Что несёт тьма - Дженна Вулфхарт

Вход охраняют четверо Ритфелвир. Двоих я узнаю, мы когда-то выполняли вместе задания для Ордена. Они стоят по стойке «смирно», но скучающие лица выдают, что ничего интересного давно не происходит. Один из них даже лениво зевает. Неподалеку у костра сидят еще несколько человек. Они с аппетитом едят похлебку, закатав рукава, а их оружие небрежно лежит рядом на земле.

За ними лагерь тянется далеко в лес. Бесчисленные шатры стоят среди деревьев и густых зарослей подлеска, постепенно растворяясь в темноте. Если охрана почувствует настоящую угрозу, тревога мгновенно разнесется по всему лагерю, и сюда сбегутся сотни солдат. Мне остается лишь надеяться, что Гвенидд уже заняла свой наблюдательный пост и в точности выполнит все, о чем мы договорились.

Сейчас Гвенидд наверняка скрывается где-то среди ветвей и наблюдает за каждым нашим движением. Остается лишь ждать.

Я неподвижно сижу на корточках, чувствуя, как ноги постепенно начинают ныть. Пока я вслушиваюсь в размеренное потрескивание костра, время будто начинает тянуться еще медленнее.

Внезапно над самой головой со свистом проносится стрела и с глухим ударом вонзается в дерево всего в нескольких футах позади нас. Свист стрелы прорезает ночную тишину, и все стражники одновременно оборачиваются в ту сторону.

Все четверо стражников, выставленных снаружи, одновременно замирают, и их руки синхронно ложатся на эфесы мечей, пока взгляды напряженно прочесывают лесную чащу. Проходит долгий миг, в течение которого кажется, будто никто не осмеливается даже вдохнуть, а сам воздух превратился в настороженное ожидание. Все внимание стражников приковано к деревьям. Я же не свожу глаз с них.

Ну же. Заглотите наживку.

Еще один свист прорезает ночную тишину, и почти сразу вслед за ним раздается глухой удар, эхом прокатившийся между деревьями.

Я прикусываю щеку изнутри, мысленно проклиная Гвенидд. Звук слишком уж узнаваемый. Именно так стрела впивается в дерево. Если Ритфелвир решат, что на них напал вражеский отряд, хотя бы один из них наверняка бросится в соседний лагерь, где расположился королевский отряд. Мимо горстки воинов Ордена мы с Бриоком еще сможем проскользнуть незамеченными, но скрыться от целой армии нам уже не удастся.

Один из стражников отделяется от остальных. Его серебристые волосы коротко острижены, а на затылке вокруг орденского талисмана вьется аккуратный узор татуировки. Я узнаю его сразу. Это Мэлор. Умный, искусный мечник и… добрый. Во всяком случае, гораздо добрее, чем большинство Ритфелвир когда-либо были со мной, хотя это, если задуматься, еще ни о чем не говорит.

— Вы двое оставайтесь здесь, — приказывает он, указывая на незнакомых мне стражников. — Мы с Оуэном проверим лес.

Он вместе с Оуэном скрывается среди деревьев, а двое оставшихся продолжают охранять шатер, и теперь их взгляды становятся гораздо внимательнее, чем всего несколько мгновений назад. У костра же остальные по-прежнему смеются, едят и пьют, словно вокруг ничего не произошло. Либо они попросту не заметили поднявшейся тревоги, либо им до нее нет никакого дела.

Рядом со мной Бриок едва заметно наклоняет голову в сторону шатра. Я морщусь и отрицательно качаю головой.

Он придвигается ближе и почти беззвучно шепчет:

— Зайдем сзади. Я возьму одного, если ты вырубишь второго.

Этого не было в нашем плане. Отвлекающий маневр Гвенидд должен был выманить всех четверых, хотя нам стоило догадаться, что арфу они никогда не оставят совсем без охраны. Не дожидаясь моего ответа, Бриок уже начинает обходить ближайшую палатку и вскоре исчезает из виду. Я мысленно прослеживаю его маршрут и понимаю, что, если будем двигаться совершенно бесшумно, у нас действительно есть шанс.

Тихо пробормотав себе под нос ругательство, я следую за ним.

Шаг за шагом мы подбираемся ближе, огибаем соседний шатер, и вскоре перед нами появляются спины Ритфелвир с вживленными в шеи талисманами. От их центров по коже расползаются тонкие черные прожилки. Их Суинврагеды совсем недавно усилили их заклинаниями, вероятно, обострив слух и остальные чувства для ночного караула. Одно неверное движение, и нас тут же заметят.

Я пытаюсь предупредить Бриока жестом, но он уже бесшумно подходит вплотную, перехватив меч так, чтобы ударить не лезвием, а тяжелым эфесом. Я крепко стискиваю зубы. Ближайший стражник переступает с ноги на ногу, и я невольно замираю, чувствуя, как сердце колотится так громко, что, кажется, магия Ордена, текущая в его жилах, способна услышать даже его.

Но Бриок не останавливается. Я еще крепче сжимаю рукоять кинжала и заставляю себя двигаться следом. Еще миг, и мы оказываемся совсем рядом. Бриок первым обрушивает эфес меча на затылок своего противника, а я, собравшись с духом, наношу удар второму. Отдача болезненно прокатывается по всей руке. С его губ срывается глухой стон, который в ночной тишине кажется непозволительно громким.

Оба стражника тут же безвольно оседают. Бриок подхватывает своего под мышки и быстро утаскивает его с открытого места. Все еще мысленно проклиная его самоуверенность, я тоже подхватываю своего стражника и затаскиваю его в укрытие.

Звук их тел, волочащихся по земле, кажется мне оглушительно громким, однако, когда мы осторожно выглядываем из-за палатки, оказывается, что никто даже не оборачивается.

Мы тут же проскальзываем внутрь шатра.

Мягкое сияние растекается по шелковым стенам, а воздух пропитан тонким ароматом духов, в котором причудливо смешиваются магия Ордена и какой-то незнакомый, едва уловимый запах. В самом центре шатра на высоком деревянном помосте возвышается позолоченная арфа. Ее струны мерцают так, словно сплетены из чистого золота. У меня невольно перехватывает дыхание. Арфа необъяснимо притягивает меня. Я замираю на месте, не в силах отвести от нее взгляд, и меня неудержимо тянет ближе, будто ее душа тянется к моей.

Воздух вокруг арфы едва заметно дрожит, и эта дрожь ощущается каждой клеточкой кожи, словно эхо далекой мелодии. Сквозь этот мерный гул мне чудится что-то удивительно знакомое… Неужели песня Талиесина?

Бриок выставляет передо мной руку, преграждая путь.

— Осторожно.

Я вопросительно вскидываю на него взгляд.

— Нам нужно забрать ее. И как можно быстрее, пока стражники не пришли в себя.

— Знаю. — Он нервно сглатывает. — Но не думаю, что нам следует прикасаться к ней голыми руками.

Я киваю.

— Пожалуй, ты прав.

В большинстве случаев магия требует прикосновения. Чтобы Суинврайг могла наделить своего Ритфелвира силой и отточить его чувства, ей необходимо коснуться его талисмана. Чтобы воздействовать на ближайшие талисманы, нужно прикоснуться к собственному. И так действует не только магия Ордена. Единственное исключение, о котором мне когда-либо доводилось слышать, — Талиесин, однако его дар настолько необычен, что едва