Ненужная. Рецепт для Дракона - Александра Берг

— Умрёшь? — усмехнулась. — Нет-нет, ты не умрёшь. Вспомни, что сказал Дювейн. Смерть — это так просто!

— Этери… — рука Корина слабо дёрнулась, пальцы сжались на моём запястье. — Позаботься… о моей матери…

— Сам о ней позаботишься! — огрызнулась я, прижимая ткань сильнее.

Алхимик. Я алхимик, а не целитель. Я не умею лечить руками. Но я должна что-то сделать. Этот идиот спас меня. И если он подохнет у меня на руках… Нет! Не дождётся!

Я закрыла глаза, сосредоточилась. Почувствовала, как внутри разгорается жар — медленно, затем всё быстрее, всё ярче. Руки задрожали. Я положила ладони на грудь Корина, туда, где зияла рана, и… Вылила сырую энергию.

Это было как прорыв плотины. Поток хлынул из меня в Корина. Я чувствовала, как клетки его тела отзываются, как плоть начинает сама себя сшивать, как кровь замедляет течение.

Но это забирало слишком много сил. Голова закружилась. Мир поплыл, краски смазались. Я слышала, как где-то вдалеке кричат люди, как ломаются двери, как кто-то орёт: «Взять его! Живым!»

Дювейн. Его поймали?

Было уже неважно.

Последнее, что я почувствовала — это чьи-то сильные руки, подхватившие меня, прежде чем я рухнула в темноту.

А потом — ничего.

В себя я приходила мучительно долго.

Сначала была только темнота. Потом появились звуки. Чьи-то голоса. Шаги. Скрип половиц.

Наконец, мне удалось приоткрыть глаза. Свет ударил в зрачки, заставив зажмуриться. Я застонала.

— Этери?

Я попыталась повернуть голову на звук, но мир вокруг закружился, поплыл. Тошнота подкатила к горлу волной.

— Не надо, не двигайся, — голос стал ближе. — Тебе нужно отдохнуть.

Отдохнуть? Да, нужно.

Темнота снова накрыла меня, втягивая обратно в свои липкие объятия.

Я не сопротивлялась.

Во второй раз пробуждение было чуть менее мучительным. Снова открыла глаза. На этот раз свет не резанул так больно. Я смогла различить потолок над головой — белый, с лепниной по краям… Это определённо была моя спальня. Я узнавала узоры на потолке, этот светильник с хрустальными подвесками, который я когда-то выбрала сама…

Моя комната. Мой дом. Я осторожно приподнялась, опираясь на локти. Тело откликнулось тупой, ноющей болью.

Может, это всё сон? Может, ничего не было? Ни Дювейна, ни его дочери, ни…

Я медленно села, прислонившись спиной к подушкам. На кресле у окна сидел Айрон. Вернее, дремал, откинувшись назад, с раскрытой книгой на коленях. Его голова была слегка склонена набок, тёмные волосы растрёпаны, рубашка расстёгнута у ворота. Он выглядел усталым. Измученным. На щеке виднелась тёмная полоска — то ли грязь, то ли засохшая кровь.

Значит, не сон.

Я открыла рот, чтобы позвать его, но в горле пересохло. Вместо слов вырвался хриплый звук. Но Айрон услышал. Его глаза распахнулись мгновенно.

— Этери, — выдохнул он, а потом улыбнулся.

Айрон поднялся с кресла и пересёк комнату за три широких шага. Опустился на край постели рядом со мной, потянулся рукой к моему лицу — провёл большим пальцем по щеке, будто проверяя, настоящая ли я.

— Ты очнулась. Наконец-то.

— Сколько… Сколько я…

— Двое суток, — Айрон перехватил мою руку, сжал пальцы. — Целитель сказал, что ты истощила себя.

— Корин? — спросила я.

Лицо Айрона изменилось. Улыбка исчезла, губы сжались в тонкую линию.

— Жив, — бросил он коротко, после чего лёг рядом, прямо поверх одеяла, вытянулся во весь рост, закинул руку за голову.

— Вот нужно было тебе спасать его, — фыркнул дракон. — Чуть себя не угробила ради этого… ради него.

— Разве я могла позволить ему умереть? — спросила я тихо.

— Могла! — сказал Айрон жёстко. — Вполне могла. Корин предал тебя. Сделал свой выбор!

— Но в конце всё-таки заслонил меня от Дювейна.

Айрон замолчал. Я смотрела на дракона — на напряжённую линию челюсти, на сжатые губы. Мы-то знали правду… Дювейн всё равно не причинил бы мне вреда. Сеть защитных рун, которыми Айрон опутал меня в Зимоцветье, после обсуждения плана, остановила бы кого угодно. Но Корин не мог знать об этом…

— Не злись, — я толкнула Айрона локтем в бок, ощутив под рубашкой твёрдый, как камень, мускул. — Всё ведь обошлось.

— Обошлось? — Айрон резко повернул голову. Его глаза вспыхнули драконьим золотом. — Ты лежала без сознания двое суток! Я думал… — он отвернулся. — Когда я вошёл в столовую и увидел тебя на полу… с ним… Кровь повсюду, ты без сознания… Я чуть не снёс всё поместье к чертям.

— Прости, — прошептала я.

— Я испугался… Этери…

Его рука скользнула к моему затылку, пальцы зарылись в волосы.

— Прости, не нужно было… — я начала, но мысль рассыпалась, когда взгляд Айрона упал на мои губы.

Я не дала себе договорить. Сама закрыла это крошечное пространство. Поцелуй получился неловким, неуверенным — моё тело всё ещё дрожало от слабости. Но сама близость с Айроном, знакомый запах кожи и дыма, придали мне сил.

Рука на затылке сжалась крепче, другая легла на талию, притянув ближе. Поцелуй углубился, и по моим жилам, от кончиков пальцев до самых пяток, разлился медленный, густой жар.

Айрон издал низкий звук — что-то среднее между стоном и рычанием — и перевернулся, нависнув надо мной. Его вес опирался на локти, чтобы не придавить, но я чувствовала его везде: горячие губы, жёсткие мышцы, бешеное биение сердца.

— Этери, — прошептал он, отстраняясь на секунду, чтобы посмотреть мне в глаза. — Если ты не хочешь…

— Хочу, — перебила я. И снова поцеловала его, вкладывая в это прикосновение всё, что не могла сказать словами.

Айрон ответил с той же страстью. Его поцелуи стали глубже. Я запустила пальцы в его волосы, чувствуя, как они рассыпаются шёлком между пальцев.

Когда его губы соскользнули с моих, оставив на них лёгкое жжение, и двинулись вдоль щеки к виску, я вздрогнула. Его дыхание обожгло чувствительную кожу за ухом, и из моей груди вырвался тихий, непроизвольный стон.

— Мне нравится этот звук, — прошептал он. Голос стал ниже, гуще, в нём явственно зазвучал тот самый скрытый рокот, что выдавал в нём нечто большее, чем человека.

— Айрон… — я попыталась собраться с мыслями, но он снова поймал мои губы в свои.

Весь мир съёжился до размеров комнаты. Потом — до границ кровати. И наконец — до пространства между нашими телами.