Сквозь Мрак - Леока Хабарова

– А если не лапша, Ник? – Не сдавалась Крис. – Вдруг мы для них – последняя надежда?

– Даже если так, – Ник орудовал костылями, не сбавляя темпа, – я не готов рисковать ради них твоей жизнью.

– Почему?

Ник притормозил. Посмотрел ей в глаза серьёзно и пронзительно.

– Потому.

Повисшая после исчерпывающего ответа тишина казалась напряжённой, наэлектризованной. Одно неосторожное слово, и полетят искры.

– Если не рискнуть, мы застрянем здесь навсегда, – чуть слышно проговорила Кристиана, и голос её дрогнул.

Ник не ответил. Молча заковылял за мастером Ву, который успел утопать на довольно приличное расстояние.

***

Ангар располагался в пещере под утёсом и странным образом напоминал секретную базу, где Крис с помощью пятиглазого Эрзаца «оседлала» сверхтехнологичный летательный аппарат. Правда, машины здесь заметно уступали универсальным скатам-везделётам.

Мягко говоря.

В какой-то момент Крис даже испугалась, как бы Холф не огрел мастера Ву костылём…

– Вы издеваетесь? – разошёлся Ник, узрев аппараты. – Это не истребители! Это рухлядь! Да у дырявого корыта больше шансов взлететь! Не удивительно, что ваши пилоты мрут, как мухи!

Он и в самом деле размахнулся костылём, но вдарил не по Ву, а по фюзеляжу ближайшей машины. У истребителя отлетела часть обшивки и отвалилась какая-то неведомая запчасть.

– Собирались запихнуть нас в консервную банку смерти? – Ник натурально брызгал слюной. – Не выйдет! Лезьте сами и летите, куда хотите!

– Но есть ещё «Скворцы», – осторожно напомнил мастер Ву. – Возможно, вы захотите взглянуть…

– И стать живой мишенью для своих? Нет уж!

– Их мощи хватит, чтобы прорвать Мрак, – увещевал Ву, но Никлас уже закусил удила.

– Так отчего же ваши не прорвали? Струсили?

– Опыта не хватило. Не справились с управлением.

– То есть мы, по-вашему, справимся?

– Конечно, – с завидной уверенностью заявил Ву. – Вы же лучшие из лучших! Ну, что, посмотрим «Скворцов»?

Никлас ничего не ответил. Кристиана заметила, как посерело его лицо, а сам он покачнулся.

– Мастер Ву… – Она встала с командиром рука об руку: треволнения после сотрясения мозга – вещь опасная. А ну как Холф свалится в обморок? Удержать его она, разумеется, не сумеет, а вот смягчить падение – вполне. – Мы обязательно взглянем на «Скворцов». Но позже. Сейчас мастеру Холфу необходимо отдохнуть. С вашего позволения, я сама провожу его в гостевые апартаменты.

– О! – Мастер Ву живо изобразил озабоченность. – Разумеется! Конечно-конечно! Понимаю! На костылях весь день да с непривычки! Бедный мастер Холф! Я немедленно распоряжусь насчёт кресла-каталки.

– Не надо ничего! – глухо рыкнул Ник и мазнул по Крис мутным взглядом.

– Всего доброго, мастер Ву, – бросила Кристиана и, задав Холфу нужное направление, двинулась к выходу.

Ник

Три задачи. Три. Не больше и не меньше.

Первая – не рухнуть в обморок.

Вторая – не проблеваться.

Третья – доползи до кровати своими силами.

Накрыло его внезапно и сильно. Так, что ангар закружился, сливаясь в мутное тошнотворное пятно, а земля под ногами принялась ходить ходуном.

Проклятая магнитозависимость!

Ник крепче стиснул костыли. Ничего. Сдюжит. Он всё-таки лётчик. Негоже лётчику падать в грязь лицом… да ещё перед дамой. Дама, кстати, на редкость быстро сообразила, что он «поплыл», и взяла дело в свои руки. Наплела что-то Хмырю и вывела его, Ника, на воздух.

Слава Пресвятой матери!

– Как ты? – спросила обеспокоенно.

– Нормально.

– Погоди. – Она потащила его куда-то в сторону, где темнело в разнотравье поросшее мхом бревно. – Присядь. Я вязала тебе воду. Попей.

Ник чувствовал себя настолько отвратно, что выполнил все указания. Схватил флягу и жадно выпил всё до последней капли.

– Ты сможешь идти?

– Куда я денусь.

– Может… всё же попросим коляску? – осторожно предложила Крис.

Ник припечатал напарницу каменным взглядом.

– Ладно, никаких колясок, – поняла она без лишних слов. – И никаких разговоров. Так?

– Так.

– Хорошо, – сдалась Кристиана. – Скажи, когда будешь готов.

– Всегда готов, – буркнул Ник и поднялся, тяжело опершись на костыли. Путь предстоял нелёгкий и долгий, а живописная пастораль вокруг – сады, аллеи, цветущие клумбы – только раздражала.

Любоваться красотами не хотелось. Хотелось доковылять наконец до кровати и упасть лицом в подушку.

Так Ник и поступил. Едва они добрались до домика, рухнул и сразу же отрубился, провалившись в тёмное глухое беспамятство. Увы, кошмары не заставили долго ждать…

Нику снилась обледенелая пустошь, лютый мороз и завывания ветра. Снилось, как над колючими вершинами айсбергов медленно плывёт злополучный митавский крейсер, обвешанный фотоаппаратурой, точно рождественская ёлка шарами. И снова требовалось принять решение. И снова Ник не знал, какое именно окажется верным.

– Огонь на поражение, – снова командует он, а Петер снова спрашивает:

– Уверен?

« – Нет! – беззвучно кричит Ник. – Не уверен! Ни в чём я, черти раздери, не уверен! Но решение за мной, и приходится решать».

Сомнения – удел барышень…

Роковые слова холодят губы, царапают глотку.

– Огонь на поражение!

Ракеты. Взрыв. Огонь. Крики. Дым и кровь…

Всё согласно должностным инструкциям.

Ник проснулся от собственного вопля. Кошмар ещё стоял перед глазами, и он не сразу сообразил, где находится. Дёрнулся, обнаружив рядом тёмный силуэт.

Враги!

– Тише, тише! – в полумраке лицо Кристианы казалось белее мела. – Это всего лишь я.

Ник шумно выдохнул и взъерошил пятернёй потные волосы.

Проклятье…

– Ты кричал, – сказала Крис.

– Разбудил? – Ник нашарил на прикроватной тумбочке жестяную кружку с водой и сделал пару добрых глотков. Не помогло.

– Я не спала. – Она поджала под себя ногу, усаживаясь удобнее, и кровать тихо скрипнула. – Дурной сон?

– Он самый.

Кристиана кивнула с пониманием, осторожно коснулась его плеча и… промолчала.

Никаких увещеваний, пустых «всё будет хорошо» и бессмысленных заверений, что утром всё наладится. Ничего. Она сидела и молчала, и молчание стоило дороже любых слов.

Ник заговорил первым.

– Я творил ужасные вещи… – прошептал, понурившись. – Погибли люди. Много людей.

– Шла война, – тихо откликнулась Кристиана.

Никлас мотнул головой.

– Не в этом дело… – он сглотнул. – Я погубил невинных, Кристиана. Стал палачом трёх сотен беззащитных беженцев.

Она нашла его ладонь, переплела пальцы. Ник чувствовал горячее дыхание на обнажённой коже, но поднять голову и заглянуть Крис в глаза не решался. Что он там увидит? Что прочтёт?

Жалость? Упрёк? Отвращение? Может, всё сразу?

– Я ошибся, – продолжил Ник. Голос охрип и звучал глухо, – и ошибка оказалась роковой. Думал, смогу забыть, затолкать глубже в память, но нет. Не выходит. Ни у меня, ни у Петера. Он едва не спился, я чуть не свихнулся. По ночам до сих пор слышу крики… и… тот свой приказ…

Предательский ком подкатил к горлу. Да твою же мать!

Ник стиснул кулак и тихо выругался. Отвернулся. Не