Избежать судьбы второстепенной героини - Канна Шорен

— Ты мне должен помочь, — упрямо сообщила, открывая дверь в кабинет. — И это выбор без выбора.

Майкл горько вздохнул и прошёл следом за мной в комнату. В кабинете пахло пылью, старой бумагой, деревом и совсем немного чернилами. Возле порядком замызганного окна напротив двери стоял стол, заваленный бумагами, а возле остальных стен громоздились массивные и повидавшие виды стеллажи с многочисленными книгами по управлению, экономике и законам. И лишь близко к столу стоял ещё низкий шкаф со слегка приоткрытыми створками. Уже порядком выцветший от времени и регулярного использования небольшой ковёр поднял от наших шагов столп пыли, заставив оглушительно чихнуть.

— Тихо! — шикнул на меня брат. — Что ты хотела? Давай берём и пошли, пока нас не заметили.

— План порта и города.

Принялась рыться в документах на стеллажах, ища заветную папку. Но даже за активной деятельностью через пару минут заметила, что брат ничего ровным счётом не делает. Я обернулась и увидела прищуренные в подозрении глаза Майкла. Он не двигался с места.

— Что. Ты. Задумала? — тихо отчеканил он.

— Наш род спасти от банкротства, развить земли… Это же очевидно. Глупые вопросы задаёшь, брат, — также шёпотом ответила я.

— Зачем тебе это? Ты выйдешь замуж, уедешь…

— Майкл! — тихо прикрикнула на брата. — Взгляни правде в глаза! Я замуж уже не выйду! Кто в здравом уме возьмёт старую деву да ещё и бесприданницу?

— Амелия, ты…

— Поэтому замолчи и ищи. Нам это понадобится на аукционе.

— Кому ты собралась эта показывать?

— Майкл, не беси меня, — я взяла ближайшую папку в руки и хорошенько так шлёпнула ею брата по голове, было не сильно и не больно, зато неожиданно. — Мы идём туда, где собираются самые богатые и влиятельные люди страны! Кто-нибудь да найдётся, кто готов инвестировать в столь серьёзное дело!

— Отец искал…

— Майкл! — в очередной раз зашипела на него я. — Богиня, дай мне терпения!.. Мне ещё раз повторить?

— Нет.

— Вот и молодец. Ищи давай!

— Я знаю, где она.

Я посмотрела на него и возникло абсолютное и неотвратимое желание здесь и сейчас задушить этого засранца.

— И ты молчал⁈

— Да, — с улыбкой ответил он. — Она в сейфе.

— И как его открыть ты, конечно же, знаешь?

— Конечно.

— О Богиня… — я воздела глаза к потолку, пытаясь наконец успокоить желание кровавого убийства. — Открывай тогда! И пошли уже наконец!

Брат подошёл к шкафчику и, открыв его, недолго что-то проворачивал в сейфе, а после его открытия достал оттуда несколько одинаково толстых белых папок. Я выглянула из-за спины Майкла и успела рассмотреть лишь две из папок, на одной из которых виднелась надпись «Шахта», а на второй «Порт». Брат взял как раз вторую, остальные обратно уложил в сейф и закрыл его до характерного щелчка.

— А теперь идём, пока нас не увидели! — проговорил он.

Мы как можно быстрее ретировались из комнаты, не забыв перед этим прислушаться и осмотреться на предмет других членов семьи. Дойдя быстрым шагом до чёрного входа в дом, рядом с которым была лестница на второй этаж, я всё же отняла у брата папку.

— Иди оденься до конца, я подожду на улице. Скоро прибудет карета, мы не можем опоздать к мадам Клариссе.

Майкл молча кивнул и скрылся на втором этаже, а я поспешно ретировалась на улицу. Там, остановившись под тенью раскидистого дуба, наконец открыла папку и принялась вчитываться. С каждым новым листом моё изумление росло. Теперь я понимала, от кого унаследовали свой пылкий и острый ум Амелия и Майкл. План был почти идеальным, со всеми сводками, диаграммами, графиками, оценкой рисков и доходности он выглядел и вовсе безупречным. Уверена, если правки и будут, то минимальные.

Когда, судя по стуку колёс и цокоту копыт, карета уже оказалась у ворот, я поспешила оторваться от плана и увидела спешащего из дома Майкла, поправляющего воротник на ходу. Я помахала ему, призывая поторапливаться, и поспешила к воротам. На этот раз, судя по приличному виду кареты, отец позволил себе раскошелиться немного. Это, правда, не сильно сгладит наши аккуратные, но откровенно старомодные наряды.

* * *

Карета неспешно приближалась к салону мадам Клариссы, а я чувствовала, как накатывает волна нелепого, поистине детского страха. От волнения дрожали колени под многочисленными юбками платья. Никогда прежде прошлая Амелия не была в столь значимом месте. А для меня, выросшей в современности, в эпоху массмаркета и интернета, это было сродни… Да сродни выходу в открытый космос без должной подготовки.

Карета остановилась, вместе с ней замерло на мгновение сердце, а после заколотилось с удвоенной силой. Нервы накалились до предела, к горлу подступила мерзкая тошнота, ладони вспотели, как у грешницы в церкви. Должно быть, Майкл заметил моё беспокойство, поэтому его рука вдруг накрыла мою, холодную и дрожащую. Я встрепенулась от неожиданности и встретилась с ним взглядом.

— Не волнуйся, — брат немного натянуто улыбался, он сам явно не был спокоен. — Как ты верно и сказала, это шанс для нашей семьи. Нужно быть стойкими. И улыбаться, несмотря ни на что.

Я медленно, словно несмазанная кукла кивнула и, глубоко выдохнув, натянула дежурную улыбку. Он прав, нужно быть стойкими, ведь впереди будет всё ещё хуже. Брат поспешил выйти из кареты и протянуть ладонь мне. Я же, чинно придерживая юбки, поспешила за ним. Карета с характерным звонким «Но!» от возницы отъехала так быстро, что я едва успела оправить немного помявшиеся за время поездки юбки. К счастью, на этой улице в столь ранний для аристократов час была пуста, лишь слуги и курьеры изредка проходили мимо.

Салон мадам Клариссы Фэрчайлд располагался в самом дорогом районе Савоны, где подчас годовая аренда самых больших помещений была чуть меньше всего дохода наших земель за тот же период. Что уж говорить о стоимости за изделия местных мастеров, она была баснословная. Салон мадам сверкал чистейшей витриной из хрустального стекла, украшенную золотыми