Что случилось на балу? - Сабрина Джеффрис

Закатив глаза, Элиза кивнула на окно. Огромным усилием воли, подавив желание расхохотаться, Натаниэль выбросил сапоги наружу, а затем быстро вылез через окно и осторожно закрыл его за собой. Оглянувшись, он увидел, как Элиза поспешно надевает ночную сорочку и халат.

Убедившись, что выглядит как подобает, Элиза торопливо потушила все свечи, кроме той, что стояла у изголовья ее кровати. Взяв ту, последнюю свечу, она подошла к двери, затем обернулась и послала Натаниэлю воздушный поцелуй. Потом приоткрыла дверь и сонным голосом пробормотала:

— Что случилось, Верити?

Сбросив свои сапоги на зеленую лужайку под окном, граф быстро спустился вниз. Ему удалось обуться, прежде чем кто-то из слуг или домочадцев Элизы мог его заметить и поднять тревогу. Пройдя быстрым шагом мимо конюшен, он вышел на улицу. К тому моменту он выглядел так же, как любой молодой человек из высшего общества, возвращающийся из клуба или направляющийся туда поздно ночью.

На всякий случай он сделал вид, будто был нетрезв, изобразив неровную походку и напевая какую-то застольную мелодию. Он не позволил себе расслабиться ни на минуту, пока не добрался до следующей улицы, где у дома приятеля его ждал оседланный конь. Нельзя было допустить, чтобы репутация Элизы оказалась под угрозой. Пренебрежение ее добрым именем она сочла бы непростительным, и Натаниэль был с ней совершенно согласен.

К счастью, добравшись до своего особняка, он обнаружил, что все крепко спят, кроме сонного лакея, который ждал возвращения господина, чтобы впустить того в дом. Самому Натаниэлю было трудно заснуть. Несмотря на усталость, накопившуюся после двух дней дороги из Эмберли, за которыми последовали два дня суеты в Лондоне, он должен был подумать о том, что следовало бы предпринять на следующий день в случае, если майор Куинн приедет к Элизе и сделает ей предложение.

Она сказала, что он ее не интересует, и Натаниэль ей верил. Однако она поступила бы опрометчиво, если бы отвергла майора, притом что тот вскоре собирался уйти в отставку. Натаниэль не желал отказываться от своего шанса жениться на Элизе. Собирался ли он поступить как эгоист? Возможно. Ему нужно было привести в порядок свои дела, а это требовало времени, и если он мог дожидаться благоприятного момента для женитьбы, то она — нет. Мужчины десятилетиями откладывали браки, в отличие от женщин, которым приходилось поторопиться с замужеством, если они хотели детей. Натаниэль не был уверен, какой возраст в этом смысле считался для женщин критическим, однако знал, что он наступал у них гораздо раньше, чем у мужчин.

Граф даже не знал, хочет ли Элиза детей, и никогда не спрашивал ее об этом. Он не воспринял ее слова всерьез, когда она сказала, что не собирается снова выходить замуж. Он легкомысленно решил, что, если он сделает ей предложение, она с радостью даст свое согласие.

А что, если она откажет? Что, если она действительно не хочет ни замужества, ни детей? Почему он даже не удосужился рассмотреть такую возможность? И почему не сделал ничего, чтобы этой ночью она случайно не забеременела от него?

Проклятье, он и впрямь поступал как эгоистичный мерзавец.

Мысли о собственном неблаговидном поведении сменяли раздумья о том, как ему следует поступить, если майор Куинн предложит Элизе руку и сердце, и оттого Натаниэль попеременно засыпал и просыпался. Когда рассвело, он понял, что продолжать ворочаться с боку на бок было бессмысленно, поэтому решил подготовиться к визиту майора и отправиться на Гросвенор-сквер. Он хотел оказаться в доме Элизы до приезда Куинна, поскольку, если тот попросит разрешения переговорить с ней наедине, самого Натаниэля к ним уже не допустят.

Через некоторое время, дождавшись самого раннего часа, допустимого в обществе для визитов, он вновь предстал перед Норрисом. Однако на этот раз Натаниэль подготовился к диалогу с несговорчивым дворецким.

— Леди Элиза ожидает меня, — доложил он Норрису. И если граф и покривил душой, то совсем немного.

К его удивлению, Норрис кивнул.

— Как и леди Верити. Следуйте за мной, сэр.

У входа в гостиную Натаниэль увидел Верити в компании молодой женщины, похожей на горничную.

— Просто задержите ее еще на несколько минут, — велела Верити девушке. Та кивнула и поспешно убежала в сторону лестницы, когда Натаниэль подошел к гостиной. Заметив его, Верити обратилась к Норрису: — Спасибо, Норрис. Можете идти. — Затем, схватив Натаниэля за руку, она буквально затащила его в комнату; не дав опомниться, она быстро обернулась и прикрыла дверь так, чтобы никто не мог их услышать и вместе с тем чтобы приличия были соблюдены и никто не мог обвинить их в попытке уединиться.

— Вы не можете позволить Элизе выйти замуж за Куинна, — вполголоса сказала Верити.

Его сердце перестало биться.

— Она… рассматривает такую возможность?

Верити театрально закатила глаза.

— Кто знает? Моя сестра редко делится своими мыслями с другими. Но если сегодня он собирается сделать ей предложение…

— Не волнуйтесь, — твердо проговорил Натаниэль, — я сделаю все, чтобы этого не произошло.

— Каким образом? Вы сами предложите ей руку и сердце? — осведомилась Верити.

Этот вопрос застиг его врасплох. Прищурившись, граф посмотрел ей в глаза.

— Я думал, что не нравлюсь вам.

— Зато вы нравитесь ей. Для меня это важнее всего.

Что ж, он был рад это услышать.

— Почему вы не расположены к Куинну? — спросил Натаниэль.

— Он меня раздражает, — пожала плечами Верити. — Кроме того, за последнее время он замучил всех вопросами об Элизе и о вас с Сэмьюэлом — в основном в тот период, когда вы оба отправились на войну на Пиренейском полуострове…

У него мучительно засосало под ложечкой.

— Вопросами?

Тут дверь распахнулась и в гостиную вошла Элиза. В то утро она надела прекрасное платье цвета зари с лифом более темного оттенка, украшенным серебряными шнурами. Казалось, верхняя часть платья была предназначена для того, чтобы подчеркивать грудь, а не скрывать ее. Натаниэль проглотил слюну. И как, интересно, он мог отвадить от нее майора, если она сама хотела выглядеть столь соблазнительно? Натаниэль не сомневался, что майор отправится хоть на край света, лишь бы увидеть ее в таком одеянии.

— Что здесь происходит? — спросила Элиза требовательным тоном. Она смерила его строгим взглядом. — Вам не кажется, лорд Фокстед, что вы решили почтить нас своим визитом слишком рано… для человека, который не является близким родственником?

— Я хотел оказаться здесь до того, как ваш настоящий родственник, майор Куинн, попросит позволения поговорить с вами наедине, — ответил он, растягивая слова.

— Дальний родственник, — поправила его Элиза. Затем обратилась к Верити: — А как