Голос океана - Келси Импиччике

— Это правда, — подал голос Рейден с другой стороны от Селесты, и на его губах заиграла кокетливая улыбка. — Местные жители очень дружелюбны.

Селеста отвела взгляд от города, чтобы наградить его полным отвращения взглядом, но его улыбка лишь стала шире, когда он небрежно прислонился к поручням. Её нахмуренные брови сошлись на переносице, и она сама не могла объяснить, почему. Но была уверена — это его вина. Со вздохом Селеста подняла руку, чтобы игриво толкнуть его, или, возможно, совсем не игриво. Но он перехватил её запястье.

— О, не волнуйся, любовь моя, — сказал он, и его голос звучал как ласка. — Сегодня я весь твой.

Она вырвала руку из его захвата и повернулась к Киями, которая пыталась сдержать смех.

— Бас и Рей разделили команду на группы, чтобы мы могли быстрее собрать припасы. Насир и Торбен, очевидно, вместе, а мне нужно идти с Бастианом, потому что ему нужна моя помощь в выборе подходящего дерева для ремонта. — Она попыталась, но не смогла скрыть улыбку, закончив фразу. — Так что остаетесь ты и наш капитан.

Это была подстава, и Селеста это понимала. К её досаде, растущее напряжение между ней и капитаном не осталось незамеченным остальными членами экипажа. И теперь она застряла с ним на целый день. Невероятно. Её решение не убивать его на суше оставалось неизменным. Она не собиралась давать местным властям ни единого повода снова посадить её под замок. Но ей до боли хотелось свернуть ему шею.

— Не волнуйся. Мы все встретимся перед закатом, чтобы отпраздновать вместе. — Киями ободряюще сжала плечо Селесты.

На губах Селесты появилась слабая тень улыбки. Этот жест очень напомнил ей сестру Сефону и то, как она утешала её, когда родители говорили что-то обидное. Селеста задалась вопросом: знает ли Сефона, что с ней случилось?

Веллуно быстро обретал четкие очертания. Город выглядел совсем иначе, чем Порт-Ромси — яркий, пульсирующий жизнью. Здания, окрашенные в блестящие цвета, напоминавшие Селесте восход солнца, теснились вдоль пышных зеленых скал, нагромождаясь друг на друга так, что это напомнило ей Старию. Их пламенно-красные, жгуче-оранжевые и ярко-желтые тона контрастировали с белым песком и бирюзовым морем. Вода здесь была настолько прозрачной, что Селеста могла видеть дно и проплывающих мимо пестрых рыб.

А еще музыка.

Она была негромкой, но Селеста слышала мелодию, доносившуюся из города. Переливающаяся, прыгающая с ноты на ноту, радостная песня. Совсем не похожая на те, что она знала.

Когда она смогла лучше рассмотреть людей, сердце её замерло. Всё вокруг выглядело прекрасно, но это всё еще был дом людей. Некоторые из них выглядели так, будто готовы были поживиться за счет слабых и беззащитных, совсем как в Порт-Ромси. Дыхание Селесты стало прерывистым, а руки задрожали.

«В этот раз всё будет иначе. Я больше не беззащитна», — пыталась она убедить себя. Тренировки с мечом должны были придать ей уверенности — как у Киями, — по крайней мере, теперь оружие не вылетало из её рук при каждом столкновении, — но, видимо, мало что изменилось.

Небольшой буксир подошел к их судну, и человек на борту приветственно помахал им. Киями бросила ему канат, который он закрепил, прежде чем начал тянуть их корабль к пристани.

— Наш проводник прибыл! — воскликнул Рейден. — Веллуно ждет.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

— Так, Адмирал, следи, чтобы эти парни не бездельничали, — сказал Рейден, низко пригнувшись к земле, чтобы оказаться на одном уровне с собакой. Он положил ладони по обе стороны морды животного и большими пальцами почесал его за ушами. Хотя Рейден и заявил, что оставляет группу людей на корабле из соображений безопасности, Селеста догадывалась, что дело во многом в другом: Бастиану удалось убедить капитана, что брать Адмирала с собой за припасами — плохая затея. Капитан выпрямился, отряхнулся и расправил плечи. Было удивительно наблюдать, как он трансформируется из одного человека в другого — переход от Рейдена, любящего животных, к капитану Рейдену Шарпу, пирату.

— Убедитесь, что сначала забрали наши припасы, — распорядился он, обращаясь к команде. — А потом свободны распоряжаться своим временем как пожелаете.

— Мне всё еще нужны деньги на припасы, — заявил Торбен, протягивая руку к Рейдену.

Рейден фыркнул.

— Торбен, я знаю, что выдал каждому его долю от налета, плюс сверху на припасы. Меня не проведешь.

Рука Селесты опустилась к бедру, ощущая тяжесть её собственной доли в кармане. Она почти отказалась от денег, а потом подумывала отдать их Киями — ей-то они уже не понадобятся. Но она не хотела вызывать подозрений.

Торбен ухмыльнулся и пожал плечами:

— Просто хотел убедиться, что вы бдите, капитан!

Насир тихо хмыкнул, взял своего напарника за руку и увел его от группы. Наводчик Оукс последовал за ними, быстро отвлекшись на праздничные виды. Бастиан и Киями отделились следующими, направляясь к лесопилке. Киями подняла карту, по которой они с Бастианом прокладывали путь через город. Вскоре они исчезли, поглощенные густой толпой.

Город подавлял своей активностью. Маленькие люди — дети, поправила она себя — носились повсюду и радостно кричали. Торговцы спорили у своих лавок, другие люди гуляли парами, держась за руки. Селеста заметила одну парочку, которая нежно коснулась губами друг друга в поцелуе. Знак любви. Мягкая улыбка тронула её губы. По крайней мере, у людей и сирен было кое-что общее.

Жители Веллуно сияли так же ярко, как и их дома. На фоне красного, оранжевого и желтого некоторые выделялись оттенками синего — цвета неба и моря. Простое синее платье Селесты казалось на этом фоне блеклым. Стиль и силуэт одежды были такими же, как в Порт-Ромси, но здесь женщины часто носили плетеные коричневые шляпы, подвязанные лентами, чтобы солнце не палило лицо. Другие были в венках, сплетенных из лент и цветов. Селеста едва успела отвлечься от города, чтобы увидеть, как Рейден бодрым шагом удаляется по причалу. Её шаги застучали по доскам, когда она бросилась следом, но, по мере приближения к городу, она находила всё больше поводов отвлечься. Мужчины карабкались по лестницам, развешивая фонарики и ленты вдоль главной улицы. Цветы украшали каждый дверной проем и окно, склоняясь под тяжестью бутонов. Продавцы обмахивались разноцветными веерами, сидя под навесами из ткани, натянутыми, чтобы укрыться от беспощадного солнца. Мимо проезжали кареты, запряженные тем, что она теперь знала как лошади; кое-кто ехал на лошадях верхом. Она гадала, каково это — сидеть верхом. Она