумала, что историю этих дней… в общем, в двух словах не описать.

На следующее утро после той ночи, встав с постели, она, беспокоясь о братце Ляне, попросила Инь Линя сходить к нему в беседку на озере. Тот сходил, вернулся и сказал, что Цзюань Эр тяжело ранена и третий принц все это время лечил ее. Также бессмертный добавил, что у беседки появилось много стражей, так что теперь о безопасности Лянь Суна и Цзюань Эр можно не беспокоиться.

Выслушав Инь Линя, богиня света и впрямь перестала волноваться. Но она также подумала, что раз Лянь Сун теперь занят спасением Цзюань Эр, он пока не сможет навещать наследного принца в зале Покорения волн. Е Хуа же в последние дни пребывал в плохом расположении духа, так что, наверное, очень нуждался в заботе. Поэтому следующие три дня Цзу Ти каждый день находила время зайти к наследному принцу.

Первые два дня все было хорошо, она даже поговорила с юношей, но на третий день, то есть вчера, проходя мимо маленького сада, она услышала беседу двух служанок. Девушки говорили, что состояние наследного принца ухудшилось, прошлой ночью он потерял сознание и проснулся только утром. Маленькая богиня света испугалась и поспешила в зал Покорения волн. Однако Е Хуа выглядел вполне сносно и даже похвалил ветку магнолии, которую принесла Цзу Ти.

Озадаченная богиня света не успокоилась и, пересказав слова служанок старцу Куншаню, спросила, что, собственно, происходит. Лекарь посмотрел на нее со сложным выражением лица, немного помедлил и только потом сказал, что на самом деле с наследным принцем все в порядке и он уверенно идет на поправку, но об этом никто не должен знать.

Ответ старца Куншаня показался Цзу Ти странным, и она спросила, что думает на этот счет Инь Линь. Бессмертный тоже не понял, что имел в виду старый лекарь, и предположил, что, скорее всего, это Лянь Сун дал целителю какие-то указания.

Сперва Цзу Ти собиралась дождаться возвращения братца Ляня, чтобы тот прояснил для нее ситуацию. Но раз теперь Тянь Бу сама проявила заботу о ее делах, богиня света, которой для полного счастья не хватало только ответов на мучившие ее вопросы, решила, что задать их можно и помощнице третьего принца. И рассказала небесной деве обо всем, что произошло за эти дни.

Выслушав девочку, Тянь Бу подтвердила правоту Инь Линя:

– Действительно, наследный принц в порядке, и слухи об ухудшении его состояния… велел распустить его высочество. Что я позавчера и сделала. Так мы… – Тянь Бу на мгновение задумалась. – Так мы кое-кого проверим. А кого – без разрешения третьего принца я, увы, вам сказать не могу.

– Оу, – только и сказала маленькая Цзу Ти, а после кивнула, не став допытываться.

Хотя дело с наследным принцем было решено, у нее еще оставался один вопрос:

– Кажется, Цзюань Эр очень хорошо знает брата Ляня. Когда и как они познакомились?

Тянь Бу помолчала, подбирая слова.

– Цзюань Эр – дочь старого друга третьего принца. Более десяти тысяч лет назад она жила во дворце Изначального предела, более семисот лет пользуясь заботой и защитой третьего принца. Но позже по неизвестной причине она сама покинула дворец и с тех пор больше не возвращалась.

– Вот как, – сказала Цзу Ти, а затем спросила: – А братец Лянь знал, куда она ушла?

Небожительница задумалась.

– Скорее всего, да. После ухода Цзюань Эр принц искал ее и нашел, но она не захотела возвращаться, и его высочество не стал настаивать. Только сказал, что раз она сделала такой выбор, отныне она больше не принадлежит дворцу Изначального предела.

Маленькая Цзу Ти ахнула.

– Значит, тогда уход Цзюань Эр очень разозлил братца Ляня?

Скрестив руки на груди,