Замуж за негодяя - Валерия Аристова

Она не собиралась выходить замуж за Артура Леннора, виконта Горсай. Она выйдет за честного и верного мистера Томсона. А вот на кого будет похож мистер Томсон-младший — это уже сложный вопрос. В конце концов, ночь была полна страсти и любви. Она знала, что Артур в нее влюблен. И сама она была влюблена в Артура. А такие ночи как раз и позволяют зачать дитя.

...

Эйфория, в которой прибывала Джулия, не развеялась и днем, когда она наконец поднялась с постели, и попыталась заняться делами. Наверняка явится мистер Томсон, когда у него выдастся минутка свободного времени, и, она надеялась, что и Артур тоже появится. Она ждала его, осознавая, что ничто так не важно в жизни, как его визит. Ей хотелось видеть его. Ей хотелось подтверждения его слов, сказанных в момент страсти. Он клялся ей в любви, сгорая от желания, и она хотела видеть, как он будет клясться ей в любви, сидя в светской гостиной.

Когда он пришел, Джулия была готова. Она выработала план, позволяющий ей продолжить игру. Она надела лучшее платье, которое немного скрывало ее полноту, и подчеркивало высокую грудь. Сердце ее ухнуло вниз, когда он вошел, потом забилось, как сумасшедшее, и она поспешила принять гостя.

Артур был великолепен. Ей было приятно смотреть на него и вспоминать их ночь, когда этот невероятно красивый мужчина шептал ей всякую любовную чушь. На что готов он ради нее? Джулия подала ему руку и аж зажмурилась от удовольствия, когда ее пальцы коснулись его ладони.

— Давайте прогуляемся в парке, Джулия, — сказал он, и звук его голоса был для нее, как чудесная музыка.

Она покачала головой. Вдохнула, как готовый броситься в воду ныряльщик. Все или ничего. Вот ее Рубикон. Око за око, зуб за зуб. Она немного охладит его пыл, а потом посмотрит, на что он способен.

— Я думаю, что мой жених будет против наших частых с вами встреч, виконт Горсай, — сказала Джулия.

Артур вспыхнул. Щеки его стали пунцовыми, и Джулия была довольна результатом.

— Неужели вы еще не разорвали помолвку с ним? — спросил он.

Джулия смотрела на него торжествуя.

— Нет. А разве я должна разорвать помолвку с приличным человеком ради одной ночи любви?

Артур замер, подбирая слова. Ей удалось его удивить, и Джулия видела, как он пытается понять, чего же она на самом деле хочет. Но ему не удастся ее понять.

— Нас ждет много таких ночей, — сказал он наконец.

— Это прекрасно, — улыбнулась она, следя за его реакцией, — но днем я должна вести себя, как приличная леди. Иначе моя репутация пострадает и мистер Томсон не пожелает жениться на мне, как и другие уважаемые люди.

— Я собираюсь жениться на вас, причем тут другие? — Артур повысил голос.

Джулия замерла. Вот он — миг, когда Минерва бьет во щит! Миг победы. Миг торжества.

— Вы не женитесь на мне, — проговорила она вкрадчиво, — вы снова решите, что вас заставляют, заманивают, вам еще рано жениться или придумаете что-то еще. Я не могу снова рисковать. Поэтому я прошу вас, не надо портить мою репутацию. Приходите тогда, когда никто не увидит нас, а днем мы будем лучшими друзьями.

Артур молчал, глядя в пол. Его лицо побледнело, весь он напрягся, и сжимал до белых костяшек руку в кулак. Джулия видела, как непросто ему дается решение, которое он вынужден будет принять.

Наконец он поднял глаза на Джулию. В них ничего не осталось от той страсти, что горела еще минуту назад. Это был совершенно ледяной взгляд, где было больше презрения, чем любви или ненависти. Джулия отпрянула, но не отступила. Пусть ненавидит ее. Она тоже его ненавидит. Ненавидит и любит одновременно. Пусть и он почувствует, как это, быть отвергнутым. Ждать чуда, но не дождаться. Каждый день ходить мимо его дома, ожидая, что он вернулся. Каждый раз понимать, что он уехал навсегда.

— Пусть будет по вашему, — наконец сказал он, и Джулия поразилась совершенно спокойному его тону, — до вечера.

И он вышел из комнаты не обернувшись.

Глава 12

— Дорогая, я так соскучилась по тебе!

Элизабет Вильсон, в замужестве миссис Хейли вбежала в комнату в облаке голыбых шелков и бросилась на шею поднявшейся на встречу Джулии. За ее спиной маячил ее муж, Гораций Хейли, совсем молодой мужчина, сын богатого американца и владелец хлопковых плантаций под Бостоном.

— Я тоже рада видеть тебя, — Джулия сжала в объятьях хрупкую Лиззи и улыбнулась ее мужу, — дорогая, мы скучали.

— Теперь мы уже не расстанемся! — радостно щебетала Элизабет, — Гораций решил купить дом в Лондоне, чтобы мы всегда могли быть рядом! На плантациях слишком жарко, а Бостон совсем не похож на Лондон, и он думает, что мне будет там скучно!

— Миссис Вильсон, — мистер Хейли наконец сумел дождаться, когда его молодая жена замолчит и перестанет душить в объятьях Джулию, позволив ему подойти к ней, — я хотел просить вас позволить нам некоторое время пожить в вашем доме, пока мы не обретем свой.

Джулия улыбнулась.

— Дом большой, конечно, живите, сколько вам понадобится, — сказала она.

Элизабет снова бросилась ее обнимать, потом побежала куда-то, принесла целую шкатулку разных мелочей, которые накупила ей в поездке.

— Я все время думала о тебе, дорогая, — говорила она, — я только и думала, как вернусь и обниму тебя, поделюсь с тобой своим счастьем! Я уверена, что как только ты наденешь вот это ожерелье, удача улыбнется тебе и ты найдешь себе лучшего жениха! Почти как я нашла Горация!

Было невозможно устоять перед этой хрупкой и хорошенькой молодой женщиной, которая так и светилась от счастья. Джулия любила ее и была очень рада, что какое-то время сможет, как прежде, каждый день видеть ее рядом.

Лиззи надела Джулии на шею нитку из голубых камней, который красиво оттенили синие глаза Джулии.

— Смотри, как тебе идет! Ты скоро станешь невестой!

Джулия смотрела в зеркало. Она была всего на два года старше Элизабет, но всегда чувствовала себя ее матерью, мачехой. Хрупкая невесомая Лиззи с копной золотистых волос и глазами олененка была из тех женщин, кто всегда остается юн, до самой старости. Джулия же рядом с ней казалась умудренной жизнью матроной. Элизабет все делала много и искренне. Она искренне оплакивала первого мужа, но так же искренне любила второго, и было видно, что чувства ее чисты и где-то даже наивны.

— Я не хотела бы тебя разочаровать, но вот что делает с людьми пренебрежение