Убей меня, люби меня - Хэй Янь

в зубах сидел у огня. Одну ногу он закинул на другую и, казалось, дремал. Напротив сидела женщина средних лет с густо нанесенными румянами и, перебирая струны сяньцзы[25], напевала народную песню Цзинбэя.

От увиденной сцены лицо Мужун Цзинхэ помрачнело. Он скользнул по незнакомке холодным взглядом, но ничего не сказал.

– О-о! По бодрому виду принца могу предположить, что он полностью поправился. Радость-то какая! Поздравляю! – с улыбкой воскликнул Плешивый, увидев вошедших, однако не поднялся, а только махнул трубкой в знак приветствия.

Женщина, услышав слово «принц», тут же прекратила петь и рухнула на колени.

– Все благодаря вашему искусству, достопочтенный лекарь, – притворно улыбнулся Мужун Цзинхэ и, не удостоив женщину взглядом, прошел во внутренние покои.

Цин Янь задержался, чтобы обменяться с лекарем любезностями, затем разрешил женщине продолжить, а потом, проводив принца, остался ждать снаружи внутренних покоев.

Мужун Цзинхэ вскоре вышел оттуда, неся на руках тщательно укутанную в его накидку Мэй Линь.

– Я забираю Мэй Линь с собой. Целитель, вы можете оставаться здесь, сколько пожелаете. Если что-то понадобится, просто попросите об этом прислугу. – Стараясь не тревожить спящую Мэй Линь, принц говорил тише, а голос его звучал несравнимо мягче.

Плешивый не собирался ему препятствовать – только махнул рукой:

– Ясно. Забираете – и хорошо. А то я тут песенками не могу насладиться как следует.

Мужун Цзинхэ покосился на женщину, которая исполняла песни так громко, что ее было слышно за пределами двора. Он подумал, что в словах Плешивого есть скрытый смысл, но не придал этому значения, слегка кивнул и, прижимая к себе Мэй Линь, вышел.

Принц принес девушку в свой двор и уложил в личных покоях. Глядя на ее бледное безмятежное лицо, он почувствовал, как его беспокойное сердце понемногу замедляет свой бег.

Мэй Линь потеряла огромное количество крови, поэтому уже долго спала крепким сном, редко приходя в сознание. Оставалось только ждать – и думать, как восполнить кровопотерю.

В полдень – возможно, по привычке – она наконец открыла глаза и заметила, что обстановка вокруг другая. Когда она почувствовала неповторимый запах Мужун Цзинхэ, то вконец растерялась.

В это время принц стоял у стола и изучал карту Наньюэ, переданную его людьми. Услышав шорох, он обернулся и увидел рассеянно уставившуюся на него Мэй Линь. Не в силах сдержать радость, он бросился к кровати, подхватил девушку на руки и, убедившись, что ладони у нее теплые, наконец успокоился.

– Как же долго ты спишь! Еще немного – и пропустила бы обед, – с улыбкой сказал он и тут же распорядился принести еду.

Мэй Линь не могла поверить, что это уже не сон: она никогда не видела Мужун Цзинхэ таким одухотворенным – и таким прекрасным, что захватывало дух. Через мгновение он в некотором недоумении ущипнул ее за щеку, и та наконец пришла в себя. Девушка уже хотела сказать, что сперва ей нужно привести себя в порядок, но осознала, что все еще не может говорить. Она ощутила мимолетную грусть, но тут же отогнала ее и жестом показала, что хочет умыться и причесаться.

Взгляд Мужун Цзинхэ слегка потускнел, но потом принц улыбнулся:

– Давай я тебе помогу.

После этого он приказал слугам принести горячей воды. Он сам отжал платок и аккуратно протер ей лицо и руки, затем помог почистить зубы солью и прополоскать рот. Потом он перенес ее на кресло прямо напротив ростового зеркала и начал расчесывать волосы.

– Женского туалетного столика у меня нет – придется так, – пояснил принц.

Обычно он был резок и грубоват, но сейчас движения его оказались нежными – он старался расчесывать, не причиняя боли.

Мэй Линь посмотрела на них обоих в зеркале, затем перевела взгляд на его улыбающееся лицо и сама расплылась в улыбке. Если бы она могла говорить, то непременно сказала бы, что ей не нужен никакой туалетный столик – ведь так хорошо здесь, сейчас, перед этим зеркалом, в котором они отражаются вместе.

Девушка впервые увидела, как они вдвоем выглядят со стороны. Ее опечалило, какой худой и бледной она стала. Кажется, теперь она ужасно некрасива. Он же, напротив, сиял ослепительной красотой.

При этой мысли она слегка опустила веки, отвернула голову и уткнулась лицом ему в грудь. Лучше не смотреть на то, какая огромная между ними разница. Сердце ее сдавило невыносимой болью.

Мужун Цзинхэ на мгновение замер, перестав расчесывать волосы, а затем тесно прижал Мэй Линь к груди. Хотя она не могла говорить, он все равно ощутил ее печаль.

Мгновение спустя на лице Мэй Линь заиграла улыбка. Девушка снова выпрямилась и знаком попросила его продолжать.

Этот мужчина… он… Оказывается, он может быть таким чутким, если пожелает.

После того как Мэй Линь перебралась к нему, Мужун Цзинхэ никуда не выходил из покоев и все свое время проводил с ней. Он больше десятка дней никого не принимал, а еду им приносил лично Цин Янь.

Была вьюга, снег валил крупными хлопьями, а окна и двери были заперты наглухо. Но пол в комнате подогревался, поэтому здесь было тепло, как летом. Мэй Линь полулежала на кушетке и стежок за стежком вышивала мешочек для благовоний. Вдруг снаружи поднялся шум. Девушка замерла и прислушалась.

Через мгновение в дверь постучали – это был Цин Янь.

– Прибыла генерал Муе. Я задержу ее. Что бы ни случилось – не выходи.

Он не стал дожидаться ответа Мэй Линь и ушел, плотно закрыв за собой дверь.

– У принца сейчас полуденный сон, я не осмелюсь потревожить его, – послышался за окном спокойный, уверенный голос Цин Яня. – Генерал Муе, вы проделали долгий путь и наверняка устали. Может, отведаете горячего супа и отдохнете? Когда господин проснется, я сразу же вам доложу.

Мэй Линь поднялась на кушетке и выглянула в щель в окне, смутно различив несколько стройных силуэтов в темно-красных и белых одеждах. Она попыталась рассмотреть людей получше, но ничего не вышло. Сдавшись, девушка снова села на кушетку и вернулась к рукоделию, настороженно прислушиваясь к голосу, который так давно не слышала.

– Да сколько времени-то уже! – злилась Муе Ломэй. – До каких пор он собирается спать? Прочь с дороги, никчемный раб! Сама пойду и разбужу его – посмотрим, что он сможет мне сделать!

Сочтя ее поведение несколько забавным, Мэй Линь слегка улыбнулась. Она ощутила, как внутренняя энергия плавно и беспрепятственно проходит по меридианам, и совершенно успокоилась. Даже если ей действительно не повезет и придется столкнуться с генералом лицом к лицу, у нее будет возможность