Очешуенная история, или Драконья распродажа в Аргарии - Ника Калиновская

прошёл тихий ропот, но уже не бунтарский, а деловой. Драконы подались вперёд, кто-то достал записи, кто-то пригладил перья на плечах, словно готовясь к долгому заседанию. Я же ощущал, как время давит на нас. Его и правда оставалось слишком мало. Уже завтра мы должны быть на границе с Аргарией. И если мы хотим, чтобы этот шаг выглядел не как импровизация, а как демонстрация силы и достоинства, нам придётся подготовиться основательно.

— Делегацию должен возглавить Кристоф, — я начал, и возражений не последовало. — Но он присоединится к остальным уже на территории Аргарии. До этого момента наши представители обязаны держать лицо империи.

— В таком случае, — подал голос Лирий, старейший советник, — пусть поедет мой сын Ардан. Он обучен дипломатии, знает этикет людей и умеет держать язык за зубами.

— И слишком любит слушать собственные речи, — вполголоса проворчал Морлан, но я сделал вид, что не услышал.

— Торн, — перевёл взгляд на своего верного соратника, стоявшего чуть в стороне, молчаливого, но внимательного. — Ты поедешь в составе делегации. Я доверяю безопасность Кристофа только тебе.

Мой защитник и старый друг лишь коротко кивнул. Этого было достаточно.

— Я поеду с ним, — сказал Морлан твёрдо, прежде чем я успел назвать его имя. — Кто-то из семьи должен быть рядом, и я не позволю, чтобы переговоры остались без контроля рода.

— А я? — Маркус почти вскочил. — Я тоже часть семьи! Если мы говорим о доверии, то я…

— Ты слишком горяч, — оборвал горячую речь племянника, не повышая голоса, но глядя прямо ему в глаза. — Одного неосторожного слова хватит, чтобы испортить всё. А сейчас нужен холодный ум.

Маркус шумно выдохнул, кулаки побелели от напряжения, но возражать он не посмел.

— Нам нужны ещё трое, — напомнил Морлан, и в зале вновь загудели.

— Согласен предложить своего племянника, Элара, — сказал Керан, целитель. — Он знает толк в дипломатии и сумеет оказать помощь, если переговоры затянутся.

— Лишь бы его помощь не понадобилась в ином смысле, — мрачно заметил Торн.

— А мой сын Сайрес, — вставил другой советник, Кайран, — пусть он будет глазами и ушами в этом посольстве. Умён, осторожен и умеет слушать.

— Слушать — хорошо, — усмехнулся Морлан, — но умеет ли он говорить, когда надо?

— И Лиандра, — добавил я после короткой паузы. — Дочь Эстера. Она хладнокровна, рассудительна и уже не раз доказывала, что умеет вести переговоры с теми, кто считает себя выше нас.

Советники переглянулись. Женщину в делегацию предлагали редко, но авторитет Лиандры был неоспорим.

— Значит так, — подвёл я итог. — Торн. Морлан. Ардан. Элар. Сайрес. Лиандра. Эти шестеро составят костяк делегации. К вам присоединится Кристоф, когда вы пересечёте границу.

Гул голосов поднялся вновь, кто-то явно был недоволен выбором, но решение уже принято. И я ясно дал понять: обсуждение завершено.

Кристоф Драгонийский

Вернувшись к себе, я никак не мог отделаться от мыслей о найденном трактате. Слова, выведенные неровным почерком, словно запечатались в голове и теперь то и дело всплывали, мешая сосредоточиться. Что-то во всём этом было неправильным. Слишком много совпадений и слишком мало ясности.

Я шагал по комнате взад и вперёд, то останавливаясь, то снова начиная движение, словно зверь в клетке. Камзол, полученный от королевских портных, жёг плечи, как будто ткань впитала все чужие взгляды, которым я сегодня подвергся.

На кровати, разметавшись во всю длину, развалился мой кот. Его величество чувствовал себя полноправным хозяином комнаты: лапы раскинуты, хвост дёргается, глаза прищурены. Но стоило мне пройти мимо третий раз, как он приподнял голову и уставился на меня с тем самым вниманием, от которого становилось неловко.

— И всё бы ничего, — пробормотал вслух, — но я никак не пойму, что за согласие обеих сторон.

Кот лениво потянулся, выгнул спину, затем опустился обратно и мяукнул так выразительно, словно хотел что-то добавить к моим рассуждениям.

— Ты тоже ничего не понимаешь, да? — хмыкнул и провёл рукой по лицу. — Дожились. Я уже с котами разговариваю.

Мой пушистый собеседник моргнул и с видом глубочайшей мудрости свернулся клубком. Будто намекал: «Некоторые вопросы лучше обсудить во сне». А я продолжал ходить, и чем дольше размышлял, тем сильнее ощущал: в этом «согласии» скрывалось куда больше, чем было написано в книге.

Вечер тянулся мучительно долго. Я промаялся весь день, и, если честно, не понимал, как не разнес в щепки половину дворца от раздражения. Сразу после ужина решил: всё, с меня хватит. Хочу забыться хотя бы на час. Завтра и так обещало быть представлением ещё тем — с аргарийцами, с их кланяющимися магами и с нарядами, сверкающими так, что ослепнут даже самые стойкие.

Цирк с драконами, билеты продаются у входа.

Я умылся, на секунду ощутив приятную прохладу воды, и вытер лицо полотенцем. Влажные волосы, как всегда, жили своей жизнью, топорщились во все стороны, и я с досадой пригладил их рукой.

И в этот момент раздался стук. Вот только прежде чем я успел ответить, дверь открылась. На пороге, как и ожидалось, стояла принцесска.

— Не спишь? — её голос прозвучал слишком бодро для этого времени суток.

— Как раз планировал, — проворчал, бросая полотенце на спинку кресла. — А ты что, уже соскучилась? — усмехнулся, пытаясь заполнить странную тишину.

Алисандра поджала губы, и я приготовился к колкости. Но на этот раз ошибся.

— Давай попробуем, — выпалила девушка быстро, будто боялась, что я успею перебить.

— Что? — уставился на неё в полном непонимании. — Если у тебя какие-то планы на меня, то вынужден огорчить... — так было всегда: как только мне становилось неловко, я начинал шутить.

— Связь разорвать попробуем, извращенец ты чешуйчатый, — хмыкнула она, и уголки её губ дрогнули.

А я рассмеялся. Настоящим, искренним смехом, который вырвался сам собой, потому что ну как тут устоять? Эта девчонка умудрялась врываться в мою жизнь всегда с эффектом молнии — неожиданно, громко и без спроса. И вот ведь парадокс — я даже начал привыкать.

Мы уселись друг напротив друга, и всё это напоминало не магический эксперимент, а нелепую встречу «по душам». Ни свечей, ни ритуальных кругов, только мы, пара упрямцев, и кот, с интересом наблюдавший с кровати, как будто понимал, что сейчас будет шоу.

— Ну и как ты