Тень Сицилийского ястреба - Полина Каминская

его взгляде боролось несколько чувств. Она уже начинала их различать. Желание возразить. Злость на самого себя. Страх, тщательно спрятанный под контролем. И что-то ещё — тёмное, сильное, почти отчаянное.

Он привык принимать решения за всех.

Но с ней это почему-то становилось всё труднее.

— Хорошо, — сказал он наконец.

Одно слово. Сдержанное. Но в нём было больше уступки, чем он позволял кому-либо.

Владлена кивнула, будто они заключили важное перемирие.

— Тогда я хочу мороженое.

Маттео моргнул.

— Что?

— Мороженое. Ты сказал «хорошо». Значит, ночь не испорчена, и я хочу мороженое.

Он посмотрел на пустынный пляж, потом на тёмную линию набережной, где почти все киоски уже были закрыты.

— Сейчас ночь.

— Наблюдательный.

— Всё закрыто.

— Человек с твоими возможностями не может найти мороженое?

В его глазах мелькнула насмешка.

— Ты манипулируешь мной?

— Разумеется. Я же должна когда-то использовать своё влияние.

— У тебя нет влияния.

Владлена выразительно посмотрела на его пиджак на своих плечах.

Маттео проследил за её взглядом и тихо усмехнулся.

— Это не влияние.

— Конечно. Это стратегическая передача ткани в целях предотвращения переохлаждения.

— Именно.

— Очень романтично.

— Я не обещал романтики.

— А зря. У тебя, кажется, получается, когда ты не стараешься.

Он хотел что-то ответить, но передумал. Просто протянул руку, забрал у неё туфли, которые она всё это время несла в пальцах, и пошёл в сторону набережной.

Владлена растерянно посмотрела на него.

— Эй. Ты куда?

— Искать мороженое.

Она догнала его, улыбаясь уже по-настоящему.

— Серьёзно?

— Ты же поставила под сомнение мои возможности.

— О, тогда я должна чаще так делать.

— Не советую.

— Почему?

— Однажды я начну доказывать.

— Звучит угрожающе.

— Это было угрожающе.

Она рассмеялась и пошла рядом, придерживая на плечах его пиджак.

Набережная встретила их редкими фонарями, закрытыми кафе и запахом жареного теста, оставшимся в воздухе после дневной суеты. Где-то вдалеке играла музыка — тихая, хриплая, будто старый радиоприёмник пытался вспомнить молодость. На скамейке спал мужчина в соломенной шляпе, рядом с ним лежала газета. У урны копался всё тот же подозрительный чайкин родственник, который проводил их взглядом с явным неодобрением.

— Он следит за тобой, — сказала Владлена.

— Кто?

— Чайка.

Маттео даже не повернул головы.

— Пусть встанет в очередь.

Она фыркнула.

— Ужасная шутка.

— Зато правдивая.

Они прошли ещё немного, пока Маттео не заметил маленький магазинчик с не до конца опущенной решёткой. Внутри горел свет. За стеклом двигалась тень.

Владлена скептически посмотрела на вывеску.

— Он закрыт.

— Сейчас будет открыт.

— Маттео…

— Что?

— Только не пугай людей.

Он бросил на неё почти оскорблённый взгляд.

— Я умею покупать мороженое цивилизованно.

— Хотела бы я это увидеть.

— Сейчас увидишь.

Он подошёл к двери, постучал. Через несколько секунд изнутри показался пожилой мужчина с седыми усами и лицом человека, который уже мысленно послал всех поздних посетителей куда подальше. Он приоткрыл дверь ровно настолько, чтобы выразить недовольство.

Маттео сказал что-то по-итальянски. Владлена не поняла слов, но поняла интонацию: спокойную, вежливую, почти уважительную. Никакого давления. Никакой угрозы. Только несколько фраз, после которых старик вдруг посмотрел на Владлену, потом снова на Маттео, хмыкнул и открыл дверь шире.

— Что ты ему сказал? — подозрительно спросила она.

— Правду.

— Какую?

— Что девушка хочет мороженое.

— И всё?

— И что если он спасёт эту ночь, я буду ему благодарен.

Владлена недоверчиво прищурилась.

— Ты сказал «спасёт эту ночь»?

— Возможно, не такими словами.

— Какими?

— Неважно.

Старик вынес им две вафельные рожка. Один — с фисташковым мороженым, другой — с лимонным. Владлена взяла фисташковое и вдруг почувствовала себя так, будто ей подарили не десерт, а маленькое доказательство: иногда невозможные вещи всё-таки случаются. Даже если это всего лишь мороженое среди ночи.

Маттео расплатился, добавив сверху столько, что старик окончательно подобрел, благословил их жестом и что-то сказал, улыбаясь в усы.

— А это что было? — спросила Владлена, когда они отошли.

— Он сказал, что ты красивая.

— А ещё?

— Что я должен быть умнее и не заставлять красивую женщину грустить.

Владлена остановилась.

Маттео тоже, но смотрел теперь не на неё, а на свой лимонный рожок так, будто тот требовал стратегического анализа.

— Мудрый человек, — тихо сказала она.

— У него магазин мороженого. Это не делает его философом.

— Не завидуй.

— Чему?

— Его мудрости.

Маттео хмыкнул.

Они сели на парапет у моря. Камень был холодным, но Владлена не жаловалась. Она ела мороженое маленькими кусочками и смотрела на воду. Маттео держал свой рожок так, будто не до конца понимал, что с ним делать.

— Ты вообще любишь мороженое? — спросила она.

— Нормально.

— Это не ответ.

Он медленно повернул к ней голову.

Владлена довольно улыбнулась.

— Что? Мне понравилась фраза.

— Я заметил.

— Так любишь?

— В детстве любил лимонное.

Она замерла с рожком у губ.

— Правда?

— Удивительно?

— Немного. Трудно представить тебя ребёнком.

— Я им был.

— Сомневаюсь. Думаю, ты сразу родился в костюме, посмотрел на врача и сказал: «У вас три секунды, чтобы объяснить ситуацию».

Маттео рассмеялся.

Не усмехнулся. Не выдохнул носом. А рассмеялся — коротко, хрипловато, но по-настоящему.

Владлена застыла.

Это был редкий звук. Такой редкий, что она испугалась спугнуть его движением.

Маттео заметил её взгляд и сразу стал серьёзнее.

— Что?

— Ничего, — быстро сказала она. — Просто… тебе идёт.

— Что?

— Смеяться.

Он отвёл взгляд.

— Не привыкай.

— Поздно.

Слово вырвалось само.

Они оба замолчали.

Где-то внизу волна ударилась о камни. Ночь снова стала тише, но теперь в этой тишине было слишком много несказанного.

Владлена опустила взгляд на мороженое, которое начало таять и стекать по пальцам.

— Ой.

Маттео достал из кармана салфетку и протянул ей.

— Ты носишь с собой салфетки?

— Да.

— Конечно. Человек, готовый ко всему.

— К тающему мороженому — особенно.

Она вытерла пальцы и покачала головой.

— Знаешь, иногда рядом с тобой очень легко забыть, кто ты.

Он посмотрел на неё.

Владлена поняла, что сказала опасную вещь. Но не стала забирать слова назад.

— И кто же я? — спросил Маттео.

Она долго молчала, подбирая ответ.

Вариантов было много.