Пиратки - Пенелопа Дуглас

вылезает. Без лишних слов он наклоняется, хватает меня за лодыжки и вытаскивает с переднего сиденья, беря на руки. Дождь падает на мою кожу, стекает с ресниц, пока он смотрит на меня, и, не успеваю я опомниться, как он захлопывает переднюю дверь и открывает другую, укладывая меня на заднее сиденье.

Я опускаю руки вдоль тела, обожая то, как его глаза скользят по мне.

– Я иногда так на тебя зла.

Он начинает забираться внутрь, дождевые капли с его волос падают мне на грудь.

– Насколько зла? – спрашивает он. – М–м?

Ныряя вниз, он захватывает один из моих сосков зубами и слегка покусывает. Я вздрагиваю, а затем постанываю.

– Настолько зла? – спрашивает он меня.

Затем он слизывает с меня воду, беря в рот как можно больше моей груди.

Мои веки трепещут, мурашки бегут под кожей.

Я выгибаю спину, давая ему больше.

– Ещё.

– Настолько зла? – продолжает он, целуя и лаская языком.

Расстёгивая мои джинсы, он стягивает их с бёдер, обнаруживая, что на мне нет трусиков, так же как не было и лифчика. Он смотрит на меня, между моих ног, и я жду, когда он начнёт расстёгивать ремень. Расстёгивать свои джинсы.

Но вместо этого он сжимает моё бедро, проводит большим пальцем вдоль, раскрывает меня, прежде чем опуститься ниже и накрыть мой клитор своим ртом. Я содрогаюсь, влажное тепло его языка посылает ударную волну по всему моему телу.

– Пожалуйста, Хантер, не делай этого.

Он мгновенно останавливается, его губы замирают надо мной, а я чувствую его тяжёлое дыхание, вцепившись ему в плечи.

– Я... – Я не знаю, как спросить. – У... У меня нормальный вкус?

Он опускает голову, его мокрые волосы скользят между моих ног.

– Я не хочу останавливаться, – умоляет он. – Пожалуйста, не останавливай меня снова.

Я киваю, и он стаскивает с меня остатки одежды, приподнимает мои колени и широко раздвигает ноги. Я инстинктивно пытаюсь слегка прикрыться от смущения, но он уже снова наклоняется, чтобы попробовать меня на вкус. Я стону, обхватываю его голову и подаюсь бёдрами навстречу его рту, пока он сосёт, лижет и проникает в меня языком.

Я вздрагиваю.

– Ах...

– Чёрт, – шепчет он, проводя кончиком языка вверх по обеим сторонам моего клитора, а затем мягко засасывая его.

Я стону, двигая бёдрами. Его рука поднимается, сжимая мою грудь, пока я трахаю его рот, а я вплетаю пальцы в его волосы, чувствуя, как нарастает оргазм. Он снова и снова лижет меня, затем сосёт, и я слышу его стон.

Оргазм накатывает, но я не хочу кончать вот так.

Часть его тела всё ещё под дождём, я впиваюсь пальцами в его спину, чувствуя холодную кожу. Я сажусь, заставляя его подняться, и начинаю расстёгивать его ремень.

– Закрой дверь, – говорю я ему, глядя в глаза. – Я хочу, чтобы ты был внутри меня.

Я расстёгиваю его джинсы, но он хватает меня за запястья.

– Ты уверена? – спрашивает он.

И я улыбаюсь, потому что он, как всегда, в первую очередь думает обо мне.

Я высовываю язык и провожу им по его животу, прежде чем слегка прикусить его зубами.

– А как ты думаешь, почему я вообще только с тобой так себя веду, Карутерс?

Он прижимает меня обратно к сиденью, вжимается в меня всем телом и накрывает мой рот своим. Я обвиваю руками его шею, чувствуя на его губах свой собственный вкус. Я стону, поцелуи становятся жёстче и быстрее, под моей кожей будто взрываются хлопушки, пока его губы скользят вниз по моей шее. Он продолжает двигаться ниже, под грудью, по животу, а затем кусает изгиб, где бедро переходит в таз.

– Хантер, – стону я.

– Ты всё ещё принимаешь противозачаточные? – выдыхает он.

Я киваю. С пятнадцати. В нашей семье все всё знают друг о друге. Мама сказала, что это чтобы наладить цикл, но я почти уверена, что все родители используют это оправдание.

Он смотрит на меня сверху вниз.

– Можно без презерватива? – спрашивает он. – Я хочу... – Он сглатывает. – Я хочу всё чувствовать в свой первый раз.

Его первый раз...

Мы оба первые друг для друга.

Я смотрю ему в глаза и шепчу:

– Можешь кончить в меня.

Я хочу этого.

Он снова набрасывается на меня с поцелуями, и я чувствую только его. Запах Хантера, который я знаю всю свою жизнь, – запах его кожи, зубной пасты и геля для душа.

Он нащупывает и высвобождает себя, и головка его члена касается моего входа. Я задерживаю дыхание.

– Что ты там говорила про Карутерса, который не доводит дело до конца? – дразнит он.

Я моргаю. Что?

– Да, я так и думал, что ты это скажешь, – ухмыляется он, скользя своими губами по моим.

– Заткнись, – задыхаюсь я.

Он входит в меня, и я вздрагиваю.

– Хантер... – всхлипываю я. – Я волную...

Но он уже снова делает толчок.

И ещё один.

Я дышу поверхностно, чувствуя, как растягиваюсь, когда он погружается в меня, его бёдра вновь и вновь прижимаются ко мне. Я обнимаю его тело, чувствуя, как он задыхается, и после ещё нескольких движений боль уходит.

Я прижимаюсь лбом к его груди, сжимая его бёдрами, на минуту застыв в оцепенении.

Он берёт моё лицо в руки и откидывает мою голову назад, глядя мне в глаза.

– С тобой всё в порядке?

Я слегка расслабляю ноги, раздвигая их шире.

– Не останавливайся. – И целую его в губы, снова откидываясь на сиденье и позволяя ему смотреть на меня, пока я двигаюсь под ним.

Меньше чем через минуту его губы снова на моих, наш ритм ускоряется, он хватает меня за задницу, погружаясь всё глубже.

Его член ударяет в нужную точку, заставляя всё моё тело содрогнуться, и я стону ему в губы.

– Продолжай делать так, – умоляю я. – Прямо там. Да.

Упираясь одной рукой в дверь, он приподнимается, чтобы видеть меня, пока движется.

– Так хорошо... Ты туже, чем моя, блять, рука.

Я прикусываю нижнюю губу, чтобы не улыбнуться. Мне нравится это слышать.

Он скользит внутрь и наружу, а я вращаю бёдрами в такт ему, глядя вниз, как он входит и выходит. Я притягиваю его к себе сильнее и быстрее, оргазм снова