Голос океана - Келси Импиччике

Как только она догнала Рейдена на мощеной улице, ароматы Веллуно наполнили ноздри Селесты. Помимо запаха морских брызг и свежей рыбы, которую продавали торговцы вдоль доков, в воздухе витал сладкий аромат белых цветов на деревьях, пронизывающих город. И, конечно же, еда. Часть запахов была теперь ей знакома: теплый аромат свежего хлеба, острота пикантного сыра, но другие были в новинку. Другие. Что-то пахло кисло-сладким.

— Этот район славится своими цитрусовыми, — прокомментировал Рейден, улыбаясь, когда увидел, как жадно её глаза впитывают виды еды на прилавках вокруг них. — Ты когда-нибудь ела апельсин?

Принцесса-сирена приподняла бровь, словно спрашивая: «А как ты думаешь?» Не говоря больше ни слова, Рейден взял её за руку, направляя к прилавкам дальше по главной улице. Селеста смотрела на его большую ладонь, охватывающую её руку. Его хватка была слабой, и она знала, что может выскользнуть, если захочет. Но она позволила ему вести себя. Ничто в этом не казалось реальным. Скоро она проснется и поймет, что всё еще находится в воде, глядя на берег и наблюдая за тем, как человеческая девушка держит за руку человеческого парня.

Рейден лавировал в толпе, его рука была тем самым канатом, который не давал её унести в людском потоке. Она должна была бояться среди всех этих людей. Или хотя бы нервничать. Но эти чувства не приходили. Вместо этого она впитывала всё вокруг, наслаждаясь энергией толпы. Это напомнило ей праздники в Старии. Весной они проводили празднование Матери, чтя Мать-Богиню и всех матерей-сирен. Они венчали женщин нежными кораллами, выращенными специально для таких священных дней, и пели песни. С болью в сердце она осознала, что пропустила празднование этого цикла. Что её мать осталась без двух своих детей. Сердце сжалось в груди. Но Стария не праздновала лето так, как это делали люди. Сирены не почитали солнце так, как они. Они были детьми луны.

Рейден остановился в очереди к торговцу с пурпурным тентом. На столе под ним лежали груды фруктов, круглых, как жемчуг, но куда больше. Некоторые были размером с её ладонь и оранжевого цвета, другие — меньше, желтые или зеленые. С легким потягиванием Рейден притянул Селесту к своему боку, убирая её с пути прохожих. Она была слишком погружена в свои мысли, чтобы заметить их приближение.

— Это традиция — есть цитрусовые во время летнего фестиваля. В это время они как раз созревают, а достать их бывает трудно… так что это своего рода деликатес, — объяснил он, не выпуская её руки. Она замерла, почувствовав, как его грубый большой палец лениво поглаживает тыльную сторону её ладони. Это было такое маленькое прикосновение, и все же она замечала каждое движение его руки в своей. Сладкий и терпкий запах, который она почувствовала раньше, теперь стал сильнее, а музыка — громче. Она смешивалась с гулом толпы в идеальную мелодию. Она сделала глубокий вдох, запрокинув голову, позволяя солнцу согреть лицо, пока слушала. Это было чувство, непохожее ни на что, что она испытывала раньше. Быть окруженной звуками, запахами и… людьми. Улыбка тронула уголки её губ, когда она позволила себе полностью погрузиться в это состояние.

— Один апельсин, пожалуйста, — раздался знакомый баритон Рейдена рядом с ней.

Она открыла глаза, когда Рейден отпустил её руку, и наблюдала, как он достает монеты и отдает их торговцу. Она вытащила свои собственные и попыталась предложить их ему, но Рейден проигнорировал её. Забрав их единственный фрукт — довольно метко названная вещь, отметила она, — капитан снова взял её за руку и потащил Селесту за собой сквозь толпу. Она легонько пихнула его локтем в ребра, приподняв бровь.

— Я хотел отвести тебя в приятное место, где мы сможем насладиться нашим фестивальным угощением, — ответил он.

Они продолжили путь по оживленной улице, проходя мимо лавок с едой, одеждой, украшениями, картинами и безделушками. Не в силах удержаться, Селеста потянула Рейдена за собой, чтобы получше рассмотреть некоторые картины. Большинство из них изображали город вокруг неё размытыми, сказочными мазками. Насмотревшись, Селеста обернулась и тут же врезалась спиной в проходящего мимо стражника.

Она застыла, все её мышцы напряглись. Рука, высвободившись из ладони Рейдена, инстинктивно потянулась к ножу, спрятанному за поясом. В ушах эхом отозвался звук разрываемого корсажа. Но прежде чем она успела выхватить клинок, рука Рейдена перехватила её запястье.

— Стоп, — прошептал он, прижавшись губами к её уху.

Но было слишком поздно. Стражник обернулся к ним.

— Добрый день, мисс, — произнес мужчина твердым голосом. — Этот человек вас беспокоит? — Он пристально посмотрел на руку Рейдена, сжимавшую её запястье.

— Нет, констебль. Мы просто направлялись на площадь, чтобы съесть наш фрукт, — ответил Рейден.

Стражник — констебль — прищурился.

— Я обращался к леди.

Селеста выдернула запястье из захвата Рейдена и спрятала нож за спину. Она изо всех сил старалась не дрожать.

— Она не говорит, сэр.

— Мне кажется, это вы не даете ей говорить. — Рука констебля легла на эфес меча. Тело Рейдена напряглось, он был готов к схватке.

Констебль снова посмотрел на неё:

— Это правда? Вы не можете говорить?

Она кивнула, но его скептическое выражение не изменилось.

— Этот иностранец вас донимал? — снова спросил он.

Она покачала головой, но он видел её страх. Конечно, этот человек не мог знать, что она боится не Рейдена. Было странно слышать, как он говорит с ней так, будто хочет защитить, даже уважает, в то время как всего несколько недель назад человек в такой же форме сорвал с неё одежду. Она недоумевала, почему эта ситуация так отличается. Почему этот человек хочет защитить её сейчас, когда ей не нужна защита? И почему он назвал Рейдена «иностранцем», как будто это было грязное ругательство? Она знала, что Рейден родился в Хинарсо, но, насколько ей было известно, он вырос в Этории.

— Почему бы вам не пройти со мной, мы во всем разберемся, — сказал констебль, делая шаг к Селесте, словно пытаясь оттеснить её от Рейдена. Она сделала шаг назад.

— Вы хотите разлучить жену с мужем в такой священный день? — сказал Рейден.

И констебль, и Селеста замерли.

Жена? Она повернулась, чтобы посмотреть на Рейдена, а он одарил её улыбкой. Он лгал этому человеку. И делал это так искусно. Селеста хотела возразить, но отрицание лишь ухудшило бы положение. Поэтому она решила, вопреки здравому смыслу, подыграть. Она обхватила его за талию свободной рукой, притягивая его тело ближе к своему, и старалась не показать, как подскочил её пульс от этого прикосновения. Затем она посмотрела