История дворца Куньнин. Книга 1 - Ши Цзин

Цзян Сюэнин не удержалась и всхлипнула. Поглядев на шкатулку с расписками, она вскинула голову, будто хотела унять слезы, но ее голос все равно прозвучал сдавленно:

– Нет, ты хорошая. Ты отлично справилась.

«Это я. Я оказалась недостаточно хорошей».

Глава 33. Благоприятный ветер

Цзян Сюэнин никогда не отрицала, что она человек себялюбивый. В глубине души девушка по-прежнему цинично желала, чтобы на месте простушки оказалась Ю Фанъинь из прежней жизни. Впрочем, это желание не затуманило ее разум. Она не стала спокойно смотреть, как наивную побочную дочь топят в пруду: не представляла себе, как подружится с другой Ю Фанъинь, если допустит подобное злодеяние, поэтому и спасла ее.

В то же время Цзян Сюэнин с трудом выносила ее робость и не могла принять, что она так не похожа на себя в прошлом. Но разве эта Ю Фанъинь обязана становиться другим человеком? Она просто живет своей жизнью, а Цзян Сюэнин, хоть и спасла девушку, не получила права ни распоряжаться ее судьбой, ни осуждать чужой выбор. Особенно после того, как та последовала совету, купила шелк, взялась изучать счетоводство и вышла за пределы женской половины дома, туда, куда другие барышни даже ступить не смеют… а затем всю свою благодарность сложила в маленькую шкатулку… Цзян Сюэнин не сразу смогла успокоиться.

– А дальше? Что собираешься делать? – тихо спросила она.

Увидев, что барышня больше не плачет, Ю Фанъинь перестала нервничать, подумала и сказала:

– Зарабатывать. Заработать еще больше, чтобы вы были довольны.

Снова глупость! Цзян Сюэнин не удержалась и улыбнулась со слезами на глазах. Эта Ю Фанъинь была слишком прямолинейна. С другой стороны, желание зарабатывать не самое ведь плохое. В нынешнем положении это, пожалуй, лучшее из решений.

Однако, прежде чем идти дальше, следовало прояснить один вопрос. В императорском дворце Шэнь Цзе вскользь упомянул, что крушение лодки с сырым шелком на Цаохэ – дело рук сговорившихся чиновников и торговцев, пытавшихся взвинтить цены.

– Перед или после продажи шелка вы с господином Сюем не слышали ничего странного? – спросила Цзян Сюэнин.

– Слышали! – испуганно закивала Ю Фанъинь. – Позавчера во многие торговые дома пришли стражники и арестовали шестерых или семерых крупных купцов. Господин Сюй сказал, что это крупные фигуры на рынке. Кое-кто из них даже предлагал ему заранее выкупить весь его шелк. Правда, за такую низкую цену, что, по его словам, домой отвезти было бы нечего, поэтому он отказался. А потом, когда мы продали шелк, они угодили в беду – по слухам, вроде бы из-за взлетевших цен. Мы с господином Сюем разволновались, но два дня прошло, а нас никто не тронул. Только вчера в нашей усадьбе арестовали управляющего. Кажется, его родственник знаком с чиновником, который отвечает за перевозку товаров по Цаохэ… Не знаю, как он замешан…

Цзян Сюэнин слушала спокойно, пока не узнала, что в усадьбе Цинъюань-бо кого-то схватили. У нее по спине пробежали мурашки. Если бы речь шла о спекуляции и подстроенном крушении лодки, то ареста чиновников и торговцев должно было хватить для расследования – зачем понадобилось ловить мелкую рыбешку вроде управляющего?

Цзян Сюэнин медленно подняла руку и прижала ко лбу. Прямых доказательств не было, но она почти не сомневалась: кто-то начал присматриваться к Ю Фанъинь. Или, точнее, искать того, кто за ней стоит, а именно Цзян Сюэнин.

Она не знала точно, сколько заработала на шелке подруга из прошлой жизни и поделилась ли сведениями с Сюй Вэньи, однако была уверена: если та взяла заем под проценты, чтобы осуществить сделку, значит, заранее получила надежные сведения. Иначе бы не рискнула. Если вдуматься, арест управляющего из дома Цинъюань-бо получил объяснение.

Прежняя Ю Фанъинь переродилась незадолго до случая с лодкой и не обладала нужными связями в новом мире, чтобы получить сведения. Значит, скорее всего, узнала о сговоре чиновников и торговцев случайно. В этой жизни ее надоумила Цзян Сюэнин. Возможно, именно доброта второй барышни привлекла к делу лишнее внимание, кто-то ухватился за ниточку и начал расследование. Наверняка по цепочке проверили всех, в том числе Ю Фанъинь и тех, с кем она общалась. Так и добрались до управляющего. Если Цзян Сюэнин не ошиблась в догадках, этот бедолага оказался козлом отпущения вместо нее.

Заметив, как у барышни меняется выражение лица, Ю Фанъинь тоже встревожилась:

– Получается… кто-то действительно расследует это дело? И я могу вас подвести?

Цзян Сюэнин медленно выдохнула. Она и сама чувствовала, что за ней наблюдают. Но раз кто-то уже схвачен, возможно, до нее еще не добрались. Кому придет в голову, что она, обычная барышня, никак не связанная с Цаохэ, могла узнать о преступном сговоре? Это противоречило всякой логике. Даже если имя Цзян Сюэнин всплывет, версию о ее причастности, скорее всего, отметут. Выходит, несмотря на сложность ситуации, еще не все потеряно.

– Что бы ты ни делала дальше, действуй осторожно, – сказала Цзян Сюэнин. – Как прежде не упоминала обо мне при господине Сюе, так и впредь не говори ни слова. Наверняка за тобой проследили, когда ты искала встречи со мной. В любом случае веди себя так, будто ничего не знаешь. Для тебя я спасительница, которой ты благодарна. Завтра купи что-нибудь и незаметно подойди к боковой калитке нашей усадьбы. Доложи, что пришла на поклон. Я тебе кое-что расскажу.

Ю Фанъинь тут же посерьезнела, кивнула с непривычной решимостью и тут же нахмурилась:

– Но если я приду крадучись, не вызовет ли это еще больше подозрений?

– Именно это и нужно.

Цзян Сюэнин слегка помрачнела. Она пока не знала, кто ее тайный противник, поэтому осторожность была необходима.

– Никому не показывай деньги, – пояснила она. – Покупать дорогой подарок не стоит. Да и в усадьбе Цинъюань-бо веди себя тихо и незаметно. Тайный визит вроде бы выглядит подозрительно, однако в твоем случае он вполне объясним.

Ю Фанъинь слушала с видом человека, который все понял, но не до конца. Цзян Сюэнин усмехнулась:

– Чтобы развеять подозрения, нужно сперва подозрения вызвать, а потом вынудить отказаться от них. Люди сомневаются в других, зато себе доверяют. Запомни: самый опасный противник – тот, кто умен и скрытен.

Ю Фанъинь задумчиво опустила голову. Цзян Сюэнин вернула ей шкатулку.

– Забери деньги обратно.

– Я же принесла их вам! – растерялась девушка. – Деньги на торговлю дали мне вы, способ заработка тоже вы подсказали. Да к тому же и жизнь мне спасли! Если не возьмете, я…

Ее глаза наполнились слезами.

Цзян Сюэнин достала из шкатулки мешочек для благовоний:

– Так ты уронила чужой лоток потому, что присматривала для меня подарок?

На серебристом фоне были вышиты темно-синие пионы. Местами в узор вплетались золотистые стежки. Работа выглядела очень изысканно.

Ю Фанъинь не знала, что Цзян Сюэнин стала свидетельницей неловкой сцены у лотка, и вспыхнула от стыда. Положив руки на колени, она пролепетала:

– Я возвращалась домой