Бёрк 2. Оборотни сторожевых крепостей - Ли Литвиненко

недостаточно того, что за вами осталось право выбирать мне жену? Что же получается, теперь и кандидатуру любовницы я должен согласовывать с эльфийским советом?

– О, оставь свой юношеский бунт! – отец выглядел озабоченным. Принц редко кого защищал с таким рвением. Он вообще довольно пренебрежительно относился к представительницам прекрасного пола. – Я не заставляю бросить ее ради своей прихоти или предрассудков.

– Тогда к чему эти замечания? – высокомерно спросил наследник.

– Она нужна нам для другого, – вмешался в семейный спор Бардобауз.

– Что вы задумали? – мрачно поинтересовался Рэдариэл. – Не позволю использовать ее для какой-то грязной игры.

– Грязной игры? – насупился король. – Вот как ты называешь наши старания во благо Широких земель?

– Не позволит он… – заворчал старец. – Сопляк. Да что ты знаешь о грязных играх?

– Не смейте приближаться к ней.

– Остынь, – устало осадил король. – Никто не собирается вредить ей. Тут другое.

– Вы что-то узнали? – Рэдариэл перевел взгляд с отца на хранителя.

– Кое-что я уже передал твоему отцу, – кивнул старец на короля. – А после разглядел еще много чего интересного. Девчонка оказалась с секретом, да еще с каким. Так что свою похоть и намерения можешь засунуть… в урну с прахом твоего пращура.

– Что вы узнали? – насторожился Рэдариэл.

– Да, что? Расскажите по порядку, я хочу видеть всю картину целиком.

– О! Много всего. Взгляни сам, – хранитель взял со стола большой золотой кубок.

В жидкости, что наполняла его, плавал платок с пятнами крови Бёрк. Дед подошел к жарко горевшему камину и выплеснул туда содержимое. Раскалённые угли зашипели, пламя вспыхнуло и выдохнуло в воздух радужное облако пара. Сначала оно расплылось по комнате бесформенной массой, но быстро приняло другую форму. Словно сотканное из солнечного света, нитей и тайных символов, облако выплыло на середину комнаты и приняло форму человеческой фигуры. Миниатюрной женской фигурки, очень напоминавшей Бёрк.

– Я плохо разбираюсь в рунах, – прищурившись, король силился разобрать в прозрачной дымке тайные знаки.

– А я так вообще забыл их значение, – безразлично пожал плечами Рэдариэл.

– Неуч, – фыркнул Бардобауз. – Тебе не любовница нужна, а еще десять лет в библиотеке. Смотрите сюда, – старец ткнул пальцем в расплывающийся символ. – Что видите?

– Знак человека. Но откуда он в крови Бёрк? Вы что-то подмешали в проявляющий состав? – нахмурился принц.

– Ничего я не подмешивал, – кряхтя, дед прошел к камину и нагло уселся в любимое кресло короля.

Взяв со столика бокал с вином, он с наслаждением отпил из него. Прикрыв глаза, почмокал губами.

– Тогда откуда? – теребил его принц.

– Откуда… – передразнил вредный старик. – Это ты должен был выяснить. Только подумай, крутился вокруг девчонки чуть ли не год, а с меня спрашиваешь.

– Всего пару месяцев, – уточнил Рэдариэл.

– Растяпа, – хмыкнул дед. – Сплоховал.

– Неправда. Я узнал все о ее жизни и проверил её слова заклинанием истины. Она говорила только правду. Но в её рассказах о прошлом ни слова не проскочило о человеках.

– Да?

– Все верно, – поддержал сына король. – До ее прихода в обитель проклятых упоминаний о людях не было.

– Ну-ка напомните мне, что говорила эта бестия, – потребовал хранитель.

– Её воспитывал орк, – начал Рэдариэл.

– Так.

– Они жили в гномьем хуторе. Потом ей встретился оборотень, они сошлись. Дальше война.

– Дальше не нужно. Вернись назад и расскажи про орка.

– Она звала его отцом. Жила с ним сколько себя помнила.

– А мать? – вмешался король. – Что-то мы совсем упустили её рассказ о матери.

– О ней Бёрк ничего не знает, – помотал головой принц. – Ей говорили, что мать умерла при родах. Бёрк всю жизнь верила, что она орк, пока не случился первый оборот.

– Хитра… – одобрительно потер нос Бардобауз. – Провела нас, юркая бестия. А что ты сам думаешь об этом? Как ты видишь картину? – обратился хранитель к наследнику.

– Я ведь описал свое предположение отцу. По-моему, все просто. Орк был в плену у гоблинов, потом сбежал от них и, видно, прихватил с собой детеныша двуликих. Я решил, что Бёрк ребенком была у гоблинов. Мало ли, может, они держали оборотней в своих пещерах? Никто там не был и сказать, как есть на самом деле, не может.

– Хорошая версия, – поддержал сына король. – Вполне вероятно, что гоблины содержат у себя двуликих ради экспериментов.

– Только эта версия пустая. Совсем далека от истины.

– Ты нашел ответ? – встрепенулся король.

– Что показало заклятье истины? – подошел ближе Рэдариэл.

– Ваша девка по рождению человек, – развел руками эльф.

– Что? – хором спросили отец и сын.

– Человек! Простой человечишко! – рассмеялся хранитель. – Вдобавок порченный Красным мором. – Бардобауз ткнул пальцем на висевшее в воздухе марево. – Видишь знак Каройдомуса?

– Теперь да. – Рэдариэл с удивлением смотрел на черную молнию, прочертившую призрачное тело.

– И что же, она не сказала тебе об этом? – противно усмехнулся старик. – Не поделилась тайной?

– Нет. – Рэдариэл, не веря своим глазам, разглядывал черный знак.

– Обвела вокруг пальца, как глупого сурка.

– Может, она не знала? – предположил король.

– Что порченная? Как же, не знала… Думаешь, почему прибилась к меченым девкам на Людожите? Ведь могла прикинуться обычным человеком. – Дед наклонился и вперился в Рэдариэл пристальным взглядом. – Признала своих. Вот тебе ответ.

Принц с удивление посмотрел на хранителя. А ведь он прав. Если сложить кусочки так, картина открывалась совсем по-другому. Теперь понятно, зачем она таскается с проклятыми человеками и почему они зовут друг друга сестрами.

– Как она попала к орку – плевать. Но она оказалась на запретной стороне и встретила оборотня.

– А как ты объяснишь, что она двуликая? – Рэдариэл вспомнил факт, вдребезги разбивавший теорию деда. – Она что, легла с ним и стала оборотнем? – И, чтоб подчеркнуть абсурдность такого предположения, принц рассмеялся.

– Ничего удивительного, – старик налил себе новый бокал и повернулся к огню. – История циклична. Вот и этот круг замкнулся – человек стал оборотнем. Так уже бывало.

– Что? – Как красиво получалось у королевских эльфов говорить хором.

– То. Неучи, – рассержено пробормотал хранитель. – Вспомните легенды. Богиня луны даровала своему спасителю-человеку вторую ипостась.

– Это нам известно, – вскинул голову принц.

– Одному! Только одному оборотню! Задумайтесь, – хранитель зло постучал себя по лбу. – Откуда взялось целое племя?

– Двуликость по крови передалась, – неуверенно предположил король.

– Если так, почему сейчас не передается?

Вот тут коронованные особы задумались. А действительно, почему сейчас двуликость не передается по наследству?

– От оборотня не может забеременеть женщина. Никто. Только двуликая, —озвучил король общеизвестный факт.

– А раньше могли. Есть у них обряд для этого. Не спрашивайте какой, я подробностей не знаю. С его помощью оборотень дарил человечке вторую суть. Что-то вроде болезни. Да, если сравнивать, так будет понятней. Двуликий заражал человечку,