Возвращение домой - Диана Мершери

– Я не обиделась, когда ты настроила коллектив против меня.

– Какая ты правильная!

– В моей прошлой жизни было много таких, как ты.

Эллина задирает подбородок, и комната погружается в молчание, как будто нас не существует друг для друга.

После завтрака мы продолжаем слушать старый телевизор. Скоро эта тишина начинает надоедать, ведь мы находимся в замкнутом пространстве. Эллина, подобрав под себя ноги, читает книгу. Такая тихая и умиротворенная. Кажется, с этим надо покончить раз и навсегда.

– Что опять не так? – начинаю разговор, выпрямляя спину.

Хорошо, что моя дорогая соседка соизволила сообщить о завтраке в девять утра, иначе я бы осталась голодной: старикашка на регистрации и словом об этом не обмолвился. В столовой Эллина демонстративно заняла самый дальний столик, не глядя в мою сторону. Этот странный игнор раздражает.

Эллина отрывается от чтения и запрокидывает голову, словно я ей уже изрядно успела помотать нервы.

– Почему ты ведешь себя как дура?

– Что? Ты офигела, Багрова? – она почти кричит через четыре кровати, разделяющие нас. – Если у тебя проблемы, сбегай в медпункт полечиться.

– Сбегаю, только Полуцкого там сегодня нет, – язвлю, прекрасно понимая, что задеваю за живое. Этот врач мне не сдался, но вывести Эллину на эмоции все же хочется, чтобы понимать, почему она дуется.

После этой фразы, как я и думала, лицо девушки начинает наливаться кровью. Она откладывает книгу и превращается в дикую фурию, сметающую все на своем пути. Я пытаюсь донести до нее, что она чокнутая, раз не понимает, что не только она умеет шутить. Из нашей грубой перепалки, которую наверняка слышно на всем этаже, я понимаю, что Эллина злится за Сингапур.

– То есть ты считаешь, что я сама себя там заперла? И чтобы мне не было скучно, прихватила с собой твоего парня?

– Предполагать не надо, психопатка. Ты и так этим все сказала!

Выхожу на улицу. Я не собираюсь выслушивать бред сумасшедшей, которой все равно ничего не доказать. Решаю пройтись недалеко от гостиницы, ведь в любой момент могут вызвать на рейс.

Держа телефон возле себя, я иду прямо в густой заснеженный лес. Глубоко дышу, стараясь выкинуть скандал из головы. Горячий пар изо рта мгновенно растворяется в морозном воздухе. Раскидистые деревья без листвы не такие пышные, и сквозь их широкие ветви виднеется остальной лес, где только хвойные растения могут похвастаться зеленоватым оттенком под густым слоем снега.

Я бреду вперед, вдыхая древесные ароматы природы, и медленно успокаиваюсь после ссоры, от которой начало дергаться веко. Мне никогда не доводилось наслаждаться открытым лесным пространством, не считая далекий пансионат.

Тропинка постепенно сужается. Останавливаюсь на стук дятла, которого нигде не удается разглядеть, однако к шуму ветра неожиданно примешиваются шуршания. Отвлекаюсь и вдруг замечаю фигуру за огромным кустом. Рассмотреть удается лишь камуфляжный костюм – мужчина тут же убегает.

– Черт, как же ты меня напугал, преследователь-журналист!

Силуэт теряется, растворяясь в снежной осени.

Сколько еще это может продолжаться? Когда-то я подкармливала СМИ своими приключениями, но теперь моя жизнь стала другой: все гораздо скучнее, выходок явно меньше. Что им нужно сейчас?

Сворачиваю на тропинку, ведущую к гостинице, и вздрагиваю, когда на пути появляется Эллина.

– Теперь и ты меня пугаешь! – хватаюсь за грудь, видя на лице коллеги довольство проделкой. – Это ты послала сюда того лешего в отместку?

Она закатывает глаза, а потом произносит:

– У тебя рейс, дорогуша. Какой-то стажер сломал ногу.

Будто и не было скандала, девушка выглядит спокойно. К чему бы это?

– Мне никто не звонил. Телефон в кармане весь день.

– Я об этом узнала из неофициальных источников.

– От своих подружек, разумеется? Гордо уступаю место самой «замечательной» коллеге, то есть тебе! Не хочу работать в этой гребаной авиакомпании, – направляюсь я в сторону крыльца.

– Мне казалось, ты смирилась с этой участью.

Останавливаюсь перед деревянными ступенями.

– Кристи, знаешь, – медлит девушка, отворачивая голову в сторону леса. – На рейсе не будет Ромы, мне нечего там делать.

Вот и причина ее подхалимства – Эллина не намерена сегодня никуда лететь.

– А как же Сингапур, который вас разлучил и бла-бла-бла? Все что ты наговорила мне сегодня… Эти помои, которые ты на меня вылила. Ты сказала, что я заглядываюсь на твоего парня, – складываю руки на груди, отчитывая собеседницу, как школьницу. – Кого ты подговорила, чтобы из резерва выдернули именно меня?

– Честно, никого, – восклицает Эллина, вертя каблук сапога в снегу. – Когда поступает звонок, диспетчер спрашивает, кто отправится в рейс. Я решила, что ты поддашься манипуляции и отправишься работать вместо меня.

Хорошо хоть призналась.

– Я говорила, что уже имела дело с такими, как ты.

Коллега делает прическу в душевой, а мне достается зеркало в общей комнате с шестью кроватями. Телевизор по-прежнему гудит на фоне. Выключаю его, кинув пульт на стол.

Темнота окутывает лес за окном, и спустя несколько минут раздается звонок на мой телефон. Мы с Эллиной заранее договорились, что на самолет поедет та, с кем первой свяжется диспетчер. «Удача» выпала мне. Напарница с улыбкой снимает с себя пиджак, явно упиваясь моим негодованием.

– Замечательно. Первый резерв, и такой провальный! – я заталкиваю в пучок последнюю шпильку.

– Желаю развлечься, красотка, – кричит Эллина из ванной комнаты теперь уже с явно хорошим настроением, и я захлопываю дверь, сотрясая стены здания.

Глава 23. Роман

Жизнь у здания аэропорта кипит, это заметно издалека. Оставляю «Хавал» на стоянке и отвечаю на звонок Эллины. Все эти дни моя бывшая девушка отправляла странные сообщения: непонятные фразы, обидчивые и колкие одновременно. Расшифровывать их уже не имеет никакого смысла. Пытаюсь не закипеть от злости, когда Эллина в трубке смартфона снова юлит и не говорит причину своего негодования.

Как-то она намекнула, что ее не устраивает мое поведение. Слишком безэмоциональный парень ей попался. Хотя сейчас я бы так