Влюбленный Уайльд - Элоиза Джеймс

сплел свои пальцы с ее. Это стало для Уиллы единственной точкой опоры в неизведанном мире, в который желание возносило ее все выше и выше, пока ощущения не переполнили ее тело и не наступил взрыв. С ее губ сорвался крик, она сжала пальцы Аларика. Он оставался с ней, его язык продлевал наслаждение, и оно накатывало волна за волной, пока она наконец не ослабла всем телом.

Аларик издал возглас удовлетворения и подарил ей последнюю ласку. С трудом переводя дыхание, Уилла высвободила пальцы из его руки и отвела со лба прилипшие влажные волосы. Аларик подвинулся вверх по кровати и лег рядом с ней, его возбужденная плоть натягивала бриджи. Уилла все еще тяжело дышала.

— Аларик, — прошептала она.

Он торжествующе улыбнулся, как истинный плохой парень, который умеет обращаться с женским телом.

— У вас на каждой щеке по розовому румянцу, — весело сказал он.

Он коснулся ее щеки тыльной стороной ладони: его рука казалась прохладной по сравнению с ее разгоряченной кожей. Уилла потеряла дар речи. Ее вдруг охватила застенчивость, которой она до этого не испытывала, она напряглась от смущения. Чтобы восстановить какое-то подобие приличия, Уилла заерзала на кровати, одергивая ночную сорочку.

— Теперь вы окончательно покраснели.

Эти насмешливые искорки в его глазах в приличном обществе должны быть объявлены вне закона.

Уилла откашлялась. Это был выразительный звук, один из тех, которые издают приличные леди, когда джентльмен злоупотребил их хорошим к нему отношением: или когда его утренний визит слишком затянулся, или когда он снова приглашает на танец даму, не желающую с ним танцевать, или когда он снова делает предложение, уже получив один отказ. Как и следовало ожидать, Аларик не обратил на этот намек никакого внимания. Он повернулся на бок и с интересом смотрел, как она вертится, натягивая ночную сорочку до самых пяток.

Поскольку он не понял намека, Уилла в конце концов все-таки посмотрела ему в глаза. Аларик приподнял один уголок губ в лукавой улыбке, от которой Уилла почувствовала себя такой счастливой, что это даже пугало.

— Это было очень приятно, — откровенно сказала она, — но, думаю, сейчас вам следует уйти.

— Вы жестокосердная женщина, — заметил он, но его глаза смеялись.

— Это еще почему?

— Я так старался, а вы приняли мои услуги без единой благодарности.

Уилла снова покраснела.

— Я прошу прощения. Я… я не знаю, как правильно себя вести после такого рода услуг.

В ответ на это Аларик громко рассмеялся, Уилла сочла необходимым зажать ему рот рукой. Но это не помогло. Тогда она ткнула его локтем в бок и пригрозила накрыть его лицо подушкой, чтобы заглушить звук.

— Тише, чудовище вы этакое! — зашипела она, невольно хихикая.

— Когда на леди только что напали и испортили… — начал Аларик. Но, увидев выражение ее лица, снова разразился хохотом.

— Вас кто-нибудь услышит! — взвизгнула Уилла.

— Если они кого и услышат, то это вас. — Его глаза озорно блестели. Он оттолкнулся от подголовника кровати.

— Тише! — скомандовала Уилла. Она снова начинала чувствовать себя самой собой: ее сердце вернулось к обычному ритму, пульсация между ног утихла. — Вы на меня не напали и не испортили, — сказала она твердо.

Когда она смотрела на голый торс мужчины, лежащего в ее кровати, это пульсирующее ощущение снова возвращалось, поэтому она подняла взгляд выше его подбородка.

— Я вам благодарна за ваше… за вас. Но вам следует вернуться в свою спальню.

Он дотянулся и положил ладонь на ее лицо, потом наклонился вперед и поцеловал ее в щеку.

— Должен ли я сделать вывод, что мое мастерство не заставило вас передумать насчет превращения нашей фальшивой помолвки в настоящую?

Сердце Уиллы пропустило удар. Аларик был таким… он просто был самим собой. И по-своему красив. По правде говоря, его растрепанные волосы были длиннее, чем того требовала ны-няшняя мода. Большинство джентльменов брили головы наголо. Уилла и Лавиния когда-то обсуждали, каково было бы целоваться с мужчиной, у которого голова голая, как попка младенца. Если она согласится выйти за Аларика, то уже никогда не поцелует лысого мужчину. Или еще может поцеловать, если снова ему откажет. Аргументы за и против перепутались в ее голове, как колючая живая изгородь.

— Если бы вы были просто обыкновенным мужчиной, — сказала она безнадежно. — Даже если бы у вас ничего не было!

— Должно быть, мои услуги вас очень впечатлили, раз вы бы приняли меня даже без единого пенни за душой.

Уилла слегка шлепнула его по груди. Его грудь была такая широкая и теплая, что ее пальцы там невольно задержались.

— Не говорите глупостей. Я имею в виду вас самого, Аларика. Просто лорд Уайльд… — она не договорила.

— Вы это уже говорили.

Он свесил ноги с кровати. Пальцы Уиллы соскользнули с его груди. Выражение его лица вовсе не стало холодным, или сердитым, или еще каким-то неприятным, оно стало просто… отстраненным. «Он пытается показать мне лицо лорда Уайльда», — изумленно подумала Уилла. Она тоже встала с кровати.

— И не смейте мне кланяться.

— Не понял?

Он одевался, и в вырезе его рубашки показалось его испуганное лицо — более испуганное, чем того допускали правила вежливости.

— Вы обращаетесь со мной как лорд Уайльд. — Уилла скрестила руки на груди, но потом передумала и быстро схватила халат и надела его поверх ночной сорочки.

Теперь Аларик казался озадаченным — так выглядят мужчины, когда ведут себя особенно глупо. Это была несправедливая мысль, но Уилла никак не могла от нее избавиться. Она попыталась ему объяснить:

— Вы умеете вести себя как лорд Уайльд. — Она туго завязала на талии пояс, как будто добавление еще одного слоя одежды могло отменить тот факт, что у нее все еще дрожали колени. — И я ничего не имею против, если вы хотите так себя вести с толпами поклонниц — пожалуйста, но со мной не стоит.

Улыбка смягчила его губы.

— А вы не моя поклонница?

— Нет! — упрямо заявила Уилла.

Его улыбка стала еще шире. Он застегнул жилет.

— Уилла Эверетт, вы не похожи ни на кого из всех, кого мне только доводилось встретить.

— Вы это уже говорили, — заметила она. — И я повторю, что, должно быть, круг ваших знакомых досадно мал, хоть вы и хвастаетесь, что у вас есть друзья по всему миру.

— Они не друзья, — уточнил Аларик. — Просто знакомые.

Уилла кивнула.

— Потому что все они знакомы с лордом Уайльдом, а не с лордом Алариком.

Его глаза озарила улыбка.

— Если вы запретите лорда Уайльда, у вас будет на редкость невежливый супруг.

— Я не согласилась взять вас в супруги, — напомнила