Праздники пар - Элизабет Прайс

* * *

Луиза торжествующе подняла жемчуг, когда Сесиль и Борис вошли в комнату.

— Ага, я знала, что это он, — ликовала Луиза. — Звоните в АСР, арестуйте его за кражу.

Глаза Бориса сузились, когда его медведь зарычал. Его беременная пара выглядела так, будто у неё вот-вот случится припадок.

* * *

— Вы его не запрете, — отрезала Сесиль.

— Нам нужно до прибытия АСР, — заявил Хилари — её нелюбимый кузен.

Учитывая, что Луиза также была её двоюродной сестрой, это показывало, как мало Сесиль думала о нём.

— Я АСР.

— Ты вряд ли объективна, — усмехнулся он.

Хилари посмотрел на Бориса, обдумывая варианты его сдерживания. По мнению Сесиль, в своих боксерах он выглядел весьма миловидно, но она предположила, что он всё ещё семифутовый медведь. Хилари сглотнул и пробормотала что-то о боли в спине.

— Он не сделал ничего плохого, — возразила она.

— Почему бы нам всем не успокоиться, дорогая, — сказала Марианна, заламывая руки и бросая обеспокоенные взгляды на Сесиль. — Не волнуйся, подумай о своём кровяном давлении.

— Она права, — согласился Борис.

— Я в порядке, просто меня раздражают эти нелепые обвинения.

— Они были в его комнате, — сказала Луиза.

— В нашей комнате, я тоже должна быть подозреваемой.

Луиза закатила глаза.

— Ты бы не стала этого делать.

— Почему это?

— У тебя есть собственный жемчуг и собственные деньги.

— Ну, Борис жемчуга не носит, а деньги у него есть!

«Честно говоря, глупость членов её семьи сводила её с ума!»

— У него твои деньги, — самодовольно поправил Эдмунд.

— Мы пользуемся деньгами друг друга — у нас совместный счёт, мы только что вместе купили дом.

Борис погладил её по плечу.

— Детка, успокойся.

Марианна кивнула.

— Подумай о ребёнке, Сесиль.

— Ты беременна?! — закричал Хилари достаточно громко, чтобы все в доме могли слышать.

Среди криков поздравлений от других членов семьи Эдмунд посмотрел на неё с отвращением. Луиза очень встревожилась из-за новостей, и Доусон ненавязчиво вышел из комнаты.

Сесиль смотрела на них всех с подозрением.

* * *

— Мама, — слово выскользнуло, как обвинение.

Марианна готовила кофе для всех. Она отправила большую часть персонала обратно в постель, не желая заставлять их бодрствовать.

— Извини, дорогая, Эдмунд позвонил в АСР, прежде чем я успела его остановить — я уверена, что твои коллеги со всем этим разберутся.

— Откуда Луиза узнала, что у Бориса были приводы? Ты не выглядела удивлённой, когда она упомянула об этом.

Щёки Марианны слегка порозовели.

— Я не совсем уверена, но, когда ты рассказала мне о нём, я немного забеспокоилась, поэтому наняла детектива.

— Мама!

Её лебёдка загудела.

— Ну, я ничего не знала о нём или о его семье. Я не имела права голоса в вашем спаривании.

— Ты имеешь в виду в отличие от первых двух моих браков. Да, и эти два брака оказались удачными.

— Дело сделано, — признала Марианна.

— Насколько я понимаю, ты предоставила всю эту информацию остальным членам семьи.

— Конечно нет, дорогая. Признаюсь, я был слегка шокирована тем, что узнала о нём, но больше никому об этом не говорила. Я не хотела, чтобы они судили его заранее.

— Как ты?

— Дорогая, прости, но я проверила твоих первых двух мужей, одобрила их и…

Сесиль приподняла бровь.

— Наверное, мне следует прекратить говорить.

— Так ты никому ничего не сказала?

— Нет, только Доусону. Но ведь он знает все мои дела. Он очень хороший слушатель.

Ах да, дворецкий.

* * *

Пока Сесиль исчезла, чтобы поговорить с матерью, Минди пыталась узнать подробности о послужном списке Бориса.

— Ты был домушником?

Его медведь заворчал на возбудимую красную панду-перевёртыша.

— А как ты думаешь?

— Минди, дорогая, — увещевал её отец Джаспер.

Она проигнорировала его.

— Ты когда-нибудь кого-нибудь зарезал?

Борис одарил её долгим взглядом, который не возымел никакого действия.

— Ты когда-нибудь кого-нибудь убивал?

— Нет, но подожди пару минут, и мой ответ может измениться.

— Минди, пойми намёк, — пробормотал Родерик.

«Где, чёрт возьми, Сесиль?» — подумал он с растущим раздражением.

* * *

— Почему, Доусон? — вздохнула Сесиль, когда она нашла его в столовой.

— Мисс. Сесиль?

— Я знаю, что это ты положил жемчуг в ящик стола. Это должен был быть ты. Я подозревала, что кто-то сделал это после того, как Луиза начала кричать, и они ждали, пока мы выйдем из нашей спальни, но теперь, когда я об этом думаю, Борис был последним, кто пришёл в комнату Луизы. Я положила кое-какую одежду в тот ящик прямо перед тем, как Борис вышел из игры в шарады и вернулась в комнату, и с этого момента никто из нас не уходил, пока Луиза не закричала. Но мы заказали еду на вынос, которую ты потом принёс в нашу комнату. И пока я брала у тебя поднос, Борис был в ванной, и я отвернулась достаточно надолго, чтобы ты успел сунуть жемчуг в тот ящик.

Доусон уставился на неё.

— Знаешь, я была следователем в АСР. Объединение всего этого едва ли было утомительным. Что касается мотива, я полагаю, что ты считал, что моя мать была в ужасе от моего выбора спутника жизни и хотела избавиться от него, чтобы сделать её счастливой. Однако в то время ты не знал, что я беременна и поэтому сделала мою мать счастливее, чем когда-либо, подарив ей внука. Правильно ли я думаю, что Луиза предложила тебе какой-то полусырой план разлучить меня с Борисом, а ты предложил жемчуг?

Доусон поморщился.

— Ваша кузина сообщила мне вскоре после вашего приезда, что ваша пара плохо с вами обращается. Она намекнула, что он вас бьёт.

Если бы лебеди могли рычать, она бы это сделала.

— И ты поверил ей?

— Проверка биографических данных вашей пары была очень тревожной. У него есть история агрессивного поведения.

— Я не собираюсь этого отрицать. У Бориса было беспокойное детство, которое привело к очень неприятным моментам во взрослой жизни. Но он изменил свою жизнь, и я ни на секунду не верю, что он когда-либо причинял или когда-либо причинит боль женщине. Я так понимаю, это ты рассказал Луизе о его происхождении?

Он кивнул.

— Ваша кузина спросила, не могу ли я украсть машину вашей матери и набить её столовым серебром, чтобы все выглядело так, как будто ваша пара ограбила дом. Я предположил, что с жемчугом будет легче его подставить, и она согласилась.

— Доусон, как ты мог? — спросила Марианна, входя в столовую.

Он повесил голову.

— Простите меня. Я думал, это то, чего вы хотите.

Сесиль бросила на неё