Любовь и смерть - Элис Вайлд

– Прошу тебя… – умоляю я, удивляясь ноткам отчаяния в собственном голосе. Откинув голову ему на грудь, я уже не могу бороться с желанием.

– Тени тебя бери… – стонет Смерть, резко втягивая воздух. Отпускает мою руку и нежно ведет ладонью по моему бедру, но тут же останавливается. – Не могу, Хейзел. Мне нельзя было…

Я подаюсь бедрами вперед и выдыхаю, когда он находит меня. Нас все еще разделяют слои одежды, но мучительный жар вспыхивает всепоглощающим огнем.

Смерть удовлетворенно рычит низким, утробным голосом, пальцы сильнее сжимают шелк. Его тени скользят вверх по моей юбке, дразня обнаженную кожу на внутренней стороне бедра, и мой страстный стон растворяется в завывании ветра.

– Малышка, ты даже не представляешь, какая опасность тебе угрожала, – говорит Смерть нежным, томным, соблазнительным голосом. И грозит мне пальцем, усыпляя мою волю. Перед глазами плывут цветные круги. – Что со мной происходит, когда я наблюдаю, как ты балансируешь на грани желания. Как ты испытываешь пределы моей сдержанности… Чего бы я только ни отдал, чтобы сорвать с тебя это платье и сделать Вселенную свидетельницей моей гибели.

Смерть наклоняется ко мне, прижимается краем маски к моему лицу и ласково гладит меня по шее, но вдруг отстраняется. Его страсть исчезает, как тени в свете дня. Я чувствую горькое разочарование.

Только теперь начинаю понимать, где мы. Кнакс замедляет шаг и останавливается на берегу реки.

– Прости мена за мое поведение, Хейзел, – глухо шепчет Смерть. – Я вернусь и доведу начатое до конца, но не здесь. Не так.

Смерть спрыгивает с коня, прежде чем я успеваю возразить. Тут же появляется Харон, он направляет лодку к берегу. Увидев его, я возвращаюсь в реальность. Желание уходит, мне становится стыдно за свою минутную слабость… и за то, что Смерть рисковал собой из-за моего каприза. Я на мгновение растворяюсь в его объятьях, забыв о том, что мой путь сюда был вымощен болью и страданием.

Но больше этого не повторится.

Я буду спокойно ждать возвращения Смерти и…

– А‐ах! – вскрикиваю я, и адская боль пронзает мое тело. Я падаю с коня, рискуя разбиться о камни, но Смерть ловко подхватывает меня.

– Хейзел, что с тобой? – спрашивает Смерть с волнением и страхом в голосе.

Я не могу ответить, судорожно дышу, стиснув зубы, и держусь за бок. Острая боль копьем пронзает мои ребра.

Смерть осторожно ставит меня на землю спиной к Харону, легко снимает с меня платье и разрывает его, обнажая корсет под ним.

– Умоляю тебя, потерпи, – шепчет Смерть и бережно поворачивает меня, разрывая шнуровку и нижнюю рубашку. Аккуратно расправляет складки ткани, стараясь не обнажать мое тело. Останавливается и внимательно осматривает меня, осторожно проводит перчаткой по поверхности кожи. Вокруг нас снова пляшут тени. – Ты не ранена. И я не чувствую ничего подозрительного под кожей.

Резкая боль утихает. Облегченно выдохнув, я пытаюсь пошевелиться. Из корсета выпадают кольцо и ключ – дары Цербера. Смерть наклоняется и поднимает их, мрачные тени тесным кольцом окружают нас.

– Что это? – тихо спрашивает Смерть, показывая на кольцо.

– Цербер дал его мне. Он сказал, что ты поймешь…

Смерть сжимает кольцо в кулаке, я слышу скрип кожаной перчатки. И снова смотрит на меня.

– Где метка?

– Что?

– Ведь ваши судьбы связаны. Иначе он бы не смог снять его с себя.

Сердце бешено бьется, в горле пересохло. Мне страшно отвечать.

– Да, – соглашаюсь я. Мой голос почти не слышен, а душа горит огнем.

Смерть на секунду отворачивается и смотрит вдаль. В его глазах загораются искорки гнева, зрачки сужаются и устремляются в одну точку. Он переводит взгляд на меня и повторяет свой вопрос:

– Где метка?

– На шее.

Смерть тянется рукой к моей шее, мягко отбрасывая спутанные, мокрые от пота волосы. Я отворачиваюсь и чувствую прикосновение к метке. Смерть проводит по ней пальцем и убирает руку, сглатывая подступивший к горлу ком.

– Прости, Хейзел.

Смерть встает с колен, снимает плащ и укрывает меня, а потом идет к кромке берега. Мы долго и напряженно молчим. Смерть смотрит на реку Стикс, и…

– Черт!

Слово вырывается из него, как раскат грома, слишком близкий, чтобы не содрогнуться. Он издает дикий звук – наполовину недоверчивый смех, наполовину мучительная мольба, – когда его тени вырываются наружу яростными, бушующими волнами.

Глубоко вдохнув, Смерть властным жестом останавливает пляску теней, отходит назад и падает на колени передо мной.

– Прости.

– Что?

– Нет, малышка, – перебивает меня Смерть. – Ты ни в чем не виновата. Хотя ты пробуждаешь во мне жажду к насилию в стремлении защитить тебя, моя ярость не… никогда не будет направлена на тебя.

– Метка… – начинаю я, но вдруг теряю дар речи. Язык не слушается.

– Спрашивай все, что хочешь. Пожалуйста, не бойся меня. Мне не следовало показывать тебе свою слабость, даже на мгновение. Этого больше не повторится.

– Я не боюсь тебя, Сидиан, – снова пытаюсь объяснить я. – Но я хочу узнать, почему ты так отреагировал… и что значит эта метка для нас.

– Она ничего не значит, – сквозь зубы отвечает Смерть и поясняет: – Она не будет ничего значить, хотя и не так скоро, как хотелось бы. Но боюсь, Хейзел, что нам придется изменить планы.

– О?

Смерть глубоко вздыхает, нервно сжимая руки, и говорит:

– Я не могу продолжать свой путь в одиночестве. Я должен попросить тебя пойти со мной.

При мысли о возвращении я чувствую тревогу, но к ней примешивается облегчение: я точно не расстанусь со Смертью.

– Тогда я пойду.

Смерть снова вздыхает и протягивает руку, помогая мне подняться. Моя разорванная одежда остается лежать на земле, прикрытая его плащом.

– Нельзя входить в Подземное мир с меткой и без одежды, – произносит Смерть с легкой усмешкой, заметив брошенное мной платье.

– Но ведь у меня нет…

Смерть взмахивает рукой, и я лишаюсь дара речи. Тени бесшумно проскальзывают под край плаща, покрывая мою кожу тончайшим мягким шелком.

– Теперь можешь вернуть мне накидку.

Я сбрасываю с плеч тяжелый плащ, открывая то, что он сделал. Смерть забирает его и любуется на творение собственных рук – платье, сшитое из бесплотных теней.

– Ты прекрасна, – говорит он, и тени плотно обхватывают мою талию, услышав его голос.

– Спасибо, очень красивое платье.

– Не благодари меня. Мне следовало бы раньше позаботиться о твоей одежде, – продолжает Смерть, бросая на меня последний одобряющий взгляд, и поворачивается к Харону.

– Нет, только не ты. Я отказываюсь…

Я вскрикиваю от неожиданности, когда Смерть делает взмах рукой, и тени бурным потоком устремляются навстречу лодочнику. Они сжимаются в кольцо вокруг него и кружатся