Улыбайтесь - вы в Египте! - Елена Серебрякова

— Будут пить до тех пор, пока не упадут! — орал Псих.

— Выкручиваетесь? — задиристо спрашивала Иринка.

— А как мы узнаем, кто победил? Вот если упал, то все! Как нокаут! — стояли на своем Клоп и Стасик.

На том и порешили: спортсмены пьют до отключки. Пока Иринка, Джозеф и аниматоры устанавливали условия конкурса, Милка страстно нашептывала девочкам:

— Я где-то слышала, что если выпить подсолнечного масла ложки две, а потом квасить, опьянение наступает позже!

— Надо выпить, — понравилась Нонке идея, — но где я его возьму?

Милка не отступала:

— Можно быстро на кухню сгонять, пока они там спорят.

— Ну-ну… Как объяснять будете, что вам масло понадобилось? — вступила в разговор Ланка.

Мила прикрыла рот рукой:

— Для загара!

— Ночью?

— А мы… ик… на завтра спрашиваем, — поддержала Милку Нонна.

Генератор идей оживилась еще больше:

— Ланка! Дуй с Нонкой на кухню! Я скажу, что вы в туалет вышли!

— Я щас так подую, так подую… Ик! Бабы, мне уже плохо… — пожаловалась спортсменка.

— Что за упаднические настроения?! — зашипела Мила. — Ты, блин, честь страны тут защищаешь! Не хватало еще арабам проиграть, которые и пить-то никогда не умели! Тебя же не кальян с гашишем курить просят!

Нонка философски подумала: «Почему патриотизм прет из людей, когда не надо? Какая на хрен честь страны? Мне б честь этого красавца поиметь…» — и рванула за Ланкой.

…Они стояли друг напротив друга. Глаза с трудом фокусировались на глазах соперника. Лица пытались поймать постоянно ускользающее выражение превосходства. Ноги не слушались головного мозга, что изредка вспоминал давать команду «Стоять!!!», прерываясь на околонаучные размышления о смысле жизни.

Нонка, вцепившись одной рукой в стойку бара, а другой — в пустую бутыль, собралась стоять насмерть. За ней была Москва, «отступать некуда», «враг не пройдет» и «но пасаран». Она обязана его перепить. После этого он ее точно не забудет… «Ух, я его уделаю… Зая моя, чего ты сопротивляешься?».

— Ну? Берем по ящику? — неожиданно промямлил Али.

— Нонк, не соглашайся! — зашипела Ирусик. — Какие ящики? По бутылке и баста!

Мила, Лана и Ирина, оценивая подопечную спортсменку трезвым взглядом, удивлялись, как она еще стоит. Так же удивлялись и аниматоры, но уже своему спортсмену. Оба остекленели, слабо покачивались, заимели проблемы с дикцией и реакцией.

— Уахеда изеза фор ми, уахеда изеза фор ю…[28] — выговорила Нонка половину фразы по-арабски, половину — по-английски и, не отрывая взгляда от Али, хищно схватила за грудки крайнюю Милку, — Транслейт ту зиз алкоголик, плиз…[29]

После того, как отпил из бутылки номер три, Али резко выразил желание проползти в туалет. Оттуда он не вернулся. Победу в матче зарегистрировали за русскими, и Нонна моментально расслабилась, прикорнув на плече Милки.

— Надо срочно ретироваться, — предложила Ирина, — иначе вся гоп-компания увидит победителя в позе «косая звезда» на полу.

— Тормоши, а то опять тела по отелю таскать, — согласилась Лана и они, устроив Нонке небольшое землетрясение, привели подругу в какое-никакое чувство. Та нехотя встала и зашаталась по направлению к выходу. Навстречу еле ковылял поверженный в честном бою Али.

— Ссстоппп! — сказала Нонна, уцепившись за такого же шаткого, как она, пьяного в дым спортсмена, и ткнула его пальцем в грудь. — Ты мне понравился… Чтоб зззавтра позззвонил… Буду жждать.

Конечно же, в пылу азарта никто не заметил, как совсем противный и не толерантный секьюрити Ебейд, слившись со стволом пальмы в кадке, весь вечер настраивал уши-локаторы в направлении места необычных соревнований между аниматорами и девушками из русского шоу…

КОЗЛЫ И КОЗЛЯТА

Они проснулись поздно, безбожно проспали завтрак… До обеда времени было много, а жрать хотелось зверски. Сразу вспомнился друг, товарищ, брат, да и просто добрый ангел — Джозеф, который всегда был рад помочь. Девочки, подгоняемые голодом, побежали искать Мэтра.

Нонна еще спала мертвецким сном, распластавшись на кровати в своем вечернем костюме. Она с трудом приковыляла вчера домой и все-таки выполнила позу «звезда» в коридоре. Иринка и Мила заботливо уложили ее на кровать, надорвав животы и вспотев от тяжелой работы. Раздевать подругу уже никто не мог.

Мэтр не подвел. Через пятнадцать минут они сидели в баре дайвинг-центра и кушали лучшую в мире пиццу. Джозеф увлеченно трещал о том, что победа — это хорошо, но не нужно побеждать, как царь Пирр. Далее следовала лекция об истории знаменитой битвы, которая и легла в основу крылатого выражения. Рядом сидел рыжий мастер по погружениям с аквалангом Шалуфа и поддакивал Джозефу, изредка вставляя:

— Н-да… С русскими бабами спорить нельзя.

Побежденный не смог даже догрести до соседнего отеля, где ему предстояла работа в восемь часов утра, потерял ориентацию и успокоился в комнате друга-Джозефа. Там Али и храпел до сих пор без смены положения тела и без сновидений. Мэтр заблаговременно позвонил в «Морской рай» и сообщил, что Али, отравленный просроченным молоком в коктейле с соком гуавы, не слезал с толчка всю ночь и на данный момент находится под наблюдением врача в «Солнечном береге». Диагноз: всеобщая слабость и обезвоживание организма. Предписание врача: постельный режим на один день.

Шалуфа вообще не понял, зачем надо было пить столько винища, если можно было смешать стакан водки с пивом, трясануть и влить в несчастных спортсменов. Знаменитый «ерш» сэкономил бы деньги и время, не изменив результата. Голландия, говорил он, тоже знает, как пить, но сам Шалуфа воздержится от споров на данную тему.

— Я за здоровый образ жизни. Море, солнце, хорошая экология… Что еще нужно?

— Я тоже за здоровый образ, — вздохнул Джозеф, — но у меня не всегда получается. Надеюсь провести приближающийся Рамадан с пользой для организма.

Джозеф, как христианин-ортодокс, имел полное право не соблюдать правила, предписанные Кораном: не есть, не пить, не курить от восхода до захода солнца, но планировал не есть, дабы не искушать остальных работников отеля, соблюдающих предписания. Шалуфе, как жителю свободной Голландии, было интересно, как проходит этот месяц — праздник единения души с Богом и он с любопытством расспрашивал друга о местных традициях.

— В Рамадан нужно усердно молиться и думать больше о духовном, чем о плотском, — вещал Мэтр. — Голодание во время всего светового дня дает мусульманам представление, как нелегко приходится тем, кто не имеет средств на пропитание. Каждый мусульманин должен кого-нибудь накормить во время Рамадана, подать бедным и вообще стараться делать много хороших и добрых поступков, которые не в состоянии или