Девушка в муслиновом платье - Джорджетт Хейер

на него свое внимание. – Его светлость ошибается! У леди Хестер есть другой выбор, который, смею утверждать, ей следует предпочесть в связи с поведением безответственного щеголя. Леди Хестер, предлагаю вам взять мое имя и тем самым оградить себя от грязных домыслов!

– Кендал, две навозные кучи! – распорядился сэр Гарет.

– Нет, я уверена, он исходит из лучших побуждений, – вмешалась Хестер. – Я вам очень благодарна, мистер Уайт-лиф, но мне нет необходимости менять фамилию, потому что Уидмор городит вздор и прекрасно об этом знает. И я буду очень вам признательна, если вы уведете его отсюда.

– Неужели вы останетесь здесь? – воскликнул изумленный капеллан.

Она не ответила, так как была слегка возбуждена, но это сделал за нее Хильдебранд, который с жаром сказал:

– Она может смело оставаться здесь, потому что я не брошу дядю Гари и, уверяю вас, постараюсь позаботиться о леди Хестер тоже. Впрочем, в этом не будет необходимости, потому что сэр Гарет совсем не тот, за кого вы его принимаете. Дядя Гари, позвольте мне вышвырнуть его!

– Нет, – сказал сэр Гарет. – Лучше помоги мне встать с кресла. Спасибо! Нет, меня не надо поддерживать. Итак, полагаю, что вы все уже высказались, и теперь я скажу несколько слов. Во-первых, позвольте вам разъяснить, что меня невозможно принудить к женитьбе на одной из этих особ, чью репутацию я якобы подорвал. Во-вторых, уверяю вас, я не подрывал ничьей репутации. Трудно представить, как мне это удалось здесь, в этой гостинице, а что касается ночи в Кимболтоне, то, как уже сказал Хильдебранд, вашу внучку, генерал, там считали моей подопечной. Позвольте также добавить, что я сам считал ее своей подопечной на протяжении всего нашего знакомства. Так что я не только не испытываю к ней нежных чувств, но и не вижу худшей доли, чем жениться на девушке, которая годится мне в дочери и имеет укоренившуюся привычку бросаться в объятия к военным. Если же вы полагаете, что ее доброе имя опорочено в глазах ваших соседей, то советую вам, не теряя времени, отправить ее за границу. Убежден, что капитан Кен-дал с радостью поможет вам достичь этой цели!

– Благодарю вас! – поддержал капитан. – С удовольствием помогу!

– Ничто не заставит меня… – начал было генерал, но капитан Кендал перебил его:

– Простите, сэр, позвольте сначала я скажу то, что должен сказать. До сих пор я молча мирился с тем, что вы не позволяли Аманде стать моей женой из-за ее молодости. Мы с ней привязаны друг к другу уже давно, но только теперь я осознал, что вы не хотите видеть меня своим зятем. Не буду много распространяться на эту тему, потому что номер, который она выкинула, заставил меня изменить мои планы. Теперь мне совершенно ясно, сэр, что ни вы, ни мисс Саммеркорт не контролируете ее, и если я сейчас не возьму ее в свои руки, то она окончательно погибнет! Со мной у нее такие номера не пройдут: я позабочусь о том, чтобы в Испании она не попадала в переделки. Можете также не сомневаться в том, что она будет счастлива со мной, – об этом я тоже позабочусь! Я хочу обвенчаться с ней без церковного оглашения и с вашего согласия. Если же вы будете упорствовать против нашего брака, то мне придется отложить эту церемонию до нашего приезда в Лиссабон. Вот и все, что я хотел сказать, сэр! – Он заметил Аманду среди деревьев и позвал: – Иди сюда, дорогая! Ты мне нужна!

– Знаете, генерал, я абсолютно уверена, что капитан Кен-дал тот мужчина, который ей нужен, – уверенным тоном вставила леди Хестер.

– Нил Кендал? – недовольно произнес он. – Боюсь, с ним она будет несчастлива! Я рассчитывал, что она найдет себе более достойную партию!

– Более достойную партию? – удивленно повторил сэр Гарет. – Дорогой сэр, у этого молодого человека явно на роду написано стать маршалом!

– Нил станет маршалом? – задумчиво произнес генерал, словно эта мысль была для него новой.

– Конечно! На вашем месте я с радостью уступил бы им. Если вы хотите держать вашу внучку взаперти до тех пор, пока Нил не уедет за границу, то я не удивлюсь, если очень скоро услышу о том, что она прокралась на судно, направляющееся в Испанию.

Генерал содрогнулся, представив свою Аманду в трюме корабля. Тем временем строгий возлюбленный сообщил ей по секрету, что если она будет себя хорошо вести и слушаться его, то он женится на ней, несмотря ни на что, и увезет в Испанию. После этих слов Аманда по очереди заключила в свои объятия капитана, своего деда, а затем леди Хестер и сэра Гарета.

Прошел еще час, прежде чем в гостинице «Телец» воцарилась привычная тишина. Генерал и молодые уехали первыми. И хотя он еще отнюдь не смирился с предстоящей помолвкой внучки, предложение будущего зятя поехать с новобрачными в Лиссабон показалось ему весьма привлекательным.

Лорд Уидмор не торопился уезжать, пытаясь то приказаниями, то уговорами заставить сестру немедленно вернуться домой, и капеллан, как мог, помогал ему в этом. Леди Хестер терпеливо выслушивала их, и хотя ей не хотелось огорчать брата, она твердо стояла на своем, заявляя, что ни за что не оставит больного. В конце концов, устав от увещеваний, лорд Уидмор сказал, что она взрослая и может поступать как хочет, а он, со своей стороны, умывает руки.

– В самом деле? – удивилась она. – Я так рада, потому что эти слова я хотела услышать от тебя уже давно! Пожалуйста, передай от меня сердечный привет Алмирии! А теперь извини, мне нужно нести Гарету лекарство!

Сэр Гарет, который отдыхал в саду в одиночестве после утомительных разговоров с гостями, заметив подошедшую с лекарством Хестер, сказал:

– Я так рад, что ты не бросила меня на произвол судьбы!

– Не говори глупостей! Вот, выпей! Это лекарство прописал тебе доктор Чантри, правда, запах у него ужасный.

– Спасибо. – Он взял у нее стакан и вылил содержимое на траву.

– Гарет!

– Я сыт по горло микстурами доктора Чантри! Уверяю тебя, вкус у них еще хуже, чем запах! Хестер, твой братец болван!

– Да, я знаю, – согласилась она.

– Я говорю серьезно. Я не считаю, что обязан предложить тебе взять мою фамилию, как это сделал большой любитель высокопарных фраз Уайтлиф, потому что предположение, будто я тебя скомпрометировал, кажется мне не только нелепым, но и отвратительным.

– Я согласна. Но давай не будем об этом говорить. Это было так глупо со стороны Уидмора.

– Мы больше никогда не будем говорить об этом, если ты заверишь меня, что не