Монолог фармацевта. Книга 1 - Хюганацу

Наложница Адо не имела привычки обвешиваться украшениями. Более того, в ее облике не было ни блеска, ни пышности, ни трогательности. Скорее она отличалась строгой, благородной и даже бесполой красотой.

«Неужели ей тридцать пять?» – не верила своим глазам Маомао.

Повстречай она госпожу в других одеждах – и приняла бы за молодого сановника при дворе. Похоже, все девы-чиновники Гранатового дворца были без ума от наложницы Адо: никто иной не услаждал их взор так, как умела госпожа, и ни евнухи Внутреннего дворца, ни иные женщины не могли с нею сравниться. Она излучала подобное господину Дзинси обаяние, но в то же время совсем иное. Маомао не видела госпожу на пиру и все же представляла, что платье варварских всадников подошло бы Адо шуфэй куда лучше, чем наряды наложниц с широкими рукавами и длинными полами.

Маомао спокойно приняли в Гранатовый дворец, и теперь она в сопровождении двух дев-чиновников обходила его покои. Их вела старшая прислужница, госпожа Фэнмин, – дородная красавица с добрым нравом и необыкновенной живостью в каждом движении. Без лишних слов, со знанием дела, она показывала особенности каждой комнаты и объясняла, что в ней надобно сделать.

– Прости нас, деточка, за столь внезапное назначение, – между делом извинилась госпожа Фэнмин.

Старшая прислужница одной из четырех наложниц высшего ранга должна быть родовита, и Маомао предположила, что Фэнмин, возможно, вышла из семьи богатого купца. Несмотря на это, с подчиненными и низшей прислугой она вела себя обходительно, что само по себе не могло не подкупать.

Воспользовавшись тем, что Гранатовый дворец занят уборкой по случаю окончания года, Маомао послали им на подмогу, ведь свободных рук и вправду отчаянно не хватало.

«Поранилась?» – спросила себя Маомао, заметив повязку на левой руке госпожи Фэнмин.

Сама Маомао каждый день обматывала левую руку, дабы спрятать от любопытных глаз старые шрамы. Да и ловить на себе сочувствующие взгляды она порядком устала.

В итоге грязную и тяжелую работу Маомао не поручали – самое трудное досталось евнухам, а она весь день просушивала книги и вытряхивала из них насекомых. Вещей в Гранатовом дворце оказалось гораздо больше, чем в Нефритовом, что закономерно, поскольку ни одна наложница при дворе не провела здесь столько же лет, сколько наложница Адо.

В тот день Маомао не вернулась в Нефритовый дворец, а осталась ночевать в общих комнатах в Гранатовом, улегшись вместе с двумя другими прислужницами. Было холодно, и ей выдали шерстяное одеяло, чтобы за ночь не замерзла.

«Ничего толком не приказывают, над душой не стоят, только знай себе прибирайся», – удивилась своей службе Маомао.

Она безропотно принималась за все, что бы ей ни велели, и трудилась без продыху, не смея отлынивать. В свою очередь госпожа Фэнмин хвалила ее по каждому поводу, да так, что Маомао не хотелось ударить в грязь лицом. Как и подобает старшей прислужнице, Фэнмин знала, как найти подход к людям.

Понаблюдав за ней, Маомао сочла, что госпожа Фэнмин могла бы стать рачительной супругой, если бы не связала свою жизнь с дворцом императорских жен. Умелая и веселая, она с большой охотой принималась за работу сама, а не поручала все младшей прислуге.

Маомао слышала, что госпожа Фэнмин с юности служит наложнице Адо, стало быть, золотой брачный возраст она уже упустила. Узнав об этом, Маомао испытала некоторую обиду за нее. Жалованье и довольствие старших прислужниц весьма высокие, но неужели она никогда не помышляла о замужестве? Маомао не сомневалась: другие девы-чиновники во дворце императорских жен грезят о подобной судьбе. Взять хотя бы служанок в Нефритовом дворце: те только и болтают, что о возможном браке. Нет, они преданно служат своей госпоже и все же мечтают, как в один день за ними явится прелестный господин и заберет с собой. Прислушиваясь к чаяниям своих подопечных, госпожа Хун-нян любила с усмешкой приговаривать: «Мечтать не вредно!» И почему-то от ее замечания бросало в холодный пот…

«Давненько я так не трудилась», – в полусне подумала Маомао.

Она свернулась под шерстяным одеялом клубком, точно кошка, и вскоре засопела.

* * *

«Неужели отравитель прячется в Гранатовом дворце?» – недоумевала Маомао.

Девы-чиновники в Нефритовом дворце несли службу ревностно, на зависть всем, однако и в Гранатовом дворце не меньше радели о хозяйстве. Здесь все души не чаяли в наложнице Адо.

Особым прилежанием отличалась старшая прислужница Фэнмин. Стоило ей заметить где-нибудь пыль, как она спешила сама стереть ее, хотя ничто не мешало дать поручение младшим служанкам. А ведь она дева-чиновник высшего ранга, стоящая над всеми в Гранатовом дворце! Даже трудолюбивая и расторопная госпожа Хун-нян не снисходила до пыли и оставляла уборку младшим прислужницам.

«Вот бы показать этим пустозвонкам из Хрустального дворца, как нужно трудиться!» – не без ехидства подумала Маомао.

В отличие от наложницы Адо, у наложницы Лихуа не задалось с личной прислугой. Подле нее собралась целая толпа, но сугубо потому, что все они несли службу спустя рукава. Зато ее девицы были остры на язык не по летам, отчего никому не хотелось иметь с ними никаких дел. С другой стороны, управлять такой обширной свитой – еще один долг наложницы, и в этом смысле госпожа Лихуа доказала, что у нее достаточно ума и сноровки, чтобы быть достойной высшего ранга.

Только беззаветная преданность своей госпоже может подтолкнуть к убийству. Наложницу Адо собираются в скором времени лишить должности шуфэй, поскольку некий влиятельный сановник желает ввести во дворец свою дочь. Если мест всего четыре, то кого императору низложить, если не госпожу Адо? Однако если исчезнет какая-нибудь другая подруга-фэй, тогда положение шуфэй разом переменится.

Если наложниц Гёкуё и Лихуа император посещает часто, то к наложнице Лишу он даже не заглядывает. Быть может, именно потому ее личные прислужницы ни во что не ставят свою госпожу.

«Все-таки владыка любит пышнотелых», – догадалась Маомао.

В отличие от обычаев, принятых императорским двором во времена покойного отца императора, государь оказывает знаки внимания лишь женщинам пышным и вполне созревшим, о чем говорит выбор наложниц Гёкуё и Лихуа, а также всех тех, кто занял другие ранги. Что до наложницы Лишу, то она совсем не подходит своей должности и не способна исполнять обязанности супруги. Впрочем, это и к лучшему, считала Маомао. Пусть госпожа Лишу достигла брачного возраста, но выносить и родить ребенка так рано – крайне тяжкое бремя для юного тела. Даже в Малахитовом чертоге