История дворца Куньнин. Книга 1 - Ши Цзин

охватили сложные чувства. Та обладала поэтическим даром. Се Вэй разглядел в ее работе талант и одухотворенность, высоко оценил знания девушки, но не оставил ее при дворе. В стенах дворца и правда не написать хороших стихов.

В прошлой жизни Фань Илань странствовала среди знаменитых гор и великих рек и сочинила множество стихов, которые восхищали мужчин и передавались из уст в уста. Прежняя Цзян Сюэнин в этот день лишь презрительно фыркнула, не понимая, как можно отказываться от богатства и почета и не задать Се Вэю ни одного вопроса о причинах его решения. Но теперь она знала, насколько завидна такая свобода и умение довольствоваться малым: ходить куда хочешь, жить как вздумается.

Размышляя, Цзян Сюэнин незаметно отвлеклась, пока рядом не прозвучал голос:

– Нин… – и тут же осекся.

Она подняла голову и поймала взгляд младшего наставника. Спокойствие, с которым девушка ждала своей участи, сменилось тревогой – наверное, потому, что Се Вэй действительно внушал страх. Цзян Сюэнин встала и молча выпрямилась, готовясь услышать вердикт.

Как только младший наставник понял, что обстановка не позволяет обратиться к барышне по имени, его взгляд потускнел, и мужчина невозмутимо исправился:

– Цзян Сюэнин, дочь помощника главы Палаты финансов, может остаться.

Та не раздумывая поклонилась:

– Благодарю за наставление. Вернувшись домой, я непременно…

Погодите! Что?! «Может остаться»?! Слова прозвучали как гром среди ясного неба. Она вскинула голову, от потрясения позабыв обо всем на свете, и уставилась на Се Вэя острым, пронзительным взглядом. Что за шутки?! Цзян Сюэнин прекрасно знала, что и каким почерком написала. Да такую ученицу не то что в императорский дворец – даже в сельскую школу за деньги никто бы не взял!

Услышав о возвращении домой, Фан Мяо не удержалась от смеха и прикрыла ладонью рот.

– Смотрите, последнее место досталось второй барышне Цзян, и она от радости совсем голову потеряла – уже и слова путает!

– Вторая барышня Цзян? – окликнул девушку Се Вэй, спокойно глядя на нее.

У той побежали мурашки по коже. Все выходило из-под контроля. Мысли вихрем крутились в голове.

С каких это пор Се Вэй подчиняется старшей принцессе? Янь Линь и подавно тут ни при чем. Значит, это младший наставник решил оставить ее под боком, чтобы присмотреться? Проверить, не прикидывается ли она глупенькой? Нет… во дворце задерживаться нельзя. Тем более нельзя учиться у Се Цзюйаня! Это же верная гибель!

Когда человека прижимают к стенке, в нем просыпается сообразительность. У Цзян Сюэнин блеснули глаза. Даже понимая, что рискует привлечь к себе еще больше внимания, она собралась с духом и заговорила:

– Господин Се, у меня вопрос. Почему барышне Фань, которая получила наивысшую оценку, не позволили остаться? И с какой стати только ей вернули работу, а мы ни своих, ни чужих не увидели? Пусть меня и оставили, но те, кого не выбрали, вероятно, так и не поняли за что. Не следует ли выдать работы, чтобы выбывшие убедились в справедливости решения?

Те, кого отвергли, заметно оживились. Может, и правда стоит пересмотреть работы? Вдруг кто-то проявил себя хуже и все равно прошел?

Се Вэй лишь скользнул по девушкам взглядом и даже тона не изменил:

– Вторая барышня Цзян рассуждает разумно. Причины отказа были изложены вкратце. В работах есть и другие недостатки, которые мы не упомянули. Если кто-то из девушек стремится к учебе, я готов подробно разобрать все ответы.

Подробно разобрать… Чем это отличается от публичной порки? Те, кто поначалу собирался поддержать Цзян Сюэнин, сразу передумали. Ведь если их бестолковые ответы зачитают вслух, позора не оберешься. Рвение к учебе мигом испарилось.

– Мы согласны с решением и признательны господину Се за наставления, – заговорили они наперебой. – Не смеем больше его утруждать!

«Добро возрастает на чи, а зло – на чжан, – тоскливо подумала Цзян Сюэнин. – Глупые девицы! Вы хоть понимаете, от чего отказались? Упустили отличный шанс! Да хуже меня никто здесь не написал!»

Се Вэй перевел взгляд на нее:

– У второй барышни Цзян еще остались вопросы?

У той дернулся глаз.

– Я… но я же…

Се Вэй коснулся пальцами изображения черепахи, которым она проиллюстрировала свои язвительные размышления, и равнодушно перебил девушку:

– Вторая барышня Цзян, вы можете остаться, и я вам все объясню с глазу на глаз.

Цзян Сюэнин похолодела. Ее лицо едва не позеленело от ужаса.

Глава 31. Озарение

Объяснит с глазу на глаз? Нет уж, ни в коем случае! У Цзян Сюэнин заколотилось сердце, и она не раздумывая выпалила:

– Не стоит, господин Се! Раз уж никто из выбывших не имеет вопросов, то и у меня их, конечно же, нет. Беспокоить вас было бы непочтительно!

Тот по-прежнему смотрел прямо на нее:

– Вы уверены?

Она натянуто улыбнулась и, запинаясь, пробормотала:

– Нет-нет, не нужно. Правда, не нужно…

Лишь тогда Се Вэй медленно отвел взгляд:

– Раз вопросов нет, испытание окончено. Надеюсь, те, кому не удалось стать соученицами ее высочества, с усердием продолжат учиться дома. Кто прошел отбор, можете на два дня вернуться к семьям, а затем приступить к занятиям во дворце. Я и господа из академии Ханьлинь пока составим учебный план. С этого дня мы ваши наставники. Прошу не терять настроя: уж раз вам выпал шанс позаниматься вместе со старшей принцессой, через полгода вы должны показать результат.

Из двенадцати кандидаток отбор прошли восемь. Те, кому не повезло, с грустью вздохнули, а счастливицы почувствовали, как по коже пробежал холодок.

– Да, господин наставник, – с поклоном ответили барышни и покинули зал.

Первой шла Сяо Шу, за ней – Чэнь Шуи, Яо Си, Чжоу Баоин, Фан Мяо, Ю Юэ, Яо Жунжун и Цзян Сюэнин. Все выглядели довольными, только у второй барышни Цзян было откровенно мрачное лицо. Чжоу Баоин, по нраву сущее дитя, не удержалась: едва покинув павильон Фэнчэнь, запрыгала от радости.

– Святые Небеса, неужели я справилась?! Господин Се совсем не такой суровый, как говорил отец! У него такой приятный голос! Я думала, учеба во дворце будет настоящей мукой, а оказалось наоборот! Зря меня отец пугал!

«Ты просто не видела его суровым – со страху умереть можно», – подумала Цзян Сюэнин.

Фан Мяо как ни в чем не бывало подошла и по-дружески взяла ее под руку, глядя как на спасительницу.

– Вторая барышня Цзян, ты сама доброта! Я как вопросы увидела, сразу подумала: вот бы обнять тебя и расцеловать! Мне попалось именно то, что ты утром советовала почитать! Если бы не ты, меня бы точно домой отправили!

Яо Жунжун, которой с трудом удалось пройти испытание, скромно потупилась и робко добавила:

– Да, спасибо сестрице Цзян. Ты как будто заранее знала, что будет. Угадала невероятно точно.

На похвалу Фан Мяо никто внимания не обратил, но после слов Яо Жунжун все ощутили неловкость. Сяо Шу, шедшая впереди, резко обернулась, а Цзян Сюэнин прищурилась, впервые всерьез задумавшись: «Яо Жунжун