Влюбленный Уайльд - Элоиза Джеймс

— Между нами нет никаких правил приличия, — прохрипел он, — ты можешь делать со мной все, что захочешь. Все, что ты мечтаешь сделать. Мое тело принадлежит тебе.

Горячее покалывание распространилось от ее груди до бедер, она прерывисто втянула воздух.

— Я не совсем уверена в том, что делаю.

— Ты что-то знаешь о супружеском акте? — спросил Аларик.

— Да, но я не знаю, полагается ли мне делать что-то в этот момент, — смущенно призналась Уилла.

Ее губы были такими пышными и прекрасными, что Аларик наклонился и снова ее поцеловал, даже несмотря на то, что его мужское орудие пульсировало в ее руке.

Через минуту, а может быть, через час, он отстранился от нее и заставил себя спросить:

— Эви, ты уверена, что хочешь этого? Ты не хочешь стать леди Аларик Уайльд, прежде чем разделишь со мной постель?

Уилла покачала головой, ее глаза смотрели ясно.

— А тебе не приходило в голову, что мое имя будет Уилла Уайльд?

Она хихикнула, но Аларик быстро наклонился и закрыл ей рот поцелуем. Потом отстранился и очень серьезно сказал:

— Эви Уайльд, это твой последний шанс остановиться. Я на тебе женюсь, несмотря на то что ты заслуживаешь лучшего мужа, чем я, и несмотря на то что меня осаждают читательницы и сумасшедшие.

— А я выйду за тебя замуж, — ответила она так же серьезно, — несмотря на то что ты любимый сын герцога, а я сирота, и несмотря на то что ты знаменитый писатель, а я все еще не прочитала ни одной твоей книги, и несмотря на то что ты подарил мне скунса, когда я хотела котенка.

Сердце Аларика сбилось с ритма.

— Ты по-настоящему принимаешь мое предложение стать моей женой?

Его невеста кивнула, неотрывно глядя ему в глаза.

Не в силах противостоять накатившей волне ослепляющего желания, он застонал и рванул ворот сорочки Уиллы, распахивая ее на груди, и через мгновение сомкнул губы на ее розовом соске и втянул его в рот.

— Еще! — простонала Уилла.

— Можно снять твои юбки?

Аларик никогда не слышал собственный голос таким низким и гортанным. Он встал на колени, сорвал с себя рубашку, потом вернулся к Уилле и взял в рот другой ее сосок. Она извивалась и выгибала спину.

— Сделай это снова!

Он поглаживал нежную кожу внутренней стороны ее бедра и провел рукой вверх до сокровенного местечка. Уилла смолкла.

Она была такая гладкая и влажная, просто восхитительная. Аларик задрал ее юбки.

— Ты слишком прекрасна для меня, — пробормотал он низким голосом. А потом без предупреждения наклонил голову и лизнул ее в самом интимном месте. Он действовал напрямик, потому что его Уилла была такой, с ней не нужна была суета.

И Аларик не удивился, когда она обхватила пальцами его голову, чтобы он не двигался с места.

Он целовал ее, пока она не закричала, а ее плоть не начала пульсировать вокруг его пальцев. Ее глаза удивленно распахнулись. Тогда Аларик передвинулся выше, занимая положение над ней. Ее доверчивый взгляд подействовал на него как самая нежная ласка.

— Сейчас может быть больно, — прошептал он.

Его жезл скользнул по ее горячему влажному лону. Уилла выглядела не испуганной, а любопытной. Аларик направил свое мужское орудие внутрь. Она крепче сжала пальцы на его плечах. Он вошел в нее совсем немного. Она была такая тугая, что из его горла вырвался хриплый звук. Ее бедра приподнялись ему навстречу, и он продвинулся еще на дюйм.

— Еще? — выдохнула Уилла.

— Еще немножко, — признался он и мучительно медленно вошел в нее так глубоко, что у него возникло чувство, будто они соединяются в одно целое.

Ее глаза расширились, будто она почувствовала то же самое, что и он, как будто их тела соединились, и весь мир вокруг остановился. Замер на одно лишь мгновение, которое изменило и ее тело, и его. Аларик легко коснулся губами ее губ и начал медленно выходить из нее. Ногти Уиллы впились в его плечи.

— Нет! — закричала она.

Он снова ее поцеловал и целовал до тех пор, пока она не расслабилась, а потом снова скользнул в нее. Это было так восхитительно, что у него помутнело в глазах.

— Аларик, нет!

Он осознал, что отводит бедра назад, готовясь к следующему толчку, но Уилла выгибается, удерживая его внутри. Он бы рассмеялся, но ему нужно было поберечь дыхание.

— Просто подожди! — прошептал он ей на ухо.

Он сделал один толчок вперед, задержался, стал медленно двигаться обратно, потом снова вперед. Ему хотелось, чтобы она получала удовольствие, чтобы она научилась этому танцу, который принесет им обоим наслаждение. Он уже был близок к тому моменту, когда, как он опасался, он мог бы потерять контроль над собой, но тут Уилла прошептала:

— Аларик, а можно двигаться быстрее?

Его сердце бешено застучало, дыхание сбилось. Он оперся на локти, нависая над Уиллой, и стал снова и снова двигать бедрами, внимательно следя за Уиллой, чтобы заметить малейшие признаки боли, но их не было. Ее щеки густо покраснели, в глазах появилось мечтательное выражение, взгляд стал туманным, она гладила его тело, и каждое ее прикосновение оставляло на его коже огненный след. Наконец он дал себе волю и позволил погрузиться туда, где не было ничего, кроме раскаленных добела ощущений, ничего, кроме наслаждения, и унес с собой Уиллу. А может быть, это она унесла его с собой. Когда она стала поднимать бедра ему навстречу, из ее груди вырывались стоны, ее ногти оставляли на его коже маленькие белые следы, и это сводило Аларика с ума. Затем она, вскрикнув, сама бросилась навстречу его жадному поцелую, и он совсем потерял голову. Хотя он все еще находился в тисках самого острого наслаждения, какое ему только доводилось испытывать в жизни, из его рта стали вырываться какие-то слова, изумляя его самого. Эхо этих слов висело в воздухе, усиливая всепоглощающую радость, которая его захлестнула. Подхватила и унесла их обоих.

Немного позже Аларик поднял голову и увидел, что голова Уиллы уютно покоится на его плече, а их ноги переплелись.

— Ты ведь знаешь название этой дурацкой пьесы? — сказал он.

— «Влюбленный Уайльд»? — спросила Уилла слегка хрипловатым голосом.

— Моя любовь — это ты, — прошептал он.

Он опустил Уиллу на спину и посмотрел сверху вниз на свою прекрасную будущую невесту.

— Эви, ты живешь в моем сердце, ты — мое сердце, я люблю тебя, и я в тебя по уши