Враг императора - Жасмин Мас

Все уставились на нас.

Мы неловко помахали.

Комнату наполнил шёпот, а затем грянули радостные возгласы.

Музыка снова заиграла, танцоры продолжили кружиться среди фонарей, а я слишком остро ощущала, сколько одежды на мне не было. Я перекинула волосы вперёд, прикрывая грудь. Разумеется, из-за этого моя покрытая шрамами спина осталась полностью открытой.

По ней скользнул магический порыв ветра.

Взгляд Тарантула буквально обжигал.

Перед нами возник официант с подносом, уставленным бокалами.

— Фейское вино, — подмигнул он. — За счёт заведения.

Аксель схватил бокал в форме розы и залпом осушил мерцающую красную жидкость. Элла изящно приняла гибискус за тонкую ножку, а Тарантул, к моему удивлению, взял бокал-жасмин.

Официант указал на последний — искусно выполненный бокал в виде бугенвиллеи.

— А это для Медведицы Севера, — игриво произнёс он.

— Спасибо, но нет, — ответила я. — Я не пью.

Мама говорила, что однажды в «Демократических газетах» вышла статья, где утверждалось: фейское вино, названное в честь вымышленного напитка из сказок, на самом деле является опасным импортом из Империи. Но автор загадочным образом погиб, а следующий выпуск полностью опроверг собственное расследование.

Всё это выглядело слишком подозрительно.

Мама предупреждала меня никогда не пить фейское вино из-за одной опасности — из-за замалчивания его последствий.

Официант подмигнул.

— Не волнуйтесь. Сегодня у меня есть кое-что, что мы приготовили специально для вас.

Из бархатного мешочка он достал тонкую стеклянную трубочку в форме ириса, наполненную сверкающим серебристым порошком.

— Это называют магией в бутылке. Просто высыпьте на язык — и получите особое… ощущение.

Официант наклонился ближе.

— Хозяин этого заведения велел передать её именно вам, — заговорщически прошептал он. — Он сейчас наблюдает за нами и хочет поговорить с вами о том, что вы почувствуете после того, как примете её.

Он многозначительно облизнул губы.

Сибрейн Кортц — хозяин.

Я подавила желание оглядеться в поисках его. Нельзя было выдавать себя.

Официант вложил ирис мне в ладонь.

— Он хочет узнать, достаточно ли Медведица Севера сильна… чтобы выдержать её действие.

— Какое великодушие, — с издёвкой процедил Тарантул у меня за спиной, медленно вращая жасминовый бокал, явно пытаясь сорвать наше прикрытие. — Она не станет это принимать…

Я высыпала мерцающий порошок себе на язык.

Он оказался меловым и слегка сладковатым.

— Передайте ему спасибо, — кокетливо сказала я, наклоняясь к официанту. — И что я с удовольствием поблагодарю его… лично.

Официант шумно вдохнул, не отрывая взгляда от моей полуоткрытой груди.

— Позовите своего хозяина.

Я незаметно смахнула салфетку с его подноса. Сделав вид, что промокаю губы, я незаметно выплюнула в неё порошок и сунула салфетку в пустой бокал. Вкус всё ещё оставался на языке.

Надеюсь, в такой маленькой дозе он не слишком сильный.

Рассеянно кивнув, официант развернулся и исчез в темноте.

Элла уже куда-то ушла. Она с остекленевшим взглядом смотрела на огни в кроне дерева, словно никогда прежде не видела фонарей, и медленно потягивала вино. Аксель успел перебраться через весь зал и теперь небрежно прислонялся к свисающему корню, зажатый между двумя невероятно красивыми мужчинами.

Как они вообще успевают двигаться с такой скоростью?

В ушах зазвенело от крошечного количества наркотика, оставшегося на языке, но в остальном я чувствовала себя нормально.

Или нет?

Вздохнув, я задумалась: подождать или исследовать?

— Равенал, что это было?

Лицо Тарантула возникло совсем рядом с моим. Ледяной ветерок скользнул по позвоночнику, и кожа покрылась мурашками. Его дыхание пахло сладко — спелым виноградом и… отвратительными грехами.

— Я выполняла задание, — ответила я, изучая зал и мечтая о мире, где его не существует. — Или ты уже забыл, зачем мы сюда пришли?

Я шагнула вперёд.

Тарантул последовал за мной, нависая сзади, словно одержимая тень.

— Тебе понравилось, как этот грязный выродок пожирал глазами твоё тело? Приятно было, когда он унижал тебя своим взглядом? — мрачно спросил он, наклоняясь так близко, что его дыхание касалось моей щеки. — Тебе нравится изображать дешёвую шлюху?

— На мне рубашка с длинными рукавами и брюки до пола.

Ветер лизнул мою шею, скользнул вниз по груди, животу, а затем коснулся внутренней стороны бёдер. Удовольствие вспыхнуло во мне, оставляя за собой обжигающий след, пока тёмная магия Тарантула ласкала моё тело.

Он тебя провоцирует.

Я резко развернулась и ткнула в него пальцем.

— Не смей читать мне лекции о приличии, когда ты принадлежишь к ордену, чья единственная цель — резня, — яростно прошептала я ему в лицо, всё ещё не в силах смириться с тем, что лютые медведи намеренно убивают северян. — Я здесь, чтобы выполнить миссию… так что будь хорошим маленьким заложником.

Я многозначительно посмотрела на кандалы у него на запястьях.

— И держи подальше от меня и свою жажду насилия, и свою магию.

Он опустил взгляд на мой палец, упиравшийся в его обнажённую грудь между распахнутыми полами рубашки, а затем медленно поднял глаза.

— Ты не способна постичь, какую жертву требует моя клятва, — холодно произнёс он, подаваясь вперёд и прижимаясь голой кожей к моему пальцу. — По крайней мере, я знаю, за что сражаюсь. Ты живёшь в стеклянном доме, Равенал, подпираемом пропагандой, которую тебе скармливали с ложечки.

Он шумно выдохнул.

— Ты еще не устала от своей ошибочной праведности?

Химия хлынула по моим венам. Запахи стали резче, цвета закрутились геометрическими узорами. Лицо Тарантула начало плавиться, кудри растекались, смешиваясь с маской; фиолетовый паук медленно переползал по его челюсти, щёлкая жвалами, а бабочка порхала вверх по его груди.

Похоже, даже крошечной дозы хватило, чтобы наркотик оказался невероятно сильным.

Почему я всё ещё удивляюсь катастрофам, которые постоянно случаются в моей жизни?

Тарантул внимательно всматривался в моё лицо, словно понимал, что со мной что-то не так, но не мог определить, что именно.

Я наклонилась ближе, и наши губы едва не соприкоснулись.

— Перед всеми остальными ты можешь притворяться, — выдохнула я ему прямо в губы. — Но я единственная, кто видит тебя таким, какой ты есть на самом деле.

Он медленно повернул голову. Его тёплые губы скользнули по моей щеке, оставляя дорожку жара.

— И кем же ты меня осудила быть?

Его магия ласково коснулась моего горла, погладив шрам.

— Ханжой.

Он стиснул зубы, и на щеках вспыхнул румянец.

Точно в цель.

Я развернулась на каблуках.

Он схватил меня за руку, и его голос стал хриплым, словно гравий.

— Гедонистичные представители низших сословий хватаются за удовольствие, где только могут его найти.

Ветер медленно поднялся по моим икрам, и вслед за ним расцветали цветы наслаждения.

— Зора Равенал, ты гедонистка? Именно этого ты хочешь… от