Попаданка в мир драконов. Замуж за чудовище - Юлий Люцифер

нечем.

— Ниже, — резко сказал он.

Я сразу пригнулась.

В углу, возле перевернутого кресла, сжавшись в комок, сидела Мира. Лицо в копоти, глаза полные ужаса. Она прижимала к груди что-то завернутое в ткань — мою дорожную сумку.

Дневник.

Письмо.

Ключ.

Она, черт побери, полезла в дым за моими вещами.

— Ты что творишь?! — выкрикнула я, задыхаясь.

— Я… я не могла оставить… — прохрипела она и закашлялась.

Рейнар не стал тратить ни секунды на обсуждение человеческой глупости и верности. Подхватил Миру одной рукой, вторую положил мне на затылок и почти силой направил к выходу.

Проблема была в том, что путь назад уже не был тем же самым.

Огонь добрался до балки над внутренним проходом.

Треск.

Стон дерева.

И балка рухнула прямо между нами и дверью.

Я вскрикнула и отшатнулась. Волна жара ударила так, что на миг перед глазами потемнело.

— Назад! — рявкнул кто-то снаружи.

Но снаружи нас уже не было.

Мы оказались внутри отсеченного пространства — я, Рейнар и почти полубессознательная Мира.

Второй выход был через спальню.

Ту самую, где за зеркалом пряталась комната Лиары.

Я посмотрела туда и почувствовала, как во мне начинает подниматься уже знакомое, холодное понимание.

Это не просто поджог.

Это снова игра.

Нас намеренно загоняют туда, где есть зеркало, тайная комната и, возможно, тот самый проход, который кто-то хотел использовать или уничтожить.

Рейнар тоже это понял.

Я увидела по лицу сразу.

— Сюда, — сказал он коротко.

Мы двинулись через спальню.

Дым здесь был плотнее. Огонь лизал полог кровати, уже подбираясь к стене с зеркалом. Красные языки метались по ткани так быстро, будто их кто-то кормил маслом намеренно.

Рейнар опустил Миру на пол у дальней стены, ближе к окну.

— Не двигаться, — приказал ей.

Она только закивала, задыхаясь.

Я обернулась к зеркалу.

Оно уже отражало не комнату.

Пламя.

И что-то темное за ним.

— Нет, — сказала я.

Не знаю, кому именно.

Комнате. Дому. Этому дню. Самой себе.

Но зеркало уже дрогнуло.

Как в прошлый раз.

Рейнар заметил.

— Не трогай, — сказал он сразу.

— Я и не собиралась!

— Леди!

— Я не…

Но договорить не успела.

Потому что за зеркалом, в дрожащем красном свете, появилось лицо.

Не отражение.

Элея.

На этот раз я увидела ее четко.

Молодую. Бледную. Испуганную до ледяного безумия. И — что хуже всего — смотрящую прямо на меня, будто знала, кто я.

Она подняла руку.

Показала вниз.

На пол возле изголовья кровати.

А потом исчезла.

Я застыла.

— Что? — спросил Рейнар, уже видя, что я опять смотрю не туда, где есть обычный мир.

— Там, — сказала я. — Она показала туда.

— Кто?

— Элея!

Огонь рядом с нами треснул сильнее.

Балка над кроватью начала темнеть.

У нас оставались секунды.

Я рванулась к изголовью, упала на колени и провела ладонью по полу. Камень. Ковер. Дерево. Ничего.

— Что ты делаешь? — резко бросил Рейнар, уже закрывая собой меня от сыплющихся сверху искр.

— Она показала сюда! Здесь что-то есть!

— Потом!

— Нет, сейчас! Иначе она не стала бы…

Пальцы зацепили едва заметную металлическую кромку под ковром.

Есть.

Я сдернула ткань.

Под ней оказался узкий люк.

Почти невидимый.

— Рейнар!

Он посмотрел вниз.

Увидел.

И в этот момент что-то тяжелое рухнуло с потолка там, где мы стояли секунду назад.

Решение ему понадобилось меньше удара сердца.

Он подскочил к Мире, поднял ее на руки и кивнул мне:

— Открывай.

Я рванула кольцо люка.

Сначала ничего.

Потом щелчок — и темная щель пошла в сторону. Внизу оказался узкий каменный лаз, уходящий вниз под спальню.

Запасной ход.

Старый.

Спрятанный.

Элея знала.

Лиара, возможно, тоже.

А мы бы сгорели, не покажи она мне это.

— Вниз! — крикнул Рейнар.

Я спрыгнула первой.

Колени ударились о камень, ладони — тоже. Внизу пахло пылью, старыми стенами и влажной холодной тьмой. Через секунду он спустил Миру, почти бросив мне в руки, затем сам спрыгнул следом и захлопнул люк над головой.

Сразу стало темно.

Почти совсем.

Только красноватый свет пробивался сквозь щели сверху.

Мира закашлялась мне в плечо. Я прижала ее крепче и вдруг поняла, что сама тоже дрожу. Уже по-настоящему.

Не от жара.

От того, как близко все прошло.

От того, что Элея только что спасла нас.

От того, что если бы я промедлила секунду, нас бы накрыло балкой и пламенем.

Рейнар вытащил из внутреннего кармана маленький световой камень. Тот загорелся тусклым янтарным светом.

Узкий проход уходил вперед, в толщу стены.

— Старый ход для прислуги? — спросила я хрипло.

— Нет, — ответил он, оглядывая камень и свод. — Слишком хорошо спрятан. Это аварийный выход из красной комнаты и восточных покоев.

Я медленно подняла голову.

— То есть кто-то заранее строил путь побега.

— Или путь вывода.

Мира шевельнулась у меня на руках.

— Госпожа… простите…

— За что? — выдохнула я.

— Я услышала шаги… потом запах масла… потом увидела огонь… и подумала про сумку… — Она зажмурилась. — Я дура.

— Ты жива, — сказала я. — Значит, пока нет.

Снаружи, над нами, глухо грохнуло еще раз.

Проход дрогнул.

Пыль посыпалась с потолка.

Рейнар уже наклонился ко мне.

— Дай ее мне.

Я передала ему Миру. Он поднял ее легко, как ребенка, хотя я знала: после дня, после двора, после вспышек и огня его собственному телу это дается не просто.

Но сейчас он даже не поморщился.

— Идти можешь? — спросил он меня.

—