Негодный подарок для наследника. Снежные узы - Мария Вельская

Но это правда. Сколько носом не тыкай, родителям и бабуле (фу, не называй меня этим ужасным словом, я не столь стара) были куда дороже заграницы, мода и бизнес.

— А здесь? Аргенарай Родоку. Ты его знала раньше? В Академии ледяных пределов? — Пошла разведка боем.

Мягко скрипел снег на подошвах. Где-то совсем рядом возмущённо закаркали вороны.

— Знала, но не очень хорошо. Он выручил меня однажды, пригласил на зимний бал, — объяснила, — а потом мы крупно поссорились. Арг сложный чело… маг. Очень самоуверенный и по-своему жестокий. Но искренний и верный. Он хороший. Я рада, что ты спас его, — добавила зачем-то, — он мне рассказал. Только не понимаю — почему?

Тихий шепот и шелест.

— Скажи, — я уловила разлившееся в воздухе напряжение, — если бы наша связь исчезла. Растворилась, распалась. Если бы Родоку предложил тебе замужество — пошла бы за него? Даже здесь, даже сейчас, он довольно выгодный жених. — Я резко остановилась — как на стену налетела.

Хлестнул ветер. Мужчина не смотрел на меня — только вперёд, куда-то вдаль, за перекрестье улиц.

Мимо промчалась повозка.

Мне показалось, что на снегу отпечаталась тень змея.

К чему этот разговор? Попыталась прислушаться к связи — затихла, болезная.

— А вы, если бы избавились от нашей связи — наверное, даже внимания на меня без нее не обратили, не так ли? Ну, бегает девка-служанка, ну, спасла. Отсыпать ей серебра — и ладно. Правда ведь? — Я говорила добродушно, с лёгкой усмешкой.

Никому не нужно знать, что у меня на сердце.

— Но эта связь есть. Это не нуждается в доказательствах. Нет "если бы", — его голос сорвался на шипение. — А Аргенарай Родоку есть. И он хочет тебя, — Вэйрин запрокинул голову, вдохнул ледяной воздух.

Было холодно. Горизонт начал темнеть. Изо рта вырвался пар.

— Это примерно так же маловероятно, как то, что вы бы порвали с родом, невестой, отказались от всех обязательств и торжественно увезли меня в Академию Ледяных пределов, — засмеялась я.

Ухватила его за руку — и повела дальше. Так не делают? Да и неважно. Пусть он никогда не будет моим (а надо ли мне такое счастье? Нужна ли такая ответственность?), пусть мы так и будем ходить вокруг да около — это не повод друг на друге срываться. Мы крепко связаны, никуда не деться.

А я улыбнусь — и пусть ледяной змеище греется в этой улыбке. Достаточно у него шрамов.

— У тебя ведь там кто-то остался, в академии? Ты бы ни за что ее не бросила, хотя твоя сила была мала, — проницательно заметил Эль-Шао.

Данка. Я ещё не решила, могу ли рассказать про подругу. Настолько ли верю Вэйрину Эль-Шао? А как можно — любить и не верить?

— Ты ведь испугалась из-за дара? Кто-то засек его применение? — Мягкое довольное шипение. Допрос продолжался.

А мне приходится часто-часто заморгать, потому что лисы — не плачут.

Жар тек по венам. А какая-то внутренняя чуйка вдруг напряглась, шевельнула невидимым носом и заявила, что за нами следят последние минут десять.

— Из-за него. Но, как видишь, меня это не спасло от проблем. А ты — не боишься меня? Не боишься того, что я могу увидеть? И сможешь ли защитить, если ваш император посчитает меня угрозой? — Выдохнула наболевшее.

Я не трус, но я сейчас всего боюсь!

— Тебе бы больше пошли пушистые беленькие заячьи уши, а не лисья шубка. Вижу, как они мелко трясутся, — невозмутимо заявил этот негодяй без чести и совести. И чувства самосохранения — такое говорить девушке, чей боевой веер желает откушать!

— Шубка у меня пока из неизвестного создания, которое, видимо, как раз ничего не боялось, — фыркнула себе под нос.

Попыталась высвободить руку — не дали.

— Я бы поцеловал тебя прямо на улице, но не хочется платить штраф за непристойное поведение, — низко то ли мурлыкнул, то ли прошипел змей.

— Я бы познакомила тебя со скалкой, а то вы какие-то непуганые, не понимаете, как опасно женщин дразнить, — отозвалась ему в тон.

Мимо пронесся прямо по воздуху закрытый возок, его тащили странные прозрачные существа, которые меняли очертания каждую секунду.

То круг ползет, то блеклый квадрат летит.

— Император не тронет тебя. Обещаю. И давай больше не будем об этом. Вопрос лишь в том, достаточно ли ты веришь моим обещаниям? — Мужчина обхватил мое запястье.

Мы стояли слишком близко друг к другу. Прямо напротив яркой витрины небольшой лавочки. Со стороны могло показаться, что мы страстно обнимаемся, о, это увлеченная друг другом пара, что не видит никого вокруг!

Шторм в чужих глазах. Тяжёлая непреклонность. И скрытая, дрожащая на дне зрачков надежда.

Мы так обнажены друг перед другом — душами, не телами, что почти страшно.

Слова встали поперек горла.

— Я… тебе верю. Тебе нет смысла лгать, — принц, — добавила про себя.

Но только не вслух.

Палец невесомо коснулся моего лба.

— Твоя вера мне льстит, — тонкая почти незаметная улыбка. — И нет, я не боюсь твоего дара. Во-первых, потому, что я достаточно силен, чтобы блокировать его, даже если он активируется внезапно. Во-вторых, Лис-си, потому, что я не совершил ничего, за что мне было бы стыдно. А то, что мне неприятно вспоминать, ты никогда не увидишь, — дразнящий глубокий взгляд, — да и вообще не увидишь ничего, что сможет тебя напугать.

— И, наконец, в-третьих, — едва заметная усмешка на жёстких губах, — грань твоего дара интересна, но не нова для нас. Обыватели могут испугаться. Бояться силы — это нормально. Но никто лишний о твоём даре не узнает, а для по-настоящему сильных магов он опасности не представляет. Особенно, если мы изучим его немного получше. Обещаю, что ничего, что может угрожать твоей жизни, здоровью и свободе — не будет. Никогда.

Слишком много обещаний.

Тишина. Мягкая, теплая.

Меня вдруг отпускает. Так много ужаса, переживаний и страхов — зачем? Чтобы услышать, что меня принимают. Вот такой. Что мне нечего бояться.

— На площади Алого тростника проводят соревнования мечников. Хочешь посмотреть? — Предлагают мне через несколько секунд.

И я соглашаюсь. И даже нахожу в себе силы коротко ответить ещё на несколько вопросов о себе.

И услышать в ответ, что визита госпожи Минно-Шао в Конактум ожидать не стоит — просто потому, что ее туда не пустят.

Но, вероятно, на этом наш лимит везения был исчерпан.

Потому что когда мы свернули на большую, сияющую тысячами огней улицу — настоящий проспект, нас окликнули буквально через несколько секунд.

— Господин Эль-Шао, достопочтенный господин наследник! — К