Мой хвостатый избранный, или Курс на Бездну - Айштария Райс

Я еле удержалась от улыбки.

— Какая прелесть, — пробормотала я. — Ты умеешь воспитывать придворных буквально одним взглядом.

— Иногда это единственный действенный способ.

— Напомни не раздражать тебя слишком часто.

— Поздно. Ты уже вошла во вкус.

— И где это я успела тебя пораздражать?! — я возмущенно уперла руки в бока. — Насколько я вижу, в твоих глазах живёт одно восхищение моими непревзойдёнными талантами, умом и красотой.

— Угу, — лишь отозвался он. И блеснул на меня глазами так, что мне срочно пришлось опустить свои и покраснеть. И вообще, тут матриархат или как? Значит, я тут в нашей паре должна быть главной. Но как-то у нас не по местным правилам складывается общение.

*****

Когда мы добрались до покоев, я почувствовала это почти как удар — насколько же, оказывается, устала.

Нам принесли перекус почти сразу. Лёгкий, но сытный — что-то из местных солоноватых лепёшек, нарезанные водорослевые пластины, белую рыбу в пряном маринаде, фрукты из сухих садов и тёплый напиток с минеральным привкусом, от которого по телу постепенно разливалось спокойное тепло.

Я сидела, завернувшись в мягкую накидку, и смотрела в одну точку, пока слуга бесшумно расставлял блюда.

Ариан отослал всех, кроме внешней охраны. Только тогда тишина наконец стала настоящей.

Не дворцовой. Не допросной. Не служебной.

Просто тишиной комнаты, в которую на время не пускают мир.

Я взяла чашу обеими руками, грея пальцы.

— Удивительно, — сказала я спустя какое-то время. — После всего пережитого меня почему-то особенно трогает факт существования еды.

— Это нормальная реакция живого существа после тяжёлого дня.

— Спасибо. Твоя поддержка бесценна.

— Я стараюсь.

Я всё-таки улыбнулась. Слабо. Но уже искренне. Улыбаться ему становится моим любимым хобби, как это ни странно.

Снаружи за тонкой перегородкой негромко журчала вода. Где-то далеко прошёл дозор. В остальном дворец словно затаил дыхание. Водная масса стояла за окном. И снова этот потрясающий вид на пульсирующий город. Нас не было всего день, но сколько всего произошло.

Сегодняшний день прошёл. Но не завершился.

Это ощущалось слишком отчётливо. Всё только затаилось.

И где-то глубоко под камнем, светом, ритуалами, приказами, охраной и великолепием царского дворца уже шевелилось нечто, до чего мы пока не могли дотянуться.

Глава 17

Я успела смыть с кожи остатки соли, крови и чужой энергии, переодеться в более лёгкую домашнюю тунику (Ариан приказал слуге доставить несколько нарядов на выбор) и, впервые за весь день, сесть без необходимости куда-то бежать или кого-то проверять.

Только тогда накатила усталость.

Не резкая. Тяжёлая. Глубинная.

Та, что сначала делает движения медленнее, а потом вдруг напоминает, что ты вообще-то весь день ходила по краю.

Я закрыла глаза и откинулась на спинку низкого ложа.

Перед внутренним взглядом всё ещё вспыхивали линии узла. Расходящиеся трещины. Сорванный контур. Чужой удар. Лицо Ариана — в тот миг, когда он понял, что я сунулась туда, где могла погибнуть.

Я поморщилась.

Да, наверное, со стороны это действительно выглядело… выразительно.

— Снова пытаешься делать вид, что всё в порядке?

Я открыла глаза.

Он стоял у входа в покои — уже без части боевого снаряжения, но всё ещё в тёмной одежде, слишком подчёркивающей широкие плечи и ту опасную, собранную пластику, которая не исчезала в нём никогда. Волосы были ещё чуть влажными. На скуле — тонкая светлая царапина. На поясе — привычная костяная сабля.

И глаза. Спокойные снаружи. Совсем не спокойные внутри.

— А у меня выходит неубедительно? — спросила я.

— Ужасно.

Он подошёл ближе и остановился передо мной.

— Как ты?

— Это официальный вопрос или настоящий?

— Начни с настоящего.

Я выдохнула и всё же ответила честно:

— Устала. Немного дрожат каналы. Но не критично. — Голова? — Уже лучше. — Ядро? — Если ты сейчас снова начнёшь меня сканировать без предупреждения, я, возможно, даже не стану возражать.

Уголок его рта дрогнул. Совсем чуть-чуть.

И от этого у меня внутри что-то очень тихо сдвинулось.

Потому что весь день он был напряжён так, словно держал на плечах не только бой, не только дворец, а ещё и меня — как отдельную катастрофу, которая упрямо отказывается лежать там, где её положили в целях безопасности.

Он опустился рядом. Не вплотную — оставляя мне пространство, будто заранее знал, что я замечу и это тоже.

Некоторое время мы молчали. Странная, редкая тишина после такого дня.

— На тебя теперь смотрят иначе, — сказал Ариан.

Я усмехнулась.

— Ты о том моменте, когда жрицы и принцессы чуть не начали кланяться мне как малой спасительнице дворца?

— Не “чуть не”.

— О, ну прости. Значит, как вполне состоявшейся спасительнице дворца.

— Рейна.

Я повернула голову и встретила его взгляд. Он смотрел без улыбки.

Слишком прямо.

— Ты правда спасла их, — сказал он тихо. — И меня тоже.

Я уже было собралась отшутиться. Чем-нибудь лёгким, привычным, удобным. Но не смогла.

Потому что он не давал мне уйти в игру.

Не сейчас.

— Я не думала, — призналась я после паузы. — Просто увидела схему. Поняла, где лопнет контур. И сделала то, что нужно.

— Именно поэтому ты и сделала больше остальных.

— Это комплимент моей безрассудности?

— Это признание того, что ты не отступаешь, когда страшно.

Мне стало неловко.

— И даже если попрошу больше так не делать… — он тяжко вздохнул.

— Да, — лишь тихо подтвердила я.

Я медленно провела пальцем по краю ткани на колене.

— Страшно было, — сказала я. — Очень. Просто времени на это не оставалось.

Ариан опустил взгляд на мои руки, будто запоминая и это тоже.

— Знаю.

И вот это тихое“ знаю” ударило сильнее всего.

Не восхищение. Не пафос. Не попытка превратить меня в героиню. Просто знание цены.

Он понимал. И от этого вся моя привычная броня вдруг дала трещину.

— Ты был напуган, — сказала я совсем тихо.

Он не ответил сразу.

За окном, за полупрозрачной стеной водного сектора, медленно качнулся голубоватый свет.

— Да, — сказал он наконец. — Я мог потерять тебя.

Только одна фраза. Без оправданий. Без маски. Без попытки смягчить.

Я смотрела на него и вдруг очень ясно увидела всё разом: его силу, его сдержанность, его упрямую верность, его одиночество, то, как долго он привык быть для всех удобным оружием, королевским племянником, с тайной происхождения, тем, кем можно пользоваться, но не обязательно беречь.

И то, как сегодня он держал меня за руку так, будто это единственное, что имеет значение.

Мне стало трудно дышать. Не больно. Просто слишком полно.

— Ариан… — начала я и замолчала.

Он поднял взгляд. И я