Иномирная колючка его высочества - Юлия Зимина

65. Настоящий отец

Кира

Моя Тьма, которую веками клеймили как сущее зло, сейчас вела себя... неприлично. Я была сосредоточена до предела, готовясь к жесточайшей схватке внутри меридианов Ривиана, ожидая, что его Свет встретит мою магию с мечами наголо. Но вместо кровавой битвы двух стихий я с изумлением наблюдала самое настоящее магическое свидание.

Моя призрачная пантера не рвала чужеродную энергию когтями. Она буквально терлась о золотистое сияние принца, мурлыча так громко, что у меня вибрировали кончики пальцев. И Свет Ривиана... не оттолкнул ее. Не взбунтовался. Он распахнул свои объятия, принимая эти агрессивные «ухаживания» с доверием изголодавшегося по ласке зверя.

Они переплелись, закружившись в гармоничном танце. Это было настолько странно, настолько интимно, что у меня перехватило дыхание. Я чувствовала себя так, словно нашла часть собственной души. Ту самую половинку, о существовании которой даже не подозревала, но без которой картина мира была неполной.

Отодвинув в сторону неуместную сентиментальность, я направила потоки Тьмы вниз, отслеживая очаги поражения.

«Ну, Октавия, ну стерва, — мысленно присвистнула я, когда моя магия хищно набросилась на сгустки отравы, плотно сконцентрированные в области таза наследника. — Хотела не просто обанкротить филиал, а полностью ликвидировать производство. Как тонко и мерзко».

Процесс выжигания северных трав прошел на удивление легко. Свет Ривиана, словно заботливый ассистент, подсвечивал моей Тьме пораженные участки, позволяя вычищать многолетнюю гниль до последней капли.

Когда Тьма втянулась обратно в мои ладони, я открыла глаза и тут же с ужасом поняла, что тело Ривиана пугающе обмякло. Его голова безвольно упала на грудь.

— Он без сознания! — панически выдохнула я, мгновенно подаваясь вперед.

— Он уснул, — раздался позади меня бархатистый смешок Императора. — Видимо, твое лечение на него действует именно так, и лично для меня это говорит о многом.

Я моргнула. Перевела взгляд на мерно вздымающуюся грудь принца, прислушалась к его ровному, глубокому дыханию. Действительно уснул.

— Ну как? У тебя получилось?

— Получилось, — слетело облегченное с моих губ.

— Хорошо.

Я шумно выдохнула, чувствуя, как отпускает напряжение. Пальцы сами собой скользнули к густым, пепельным волосам наследника, зарываясь в них. Осторожно приподняла голову Ривиана и прижала ее к своему животу. Моя рука плавно, успокаивающе заскользила по его затылку.

Да, я прекрасно помнила, что в паре метров от меня сидит самый опасный человек в Империи и внимательно за мной наблюдает. Но мне было плевать. Тьма под кожей скулила, требуя тактильного контакта, а я... я не стала ей отказывать. Сама хотела убедиться, что с этим невыносимым, самоуверенным мужчиной всё хорошо.

— Давай я помогу переложить его на диван, — предложил Тиберий.

— Не нужно. Разбудите, — я категорично мотнула головой, продолжая перебирать мягкие пряди. — Пусть спит.

— Так и будешь стоять над ним, пока он пускает на тебя слюни? — усмехнулся правитель, и в его голосе прозвучал теплый намек на смех.

— Мне не сложно, — спокойно ответила я. Повернула голову и встретилась взглядом с Императором.

В кабинете повисла тишина. Но, на удивление, она не была давящей или враждебной. Тиберий эр Этерио изучал меня. Рассматривал так, словно видел впервые, без всякого сексуального или политического подтекста. Просто как человека. И я позволила ему это.

— И всё же, удивительная ты девушка, — хмыкнул правитель, вальяжно откидываясь на спинку своего массивного кресла. — И магия у тебя тоже... удивительная. Кто бы мог подумать, что Тьма способна на такое созидание.

Я промолчала, задумчиво глядя на спящего Ривиана.

Кто знает, какой была бы истинная мощь этой магии, останься она в руках настоящей Кирии? Прежняя владелица этого тела ненавидела свой дар. Она отталкивала его, боялась, мучила и себя, и свою Тьму, которая, по сути, была ни в чем не виновата. Да, она не такая, как у всех, пугающая и мрачная, но разве это повод ненавидеть часть себя? Слабая духом девочка страдала сама и заставляла страдать свою силу, доведя ее до полного истощения.

— Ваше Величество, — тихо нарушила я тишину, поднимая взгляд на Императора.

Тиберий вопросительно посмотрел на меня в ответ.

— Младший принц...

Услышав упоминание о Дариане, правитель помрачнел. Его плечи опустились, а из груди вырвался болезненный вздох.

— Нелегко ему придется, — произнес он. В этот момент передо мной сидел не правитель Империи, а уставший, скорбящий отец. — Ох, как нелегко.

— Но разве он заслужил всё это? — мягко, но настойчиво спросила я, продолжая гладить Ривиана по голове. — Дети не выбирают своих родителей. И они уж точно не обязаны расплачиваться собственной психикой за их грехи.

Тиберий медленно подался вперед, положив локти на стол. В его темных глазах вспыхнул интерес.

— Ты хочешь мне что-то предложить? — прищурился он.

Я слегка прикусила нижнюю губу. Внутри всё сжалось от волнения. Собиралась залезть в святая святых — в вопросы высшего императорского правосудия. За такое своеволие можно было легко лишиться головы, но образ весело смеющегося, искреннего Дариана, гладящего мою призрачную пантеру, не давал мне покоя.

— Я буду с вами честна, — сделав глубокий вдох, собрала всю свою смелость в кулак. — Не хочу, чтобы Дариан страдал из-за поступков своей матери и деда. Если он узнает правду о том, что они пытались убить Ривиана и отравили прошлую Императрицу... его сердце будет разбито, Ваше Величество. Навсегда.

В кабинете повисла тишина, в которой, казалось, перестало хватать кислорода. Я боялась. Боялась, что Император придет в ярость, ведь я лезла туда, куда мне не следовало. Но время шло, а он все молчал. Молчал и смотрел на меня. И вдруг:

— Слушаю тебя, — ровно произнес Тиберий, не выражая эмоций.

— Я предлагаю наказать Императрицу и Первого советника тайно, — на одном выдохе выдала я.

— Тайно? — брови Императора поползли вверх.

— Именно, — я расправила плечи, чувствуя, что ступаю по острию ножа. — Официально можно объявить, что Ее Величество Октавия, устав от дворцовой суеты, отбыла в какой-нибудь закрытый монастырь для духовного очищения и молитв о благе Империи. А лорда Тинариона — сослать губернатором в самую отдаленную, богом забытую провинцию на краю света за... ну, скажем, выслугу лет и необходимость поднять там экономику, — замолчала на секунду, глядя Императору прямо в глаза. Сердце колотилось в груди, словно сумасшедшее. — А на деле... — я не стала договаривать. Тиберий был слишком умен, чтобы ему нужно было разжевывать финал этой