Использованная жена дракона. Дети без имени - Майкл Скофилд

— Когда?

— После переноса книги крови. Его должны были привести для описи, но в комнате нашли только рабочий плащ.

— Ты не сказал.

— Слишком много случилось сразу. И я не был уверен, что он сбежал, а не спрятан.

— Имя?

— Лоран Грейст.

— Он человек Вейры?

— Трудно сказать. Архивариусы служат не людям, а записям. По крайней мере, так они утверждают.

— В вашем доме записи давно служат тем, кто держит перо.

— Да.

Он не оправдывался.

И это все еще резало.

— Значит, мы идем в глубокий архив, — сказала Ирсена.

— Утром.

— Сейчас.

— Дети спят.

— Именно поэтому. Они не должны видеть еще одну страницу, где их могли похоронить.

Ровен не ответил сразу.

Потом спросил:

— Ты хочешь идти сейчас?

— Да.

— Тогда я подниму стражу.

— Нет. Много людей — много ушей. И если архивариус пропал, там может быть уже пусто. Или ловушка.

— Тем более.

— Ровен.

Он остановился.

Вдохнул.

И спросил правильно:

— Кого ты хочешь взять?

Ирсена оценила это. Не вслух.

— Тебя. Ардана. Терена — если придется читать кровь или следы обрядов. И Ольрида: он знает печати. Детей оставим с Милой, Нишей, Сейром и вторым стражем. Книга крови остается здесь, у серебряного огня. Ключ Варр — у меня. Твой ключ?

Ровен снял с цепочки черный ключ.

— Возьми.

Она не взяла.

— Нет. Оставь Эймару.

Он замер.

— Эймару?

— Он поймет, если кто-то попытается солгать ему про книгу. И Саяна не выпустит ларец из глаз. Пусть у них будет не только охрана, но и знак доверия.

Ровен долго смотрел на ключ.

Потом кивнул.

— Хорошо.

Он вошел в детскую тихо, но Эймар все равно проснулся.

Ирсена стояла у порога и видела, как мальчик открыл глаза сразу, без испуга. Словно ждал.

— Мы уходим? — спросил он.

— Ненадолго, — сказала Ирсена.

Саяна заворочалась рядом.

— Куда?

— В архив.

— Без нас?

— Да.

Дочь открыла глаза полностью.

— Почему?

Ирсена села на край кровати.

— Потому что, возможно, там есть запись, которую детям не нужно видеть первыми.

Саяна нахмурилась.

— Про нас?

— Да.

— Плохая?

— Возможно.

Она села.

— Тогда я должна…

— Нет, — мягко сказала Ирсена. — Ты сегодня уже сделала больше, чем должна была. Теперь моя очередь смотреть на плохие бумаги.

Саяна сжала одеяло.

— А если там опять ловушка?

Ровен подошел и опустился на одно колено у кровати.

В руке у него был черный ключ.

— Тогда ты будешь охранять книгу крови.

Дочь насторожилась.

— Ты отдаешь ключ?

— Эймару.

— Почему ему?

— Потому что он услышит ложь, если кто-то попытается забрать книгу обманом.

Саяна прищурилась.

— А я?

— А ты решишь, что делать, если кто-то не поймет слово «нет».

Это ей понравилось.

— Хорошо.

Эймар принял ключ обеими руками.

Он был слишком большой для детской ладони, тяжелый, с черным драконом на головке. Мальчик смотрел на него долго.

— Ты доверяешь мне?

Ровен ответил не сразу, но честно:

— Да.

— Правда.

— Да.

Эймар прижал ключ к груди.

Саяна тут же сказала:

— Я буду смотреть, чтобы он не устал от ключа.

— Ключи не устают, — сказал Эймар.

— Зато ты устаешь.

— Да.

— Вот.

Ирсена поцеловала их обоих.

— Дверь не открывать никому, кроме меня, Ровена или Милы после условного слова.

— Какое слово? — спросила Саяна.

Ирсена подумала.

— Ложка.

Саяна просияла.

— Та самая?

— Та самая.

— Отлично.

Ровен почти улыбнулся.

— Если я скажу «ложка», вы поверите?

Саяна посмотрела на Эймара.

Тот покачал головой.

— Ты бы сказал слишком серьезно. Мама скажет лучше.

— Учту.

— Не учти, — сказала Саяна. — Просто не приходи один.

— Хорошо.

Они вышли.

Ардан присоединился у поворота. Терен пришел с сумкой и без лишних вопросов. Ольрида привели из охраняемой комнаты; мастер печати выглядел так, будто за последние сутки постарел на десять лет, но держался.

В глубокий архив спускались через узкую лестницу за залом печатей.

Сначала — железная дверь.

Потом — каменная.

Потом — решетка с тремя замками. Один открыл Ровен. Второй — Ольрид. Третий оказался без ключа.

— Должен быть у главного архивариуса, — сказал Ольрид.

Ардан поднял тяжелый молот.

— Можно проще.

Ольрид побледнел.

— Это древний замок.

— Очень жаль.

Ровен посмотрел на Ирсену.

Она кивнула.

Ардан ударил.

Замок выдержал первый удар.

На втором треснул.

На третьем решетка открылась.

Ольрид выглядел так, будто его заставили присутствовать при осквернении предка.

— Архив переживет, — сказала Ирсена.

— Не уверен, госпожа.

— Тогда пусть учится у женщин.

Ардан хмыкнул.

Ровен ничего не сказал, но в уголке его рта мелькнула тень.

Глубокий архив был холодным.

Не влажным, как нижний зал печатей, а сухим, почти мертвым. Воздух там стоял неподвижно. На полках лежали коробки, свитки, книги, пергаментные связки. Каждый ряд отмечен табличками: браки, смерти, отречения, наследные споры, боковые ветви, неподтвержденные линии, закрытые решения совета.

Закрытые решения.

Ирсена остановилась у этой таблички.

Ровен тоже.

— Сначала книга родов, — сказал он.

— Нет, — ответила она. — Сначала закрытые решения.

Он посмотрел на нее.

— Почему?

— Потому что книга родов покажет, что написали. Закрытые решения — почему.

Ольрид тихо произнес:

— Доступ к закрытым решениям ограничен даже для главы рода. Требуется присутствие хранительницы и старшего голоса.

Ровен повернулся к нему.

— Оба под подозрением.

— Тем более порядок…

— Порядок уже пытался убить мою дочь сегодня, — сказал Ровен. — Доставайте.

Ольрид сглотнул и пошел к полкам.

Ирсена в это время подошла к центральному столу. На нем лежала лампа с холодным огнем и нож для разрезания печатей. Нож был старый, с костяной ручкой. Слишком похожий на тот, которым ей дали подписать отречение.

Она не стала его трогать.

Ольрид принес три связки.

Год брака.

Год рождения детей.

Год ее «смерти».

— Закрытое решение о браке Ровена Таргарда и Ирсены Варр, — прочитал он.

Ровен сломал печать.

Внутри было несколько листов.

На первом — решение совета о необходимости срочного брака с представительницей Варр из-за «критического снижения устойчивости северного пламени». На втором — оценка крови Ирсены. Возраст, родословная, показатели дара, совместимость. На третьем — рекомендация Вейры: «Союз следует оформить не как обмен равных линий, а как контролируемое включение удерживающей крови в дом Таргардов. Представительница Варр эмоционально устойчива, воспитана в малом доме, не имеет сильной внешней поддержки. Риск сопротивления умеренный».

Ирсена читала.

И чувствовала не боль.

Холод.

Эмоционально устойчива.

Не имеет сильной внешней поддержки.

Риск сопротивления умеренный.

Ее не просто выбрали.

Ее оценили как удобную для использования.

Ровен взял лист.

Прочитал.

Очень медленно.

Потом положил на стол, будто боялся смять.

— Я этого не видел.

— Знаю, — сказала Ирсена.

Он поднял глаза.

— Ты веришь?

— Нет. Я просто уже не удивлена.

Это было хуже.

Он понял.

Вторая связка.

Решение ночи родов.